Тревьон Бёрнс – Дрожь (ЛП) (страница 8)

Их взгляды встретились, и Харриет показала ему фотографию обнаженной девушки, лежавшей в собственной крови на бетонном полу; место преступления было огорожено полицейской лентой.

— Дом Мэта на вершине холма. Она вышла и застрелилась.

— Они всегда так делают.

— Предупреждаю, — женщина понизила голос. — Капитан пронюхал о том, что сегодня ты схватил потерпевшую за руку. Он недоволен.

— Что еще нового? — Л инк нахмурился, взял свои ключи от машины и подмигнул ей. — Спасибо за своевременное предупреждение.

— Ты сделал бы то же самое для меня. Давай, уходи.

В тот момент, когда Линк уже направлялся к дверям участка, чуть ускорив шаг, глубокий голос прокричал его имя со второго этажа.

— Детектив Хилл. В мой офис.

Линк остановился как вкопанный.

— Чёрт.

Через стеклянные двери он мог видеть свою машину, припаркованную менее чем в ста футах. Он мог притвориться, что не слышал своё имя и сбежать.

Громкость голоса капитана увеличилась.

— Линкольн. В мой офис. Cию же минуту.

Линк терзал нижнюю губу на протяжении всего пути вверх по лестнице, и чувствовал на себе взгляды коллег, пристально наблюдавших за каждым его шагом, пока он закрывал за собой дверь в кабинет капитана. Сделав глубокий вдох, он повернулся к нему и прислонился к двери.

Капитан Леонард Фокс сидел, скрестив руки. Его иссиня черные волосы, зачёсанные назад, подчеркивали его преклонный возраст и открывали покрытое шрамами от оспы лицо, а так же серьезные карие глаза. Его губы были сжаты в тонкую линию, отчего он выглядел еще старше.

— Я не хватал эту девушку с намерением причинить ей боль, понятно? — сказал Линк. — Я взял её за руку в момент отчаяния, но не причинял ей вреда.

— У её отца была другая версия произошедшего, которую он рассказал, когда звонил мне этим утром. Её отец — Сидни Адамс, знаешь такого? Стальной магнат с достаточным количеством денег и возможностями оставить нас обоих без работы, если он так решит.

Линк отвёл взгляд, плотно сжав губы.

Леонард вцепился в стол, опустив голову.

— Ты поклялся мне, не заставляй меня это делать.

Линк держал руки по швам.

— Так не делай этого.

Леонард продолжал, как будто не слышал его, качая головой, все еще не поднимая её.

— Ты поклялся мне… но ничего не изменилось, Линк. Ты становишься обузой. Легко замять дело, когда ты занимаешься рукоприкладством с головорезами и преступниками, но с дочерями известных бизнес-магнатов? Господи, кто следующий? Ты также собираешься задушить Селесту Блэкуотер? Может, полетишь в Вашингтон и покажешь Саше Обаме, кто здесь главный? (Прим.: Саша Обама — младшая дочь бывшего президента США).

Линк избегал взгляда капитана и при этом поглаживал рукой свою покрытую щетиной челюсть. Это напрягало, его пристальный взгляд вновь устремился к Леонарду.

— Эта девочка была изнасилована Тоддом Локвудом.

Леонард застонал и опустился в свое рабочее кресло, спрятав голову в ладонях.

Линкольн продолжил наступление.

— Но, как всегда, он нашел способ её заткнуть. Безмолвно напугать. Чем-то, в чем все они повязаны, Лео, и ты знаешь об этом. Блэкуотеры. Локвуды. Почему случается так, что девяносто процентов женщин, которые были изнасилованы на этом острове, пострадали во время или после мероприятия, организованного одной из этих семей?

Леонард поднял голову, поставил локти на стол и поднес сжатые руки ко рту. После чего прищурил глаза.

— Я отправляю тебя в административный отпуск.

— Лео…

— Четыре недели, с оплатой. И мне пришлось побороться, чтобы добиться этого для тебя, — он ткнул пальцем в сторону Линка. — Ты вернешься назад, в этот полицейский участок, после получения одобрения от консультанта по управлению гневом.

— Ты что, бл*ть, шутишь.

— Я нахожусь в безвыходном положении, Линк. Люди болтают разное. Задают вопросы. Я не могу больше предоставлять тебе привилегированное положение. Я понимаю, что ты борешься. Я понимаю… — Лео вздохнул.

Линк облизал губы.

Лео хранил молчание в течение минуты.

— Я тоже скучаю по ней.

Линк съёжился. Его челюсть снова напряглась. Он отвел взгляд, когда пламя в его глазах полыхнуло с новой силой.

Леонард слегка смягчил тон.

— Я скучаю по Лизе… все время. Но чрезмерное насилие, агрессивное поведение, запугивание? Это должно прекратиться. Тебе нужно начать учиться тому, как… как её отпустить, или ты собираешься жечь и крушить все на своем пути?

Линк снова облизал губы, вцепившись взглядом в Лео.

Капитан держался стойко.

— Возьми месяц отпуска. Поговори с консультантом. Твоя работа будет ждать твоего возвращения, но в остальном у меня связаны руки.

Без лишних слов Линк повернулся, ухватился за открытую дверь кабинета и захлопнул её за собой.

***

Прошло много времени с тех пор, как Веда наряжалась на вечеринку. Но не потому, что не хотела, а потому, что для этого просто не представлялось ни единой возможности. Как студентка колледжа и медицинского университета, она была слишком занята, чтобы наслаждаться настоящей общественной жизнью. Впервые за много лет, когда она наконец-то надела платье, стала та ночь, когда она потерпела фиаско на помолвке Гейджа Блэкуотера. Сегодня вечером она снова надела платье, уже второй раз меньше, чем за неделю. Т емно-синее макси в горошек для вечеринки по случаю дня рождения Тодда Локвуда в гриль-баре «Данте».

Должно быть, это желание наряжаться в ней пробуждал скрытый убийца.

Веда полюбовалась собой в зеркале, а затем просунула пальцы под лямку платья, которая начиналась у декольте, проходя через шею, и отыскала там крошечный пузырек с прозрачной жидкостью.

Она приподняла пузырек до уровня глаз, наклонила его из стороны в сторону, и принялась наблюдать, как прозрачная жидкость перекатывалась по небольшой ёмкости.

О дна капля этой жидкости была меньше кончика её ногтя.

Д остаточно мощная капля, чтобы поставить десять человек на колени.

Лишь одной каплей она смогла бы закончить то, ради чего приехала.

Она могла бы убить их всех.

Веда верила в могущество терпения. Отсроченное удовольствие. Она выбрала этот препарат не только потому, что его невозможно было обнаружить в анализе на токсины, но и потому, что он был медленного действия. Она хотела своего рода изысканной кульминации, которая будет дарована только тем, кто готов играть в долгую игру. Она хотела видеть выражение глаз каждого из них, вместе и по отдельности, в тот момент, когда мужчины осознали бы, что теперь она отнимает у них то, что когда-то они забрали у нее. Она хотела видеть свет, который покинул бы их глаза, как это было с ней. Т ак дьявольски медленно и спокойно, и они даже не поймут, что были обречены, пока не станет слишком поздно.

Таким образом, сегодня вечером на этом крошечном пузырьке, который она украла из больницы… крошечном пузырьке, который был достаточно сильным, чтобы убить десятерых мужчин… было только одно имя.

И это имя — Тодд Локвуд.

***

От вида со второго этажа в баре «Данте», у Веды напрочь перехватило дыхание. Впереди у пристани для яхт Тенистой Скалы выстроились ряды судов, а бирюзовые воды были настолько чисты, что легко можно было рассмотреть камни и водоросли на дне. Справа от нее находился холм, на котором она выросла, всё ещё усеянный домами всевозможных оттенков, несущих следы музыкальной культуры и творчества, которые могли родиться только в недрах чудовищной бедности. Некоторые дома скрыл туман, спустившийся с вершины холма. Слева от нее располагался новый загородный клуб, где миллиардеры весь вечер загоняли мячи в лунки на огромной лужайке, а нищета на холме менее чем в двух кварталах от них, либо оставляла их равнодушными, либо они просто не предполагали о её существовании.

Круизное судно Блэкуотеров, готовящееся отплыть нынешним вечером, было пришвартовано вдалеке, в конце длинной бетонной пристани. Это был закат круизного сезона Тенистой Скалы, и сотни, слоняющихся вокруг посетителей разъехались, возвращая острову первоначальное спокойствие и тишину, вплоть до наступления нового курортного сезона.

Ничего не изменилось в Тенистой Скале. По-прежнему скромный остров, с одной стороны достаточно небольшой, чтобы от наплыва туристов создавалось ощущение тесноты, но достаточно крупный, чтобы богатые и бедные могли бы сделать вид, что друг друга не существовало.

Белая палочка между губами описала медленный круг, когда Веда перевернула леденец с клубникой под языком. Девушка опиралась на стеклянные перила верхней палубы бара, которые были скользкими от тумана и влажности океана, и вдыхала запах водорослей. Её длинное платье струилось вокруг лодыжек, а глубокий разрез обнажал ногу. Большинство гостей бара собрались внизу в ожидании главного гостя этого вечера. Веда знала, что это был всего лишь вопрос времени, прежде чем они заполнят белые столы и стулья на верхней палубе, развалившись под красными зонтами, но данный момент был только её.

Ей нравилась эта дистанция.

Ей нравилось быть наедине с собственными мыслями, с демонами в голове, составлявшими ей компанию. Они напоминали ей о причине, по которой она была здесь.

Девушка позволила себе крутить пузырек в руке, пока наблюдала, как каждую минуту очередной роскошный автомобиль въезжал на парковку внизу, и большинство из водителей занимали больше, чем одно место, чтобы защитить свои драгоценные машины. Её желудок мутило при мысли об общении с этими несчастными людьми, но поскольку она ждала Тодда Локвуда, который должен был приехать на своем «Астон Мартин», она знала, что это будет того стоить.