Тянь Хань – Современная китайская драма (страница 24)
Ф э н. Бесстыжая, бесстыжая я, не на что мне больше жить… ой, мамочки мои…
Л и. Сестрица, сестрица, это я, я сам бесстыжий, будет тебе!
Ф э н
Л и
Ф э н. Что заладил «сестрица, сестрица…»! Перетрусил больше, чем я…
Л и. Я к тому, что больше сюда уж не ходи.
Ф э н. Нет, я еще приду!
Л и. Еще?
Ф э н. Чтоб ты арестовал меня и чтоб я наконец увидела тебя с довольной рожей. А то, как ни погляжу, все мрачнее тучи, будто задолжала тебе двести чохов[62], отродясь мне не улыбнулся.
Л и. Н-да… Ты уж больше не приходи. Не то придется отказаться от партийной работы.
Ф э н. Все одно приду!
Л и. Пес хворает, и ты тоже, что ли?
Ф э н. Я тоже.
Л и. Душевнобольная?
Ф э н. Не, я от голода.
Л и. Ты…
Ф э н. Ну да, от голода, на пустой желудок спать не могу, в голову всякая чертовщина лезет, а то начну думать о наших деревенских… взять хоть тебя, за тридцать уже, а ни семьи, ни жены, ты-то думаешь об этом?
Снова дождь зарядил, сыро, зябко, может, укроемся мешком, у меня с собой еще один есть.
Ох, не вынесу я…
П е с. Скотина что человек, любит свежий корм. Сперва вычищу ясли. Ясли не почистишь, от них кислый дух пойдет. Насыплю травы, резаком ее мелко порублю, так и овса не надо, лошадь и так жир нагуляет. Сено и овес надо обязательно подсушить, они духовитей будут. Потом водой полью, чистой, а не тухлыми помоями, будто нищему. От травы у скотины — упитанность, от овса — сила, от воды — дух прибывает, размешаю корм как следует, лягу на кан и слушаю… чавканье… ежели лошадь на ночь не покормить, тощей будет. Вон как хороша кормушка у нашей Хризантемы, загляденье! Бахрома и кисти на сбруе развеваются, лошадь бьет копытами, подковы блестят, из-под копыт ветер подымается…
С у. Ай-я, мой Пес, тебе-то сюда никак нельзя!
П е с. Нет, пропусти меня, я…
С у. Говорят, нельзя!
П е с. Дай поглядеть.
С у. Не ходи, переполошишь всех.
П е с. Дай поглядеть на Хризантему…
С у. Фу-ты! Напугал меня, нету тут твоей Хризантемы.
П е с. Разве это не скотный двор?
С у. Это дом новобрачных, тут свадьба, уходи-ка.
П е с. Кто женится?
С у
П е с. А, брат Ли, полжизни у него уж утекло, а он только жениться вздумал. Сколько ему?
С у. Тридцать восемь.
П е с. И мне, когда я женился на Фэн, помнишь, вроде тоже тридцать восемь было.
С у
П е с
С у. Да-да, на базар.
П е с. Скоро уж вернется!
С у. Да-да, иди же.
П е с. Погоди, брат Ли привел жену, я должен опрокинуть за него стаканчик.
С у. Ни-ни, ты ж сказал, идешь к Хризантеме…
П е с
С у. Знаю, не мне.
П е с. Верно, мой дом — в этой стороне, Косой угол — в той, моя Хризантема — там, так ведь? Кто сказал, что я спятил, в душе у меня ясно. Иду, Хризантема, иду…
С у. Брат, не спеши, темно, хоть глаз выколи, под ноги гляди.
Ф э н. Устал, братец Су?
С у. Ошиблась, теперь ты должна обращаться ко мне не «братец Су», а «старший Су», я младше Пса, но старше Ли Ваньцзяна.
Ф э н. И-и, нашел о чем тревожиться! Я все думаю, правильно ли я поступила.
С у. Конечно, правильно, кабы все ни разумно и полюбовно, разве б вас развели в коммуне? Пес совсем уж плох, зачем же еще и тебя губить! Вообще-то говоря, мне, старику, глаза песком не засыпало, я давно примечаю твои чувства к Ли Ваньцзяну!
Ф э н. Ладно попусту болтать-то! Меня как раз старик и мальчик пуще всего мучают.
С у. Не получится, сама ж говорила, Ли Ваньцзян — хороший человек!
Вишь, заждался — страсть! Не смотри, что под сорок, его маленько остудить нужно!
Ф э н. Не стыдно, а еще старшим зовешься.
С у. Ладно, три дня — ваших! Ну, пошел, не стану тебя задерживать.
П е с. Чертов парень, у него на скотном дворе одна-единственная кормушка, сам скотину толком не покормит и других не подпускает. Я, по счастью, изловчился и вылил бадейку в ясли, к корму со всех сторон потянулись морды, мигом все очистили, моей Хризантеме всего несколько горошин и перепало. Общая кормушка к добру не приведет, вся скотина скоро передохнет… Эге, опять сюда же и воротился. Тихо стало, не слышно шуток, гости, видать, разошлись. Свадебного вина я не выпил, пойду-ка подслушаю у окна…
Ф э н
П е с