Тори Красс – Жених кикиморы (страница 6)

– Я, кажется, начинаю понимать, прошептал он.

– Что понимать?

– Почему твои женихи оставались. Даже те, кто мог уйти.

Кира ничего не ответила. Только прижалась крепче.

За окном прокричала ночная птица. В унитазе булькнула рыба. Где-то далеко, на болоте, ухал филин и перекликались лешие.А в маленькой квартире на пятом этаже обычного питерского дома засыпал парень по имени Антон и его невеста, которой было пятьсот лет.

Утром он проснется и снова удивится мху в холодильнике. Потом придет Димка и будет крутить пальцем у виска. Позвонит мама и спросит про свадьбу. Кира приготовит странный ужин из рыбы.

Но это будет завтра.

А сегодня Антон просто спал, и ему снилось болото. Тихая черная вода, кувшинки, лунная дорожка. И Кира, идущая по воде босиком, с венком на голове. Во сне это было красиво. Страшно не было совсем.

2

Антон проснулся от того, что кто-то дышал ему в ухо.Он открыл глаза и увидел лягушку. Лягушка сидела на подушке в сантиметре от его лица и внимательно изучала его ноздри.

– Кваша, прохрипел Антон.

– Ты чего?

Кваша квакнула. Судя по интонации

– «Доброе утро, соня, вставай, там твоя невеста с ума сходит».

Антон приподнялся на локте. В комнате было светло, за окном чирикали воробьи, и вообще всё выглядело подозрительно нормально. Ни тины на люстре, ни камыша в углу, ни лягушек в раковине. Ну, кроме Кваши.

– Приснилось? с надеждой спросил Антон у лягушки.

Кваша отрицательно покачала головой. Антон даже не удивился, что лягушка умеет качать головой. После вчерашнего его уже ничего не удивляло.

Из кухни доносились звуки. Кто-то гремел посудой и напевал странную мелодию – не то народную, не то просто ветер завывает. Антон вздохнул, натянул штаны и поплелся на запах.

На кухне творилось колдовство.

Кира стояла у плиты в длинной рубашке (своей, зеленой, конечно) и помешивала что-то в кастрюле. От кастрюли поднимался пар с запахом рыбы, тины и еще чего-то неуловимо болотного.

– Доброе утро, мой лягушонок! пропела Кира, обернувшись.

– Как спалось?

– Нормально, Антон потер глаза.

– Кваша чуть в рот не залезла.

– Это она проявляет любовь, объяснила Кира.

– У них, у лягушек, это высшая степень привязанности. Хочешь завтракать?

Антон заглянул в кастрюлю. Там плавали рыбьи головы, какие-то корешки и, кажется, кувшинки.

– А есть что-нибудь… человеческое? осторожно спросил он.

– Человеческое? Кира нахмурилась.

– Ну, ты можешь сходить в магазин. Но я думала, мы сегодня с тобой поедем к моим. Познакомишься с семьей.

Антон почувствовал, как внутри что-то оборвалось.

– К семье? переспросил он.

– К твоей семье? Это к… лешим? Водяным?

– И не только, загадочно улыбнулась Кира.

– У нас сегодня большой сбор. Я вчера всем разослала весточки, что хочу представить жениха. Все очень ждут.

– Все это кто?

– Ну, Леший, мой двоюродный дядя по материнской линии. Водяной – он вообще нам никто, но свой, болотный. Русалки приплывут, несколько штук. Бабка моя, правда, обещала прийти, но она старая уже, тяжело ей выбираться из трясины. И еще пара утопленников, которые давно с нами живут.

Антон молчал. Он пытался переварить информацию.

– А… а во что мне одеться? спросил он наконец.

– В то, в чем не жалко испачкаться, пожала плечами Кира.

– Мы же на болото поедем.

– На болото?

– Ну да. К лешему в гости. У него там избушка, очень уютная. Правда, на курьих ножках, так что иногда убегает, но мы привязываем.

– Избушка на курьих ножках? эхом отозвался Антон.

– А ты думал, это сказки? удивилась Кира.

– Нет, всё взаправду. Только Баба-яга там уже не живет, она в город переехала, говорит, на болоте скучно. Теперь леший квартирует.

Антон сел на табуретку. Рядом тут же запрыгнула Кваша и уставилась на него с сочувствием.

– Кваша, тихо сказал Антон.

– Скажи честно, это нормально – знакомиться с родственниками-лешими?

Кваша подумала и кивнула. Видимо, для нее это было абсолютно нормально.

– Антош, ты чего? Кира подошла и села ему на колени.

– Не бойся. Они хорошие. Ну, немного странные, но кто из нас не странный?

– Твои родственники могут меня съесть?

– Могут, честно ответила Кира.

– Но не съедят. Я запретила. К тому же, ты мой жених, а значит, родня. У нас родню не едят.

– Утешила, вздохнул Антон.

– Ну и потом, Кира погладила его по голове,

– если что, я тебя защищу. Я хоть и молодая, но на болоте меня все уважают. Бабка моя вообще главная была лет двести назад, пока в запой не ушла.

– Кикиморы уходят в запой?

– А ты думал? усмехнулась Кира.

– Мы ж не святые. Бабка моя как хлебнет настойки мухоморной, так потом месяц по болоту бродит, пугает грибников. Её там все знают.

Антон представил себе пьяную кикимору, которая бродит по болоту и пугает грибников. Почему-то стало смешно.

– Ладно, сказал он.

– Поехали. Но если меня попытаются съесть, я убегаю.

– Договорились, улыбнулась Кира и чмокнула его в нос. Губы у нее были прохладные и пахли мятой.