Тудасюдакл – Когда запирают дверь (страница 6)

Но… Поиском чего? Тех, кто барахтается сейчас в отчаянии. Как попавший в капкан зверь. Как осаждённая крепость, где знают, что подкрепление снаружи не придёт или уже разбито. Как человек, загнанный пожаром на подоконник верхнего этажа высокой башни. Капкан можно разжать. Осаждающих – разогнать. Огонь – потушить. Но – всегда должен найтись кто-то, кто это сделает. И прежде всего следует двинуться по уже известному пути. Там, куда она, Милдана, доходила за один полный день. Остановиться, осмотреться, и выбрать направление для дальнейшего перехода…

Свой курс

И вот наступил момент, когда она достигла той самой черты. Заступила на неё, всего лишь на один шаг. И уже там, в совершенно новом пространстве, стала осматриваться и выбирать дальнейший маршрут. Милдана пыталась понять, что же там может её ждать, на что следует рассчитывать. И всё, что она знала об этом мире, не могло дать подсказки. Константин и Глафира, как и остальные жители их деревни, ни разу так далеко не заходили. Были только слухи о различных местах, но строить на основе этих слухов чёткий план было просто невозможно.

Наконец, девушка приняла решение. «Иду прямо. Если впереди – простой лес, пройду пять суток, после чего – решаю, что делать дальше. Ну а если, допустим, не получится разобраться сразу? Тогда сделаю разведки – пройду на один день налево и направо – пока не выясню всё. Если найду дорогу – пройду в обе стороны до конца. Как минимум – если не до конца, то перекрёстка или развилки. Встречу деревню или город – познакомлюсь с местными жителями и спокойно пойду дальше. Выйду к морю, реке, озеру – разведываю берег на двое суток в обе стороны. Обнаружив горы – постараюсь перейти, но если есть возможность, взойду на любую высокую вершину и посмотрю оттуда. Наконец, выйдя к болоту, не суюсь вообще, обхожу по периметру максимум три дня, и если не найду за это время, то возвращаюсь. Во всех остальных случаях – решу прямо на месте. Одно условие всегда – максимум пять суток».

Пройдя какое-то время, Милдана уяснила – всё же лучше идти не прямо через лес, а по дороге. К мосту, который она уже однажды пересекла. И… вдруг всё же обнаружила, что идти прямо по тому же направлению точно не стоит. На пути девушки оказалось лежащее прямо на дороге поваленное ветром дерево. «Почти наверняка это не просто так. Словно знак, что нужно остановиться и перестать ломиться что есть силы в этом направлении – прямо. Нужно изменить немного свой путь. Правда, и убрать бревно с дороги всё же стоит, потому что, когда двинутся караваны и пойдут путники, им будет немного проще в этом случае».

Однако отодвинуть довольно тяжёлое и увесистое бревно оказалось непросто. Милдане понадобилось приложить немало усилий, даже когда она использовала толстый древесный сук в качестве рычага. И всё же настал момент, когда, попыхтев немного, ей удалось расчистить путь. После этого пришлось ещё сделать привал, отойдся совсем немного вглубь леса. Хотя время ещё не позднее, на небе сгущались облака, и становилось довольно сумрачно и неуютно. Конечно, продолжать путь – и даже пройти хоть пятнадцать-двадцать километров по лесу – волшебница ещё смогла бы. Но тогда она бы выдохлась, и пришлось бы организовывать привал уже через силу.

Зато на следующее утро путешественница проснулась вполне бодрой и свежей, причём достаточно рано. В небесах ещё отчётливо виднелись созвездия, характерные для этого необычного мира. «Может быть, какая-то из этих звёзд знакома была и жителям моего мира, а может быть, и нет», подумала она. И решила, что в обоих случаях именно ей это никак не установить. Зато Милдану беспокоил иной, гораздо более практический вопрос. Что делать дальше, в смысле – в какую сторону точно двинуться. И она, немного поразмыслив, решила, что максимально грамотно будет идти вдоль реки, повернув в сторону.

Так волшебница и сделала. Периодически она «проверяла» воду по-своему, сканируя её прямо с берега. Жидкость отзывалась привычными импульсами, что успокаивало в какой-то мере – значит, зловредной заразы точно в реке нет. Идти поначалу было одно удовольствие – там, где был широкий песчаный берег, совершенно свободный от растений. Только по его краю тянулась редколесье, но и оттуда едва ли кто-то мог бы внезапно выпрыгнуть или выбежать. В реке Милдана как-то раз приметила пару довольно длинных островов, тоже поросших деревьями, но уже достаточно густо. Она сразу бросилась в воду и за короткое время доплыла до них, тщательно осмотрела. Но – так ничего и не нашла. Судя по всему, там, на островах, не бывало не только «посеревших», отсутствовали и признаки человеческого присутствия.

А вот на берегу, когда магесса отмахала ещё пару часов, обнаружилась брошенная (вернее, забытая кем-то) лодка, смотанные сети и кострище. Можно было предположить, что люди тут прятались или рыбачили, когда их застиг внезапный натиск «посеревших»: прямо здесь ли или чуть в стороне – не суть важно. В лодке почему-то не было вёсел, и оттого нечего было и думать, чтобы сесть в неё и продолжить своё путешествие по воде.

Теперь придётся повернуть

Когда начал приближаться очередной вечер, Милдана видела вдалеке скалы, подходившие к самому берегу. Там шумел поток, и явно место было порожистым. Даже в предзакатном свете можно было отчётливо рассмотреть, что густой, беспорядочно растущий лес подходил почти вплотную к самому подножию скал. Пробираться там прямо сейчас было бы неблагоразумно, даже если бы и отсутствовал риск столкновения с чудовищами. Вывихнуть или сломать что-то, повредить себе глаз торчащей веткой или провалиться в какую-нибудь яму ей совсем не улыбалось.

На следующее утро волшебница возобновила свой путь. И уже проявляла вполне живой интерес ко всему окружающему. То отойдёт в сторону, чтобы выяснить, что скрывается за плотной грядой деревьев. То пойдёт посмотреть, откуда вытекает ручей. То залезет на дерево или поднимется на скалу, чтобы осмотреться в окрестностях более обстоятельно. Был момент, когда пришлось спускаться в овраг, чтобы посмотреть, далеко ли он тянется и что за кусты растут на его дне. И всё же в какой-то момент путешественнице пришлось остановиться. На том участке, где берег состоял почти целиком из труднодоступных крутых скал, а вплотную к ним подходила полоса топкого болота. Милдана отлично знала, что именно трясины такого типа – едва ли не самые опасные. Поскольку дальше двигаться прямо было уже никак невозможно, встал вопрос – куда направить свои шаги теперь?

Никакая догадка на ум не приходила. И девушка решила – предоставить выбор силам самой природы. Отыскав чуть в стороне место, где, видимо, недавно пронёсшаяся буря наломала сухих веток, она разожгла огонь трением и стала внимательно смотреть на костёр. Кстати, развела его не на том самом месте, где валялся бурелом, и не вблизи (ещё не хватало лесной пожар спровоцировать!), а – на чистой, открытой лесной поляне. На месте, где кто-то когда-то уже явно разводил огонь.

Когда пламя разгорелось уже достаточно сильно, она начала внимательно смотреть за его языками. Точнее за тем, в какую сторону ветер эти языки отклоняет. И по этой подсказке поняла – теперь путь должен лежать не прямо на восток, а немного в другую сторону, на юго-восток. Выждав ещё несколько минут и убедившись, что ветер не переменился, что он по-прежнему наклоняет языки костра в ту же сторону, волшебница погасила пламя, сгущая воду из воздуха точно по его периметру. Шипящие угли доставляли удовольствие, поскольку они означали полный контроль над ситуацией,а видеть что-либо сквозь заполнявшие на время поляну клубы белого пара было практически невозможно – но и это не раздражало.

Дальнейший путь Милданы выглядел сравнительно однообразно. Только лес, и ничего более, разве что изредка обнаруживались открытые пространства. По самому их виду было несложно понять, что они – чисто естественного происхождения. Но девушка всё равно каждый раз внимательно проверяла это. Обходила, смотрела, нет ли где остатков какого-то строения, следов дороги, брошенных предметов. И думала: «раньше я пугалась пустоты, старалась куда-то убежать от неё; сейчас же – спокойно сосуществую и ничего не опасаюсь уже».

Не запугал её и внезапно начавшийся короткий, но достаточно мощный дождь. Для мага воды такие «сюрпризы» вообще не страшны. Но тут, в совершенно чуждой ещё недавно реальности, успешное противостояние льющимся с неба струям выражало одну главную мысль. Я могу. Я по-прежнему сильна и заставляю воду слушаться, а не она принуждает меня принимать решения или даже спасаться бегством.

В какой-то момент местность начала ощутимо меняться. На третий день пути Милдана стала замечать, что всё больше и больше появляется лиственных деревьев. Это пришлось ей очень по вкусу – всё-таки светлые леса она любила гораздо больше, чем тёмные хвойные. По берегу реки – уже, видимо, другой – потянулись местами заливные луга. Магесса внимательно рассматривала противоположный берег, когда вновь пошла вдоль реки, нёсшей свои воды как раз в нужном ей направлении. Однако тот оставался пуст – ни людей, ни домов, ни костров.

Несмотря на отсутствие каких-либо признаков человека, путешествие начинало нравиться Милдане. Пусть оно и выглядело экстравагантно, но само ощущение лёгкого зуда на кончиках нервов от непрерывного ожидания опасности приятно будоражило кровь. В обстановке вокруг было разлито что-то величественное, грандиозное. Даже то, что эти природные красоты не так давно стали фоном для жутчайшей трагедии, не могло отменить их необыкновенного изящества. Вскоре путь преградили заросли колючих кустов. Но девушка без всяких колебаний вошла в них. Она твёрдо решила: пусть её одежда – и даже, возможно, кожа – подвергнется этому суровому испытанию, но зато такая самопроверка станет доказательством того на что она, Милдана, способна. И, сверх того, позволит окончательно стереть прошлое. «Вы там пытались уничтожить меня, забросив сюда? Смотрите внимательно, если сможете: я иду сквозь колючки, и даже они не могут помешать мне, что уж говорить о вашей бессильной ненависти».