Тоня Рождественская – Непокорная жена Дракона (страница 6)

- Бартер подразумевает под собой равноценный обмен, - парирую, вызывающе складывая руки на груди. – Как я могу соглашаться на него, когда даже не знаю конечной цены?

- Уверяю вас, что не потребую от вас ничего невозможного.

- А я уверяю вас, что ни за что и никогда не соглашусь ни на одну сделку с вами. Какой бы незначительной она не была!

Мистер Эйнсворт улыбается, делая шаг в мою сторону, внезапный, хотя и не поспешный, оказываясь рядом со мной столь близко, что я неосознанно вздрагиваю. И вновь по телу пробегает странная волна, вызывая необъяснимое оцепенение. Он слегка наклонятся ко мне, и я не столько даже понимаю, сколько чувствую то, что должно последовать за этим.

Не в силах даже шевельнуться, я отчего-то просто жду…

Ночь, таинственная темнота сада, наша странная встреча и сам факт того, что он выбрал меня себе в жены – все это логично должно привести к поцелую! Вот о какой просьбе он говорил.

Однако, Дракон вовсе не приближается к моим губам, а смотрит на меня со странным выражением. От этого взгляда мурашки по телу бегут, вызывая внутри что-то противоестественное.

- Что ж, - вдруг улыбается он, резко отдаляясь от меня. – Придется проявить благородство и вывести вас из лабиринта бесплатно!

К своему недовольству я замечаю, что это неожиданное отступление вызывает во мне необъяснимую досаду. И понимание этого пробуждает новую волну злости, так что я возмущенно шиплю.

- И с чего это вдруг вас посетили такие альтруистические порывы?

- Я далеко не настолько уж злодей, мисс Кэмпбэлл, - говорит мистер Эйнсворт с легкой усмешкой, указывая мне путь. – К тому же, будет печально, если моя прекрасная и во всем замечательная вечеринка будет омрачена вашей безвременной кончиной. Тем более, что у меня на вас далеко идущие планы.

- Можете забыть про ваши планы, - горделиво вскидываю я подбородок, проходя в указанную сторону. – Я скорее останусь здесь навсегда, чем соберусь хоть как-то в них поучаствовать…

- Уверяю, что вскоре вам представится такая возможность… - слышу я тихое, тревожащее обещание.

Но никак не реагирую на него, лишь про себя едко фыркаю.

Однако, я бы не была столь беспечна, если бы знала, что дома тот самый разговор с матерью продолжится…

Глава 9.

- Нет, мама́, вы, наверное, шутите?! - восклицаю я и громко стучу ладонью по столу.

Я была уверена, что наш диалог на приеме мистера Эйнсворта расставил все точки над «i». Я ведь четко обозначила свою позицию и мне показалось, мать поняла меня. Но оказалось, что она просто не хотела раздувать скандал на людях, и решила продолжить наш разговор в более интимной обстановке.

Причем если на балу она высказала свое предложение скорее как предположение, то теперь ее слова звучат уже как приказ. Поверить не могу! Неужели они и правда решились продать меня – свою единственную дочь! – этому ужасному человеку?!

В голове тут же всплывает довольная ухмылка Дракона. Так вот отчего он согласился помочь без каких-либо условий. Он знал! Уже тогда знал, что победил! Он просто смеялся надо мной, разыгрывая показное благородство. «Все, что я хотел получить от бала, я уже получил…»

Нет, не бывать этому, или я не Лоретта Кэмпбэлл!

Письмо любимому получилось слишком скомканным. Смятение, злость, страх, все так перемешалось у меня внутри, что кажется я уже не способна мыслить логически. В голове стучит лишь одна мысль – прочь, прочь, прочь! Скорее скрыться, обезопасить себя от решения, которое нависло надо мной хуже дамоклова меча.

Я уверена, что мои родители одумаются, стоит им только понять на что я готова, чтобы не связывать свою жизнь с этим чужестранцем, и папа́, и мама́ обязательно раскаются в том, что посмели предложить мне подобное. Конечно, они согласятся на все мои условия, если поймут, что иначе могут навсегда потерять свою дочь. Так что я не волнуюсь о будущем. Сейчас главное избежать этой помолвки, а там уж посмотрим, как пойдет.

Именно поэтому я даже не пытаюсь продумать этот незамысловатый побег. Все равно я знаю, долго прятаться мне не придется…

Но когда я снова кидаюсь в свою комнату, чтобы собрать самое необходимое, разговор, доносящийся из кухни, заставляет меня остановиться.

Я вовсе не собиралась подслушивать, честно. Моя голова занята совершенно другим, но несчастный голос моей няни, тетушки Элеонор, и кухарки Иветты звучит настолько пронзительно, что я услышала его даже сквозь пелену собственных переживаний.

Разумеется, предмет их разговора мне известен, в последнее время слуг волнует лишь одна тема – почти что бедственное положение нашей семьи. Но то, что я слышу теперь отозывается во мне слишком сильно.

- Господин де Кэмпбэлл сказал, что ферму придется продать. Содержать ее больше нет никакой возможности.

- Ох! – восклицает Иветта. – Но как же все арендаторы? Что если новый хозяин не пожелает оставлять им такие же условия или, еще страшнее, и вовсе захочет найти новых?

- Не знаю, дорогая, не знаю… Все может быть…

- Но как же их семьи! Ситуация в деревне, итак, критическая. Людям практически нечего есть, и эту зиму они просто не смогут пережить!

- Да, Иви, - грустно говорит Элеонор. – Но если мы не продадим ферму, то нечего есть будет уже нам… У лорда Кэмпбэлла есть обязанности перед штатом, он обязан сделать так, чтобы обеспечить не только членов своей семьи, но и нас… А если ничего не сделать, то Кэмпбеллы просто рискуют потерять свое имение!

Стою, как громом пораженная. Я знала, что наше положение сейчас не назовешь замечательным, но никак не рассчитывала на то, что все настолько ужасно. Да, родители уже давно говорили, что ферма совершенно не приносит дохода, но я никогда не придавала этому очень большого значения. Разумеется, отец знал, что делать, и вскоре обязательно все должно было наладиться, думала я все это время. Но то, что я услышала сейчас…

Сердце колотится как бешеное. Надеюсь, тетушка преувеличивает, когда говорит, что мы можем потерять свое имение! Но, как назло, в голове тут же всплывают пугающие воспоминания про семьи Эстель и Роуз… Нет, может быть, чтобы мы скатились до такого же жалкого существования, как несчастные соседи!

От бессильной злости я сжимаю кулаки. Но на кого я сейчас злюсь? На войну, обобравшую нас почти что под чистую? На короля, требующего от аристократов все больше и больше? На родителей, которые пытаются сделать все, что только возможно? На мистера Эйнсворта, появившегося в нашем крае так не вовремя. Или на себя, за то, что не могу поступить эгоистично, забыв обо всех остальных?

Словно в тумане, раздираемая противоречиями и безвыходностью своего положения, я бреду обратно в гостиную. Ноги едва волочатся от того груза, что упал на мои плечи столь внезапно, а дыхание замедлилось ровно настолько, чтобы поддерживать хотя бы иллюзию жизни.

Ведь я знаю, что с этого дня она для меня закончилась. Я больше не принадлежу себе. Я принадлежу человеку, которого ненавижу сильнее, чем кого-либо на этом свете. Человеку, от которого я никогда не дождусь нежности или по-настоящему человеческого обращения. Ведь он ко всем и всему относится с точки зрения своей выгоды и ценности для себя.

И он купил меня, как товар. А значит, я всегда останусь для него разменной монетой. Чем-то, к чему не стоит относиться с теплотой и привязанностью.

Дрожащей рукой открываю я дверь, за которой мои родители сидят в гнетущем молчании. Каждый из них, я знаю, переживает в душе что-то подобное тому, что испытываю я сама. И, возможно, им даже намного тяжелее, ведь их решение повлияет именно на мою жизнь, а обрекать кого-то другого, тем более свое дитя, всегда тяжелее, чем себя самого.

А потому я хочу снять с их плеч хотя бы частичку этой вины. Ведь несмотря ни на что, я знаю, если бы был хоть единственный шанс избежать этого брака, мой отец воспользовался им.

Так что я делаю глубокий вдох и произношу, как собственное наказание.

- Я согласна выйти за мистера Эйнстворта…

Глава 10.

Я плохо помню, что было дальше. Мир вокруг словно перестал существовать. Рядом бесконечная суета – выбор нарядов, расцветка зала, цветы и много чего еще. Но мне абсолютно плевать. Этот день вовсе не должен был стать моим самым счастливым. Какая разница, что на мне надето, если в этом платье я должна попрощаться со всем, что мне дорого?

С родным домом, с моими принципами, с моей гордостью, но важнее всего – с Энтони…

Возможно, я бы восприняла эту помолвку чуть более спокойно, встань он на мою сторону. Но как ни пыталась я объяснить Энтони, что мой брак с мистером Эйнсвортом столь же неизбежен, сколь и нежелателен, любимый не желал меня слушать.

Он словно отгородился от меня сплошной непробиваемой стеной из обиды и разочарования, и любые доводы не доходили до него. Для него я была больше не его милая Лора, а предательница, позарившаяся на богатство и власть пришлого чужака. И это особо сильно ранило меня, ведь кому как ни ему было известно мое отношение к этому ужасному человеку.

- Вы желаете, чтобы после бракосочетания мы отправились куда-то в путешествие или сразу вернулись в поместье? - спрашивает мой новый жених.

Сейчас он восседает прямо передо мной, довольный как слон, с полнейшим осознанием своего триумфа. Нога на ноге, дорогой сюртук сидит как с иголочки, темные волосы убраны чуть назад, открывая скульптурное лицо, словно настоящий джентльмен. Только я знаю, что никакой он не джентльмен. И вопросы свои задает скорее от нечего делать, или от желания лишний раз подразнить, чем из-за действительного порыва мне угодить.