Томас Соуэлл – Принципы экономики. Классическое руководство (страница 95)
Всё это вопросы постепенного поиска компромиссов, чтобы достичь оптимального уровня безопасности в мире, где нельзя добиться категорической безопасности, так же как и стопроцентно чистой воды или воздуха. В отдельных рыночных сделках на постепенные компромиссы приходится идти постоянно, но противиться требованиям более чистого воздуха, более чистой воды или большей безопасности при езде на автомобиле сродни политическому самоубийству. Именно поэтому то, что правительство
К наиболее масштабным внешним затратам, налагаемым на общество, относятся те, что навязаны законодателями и должностными лицами, реагирующими на политическое давление со стороны защитников определенных интересов или идеологий; хотя самим им это ничего не стоит, другим — обходится в миллиарды.
По оценкам, в США правительственные постановления обходятся примерно в 7800 долларов на каждого сотрудника в крупных компаниях и в 10 600 долларов — в малых. Кстати, это говорит о том, что наличие многочисленных правительственных постановлений дает конкурентное преимущество крупному бизнесу, поскольку их соблюдение, по-видимому, обеспечивает экономию на масштабе.
Это свойственно не только Соединенным Штатам. В некоторых мусульманских странах приведение практики кредитования в соответствие с нормами исламского права может потребовать более сложных и дорогостоящих финансовых механизмов по сравнению с западными странами. Но стоит одному финансовому учреждению исламского мира создать за счет больших затрат какой-то из таких финансовых документов, его можно использовать сколь угодно раз для аналогичных сделок — гораздо чаще, чем это доступно малому бизнесу, поскольку у малого бизнеса сделок меньше. Как писал журнал The Economist:
Финансисты могут переделать документацию, а не создавать ее с нуля. Договоры, которые они сейчас используют в Америке для ипотеки, согласованной с нормами шариата, основаны на шаблонах, изначально составленных за большие деньги для аренды самолетов.
Хотя правительственные постановления могут защищать те, кто их создает, ссылаясь на порождаемые ими выгоды, необходимо задать значимый с экономической точки зрения вопрос: а стоят ли такие выгоды сотен миллиардов долларов, в которые они обходятся в Соединенных Штатах? Если кто-то на рынке тратит 500 миллиардов долларов, он должен быть уверен, что полученная им прибыль будет превышать 500 миллиардов. В противном случае он рискует обанкротиться. Однако у правительства редко есть стимулы или ограничения для подобных сравнений. Если есть повод предполагать, что новое постановление решит какую-то проблему или принесет определенную пользу, этого обычно хватает, чтобы правительственные чиновники его приняли. Поскольку придумать потенциальные выгоды от постановлений не так уж сложно, а расходы все равно лягут на плечи налогоплательщиков, стимулов для появления новых правительственных постановлений предостаточно, а ограничений для их роста мало. Количество страниц в Федеральном реестре, где собраны правительственные нормативные акты, постоянно увеличивается. Один из редких периодов их сокращения отмечался при администрации Рейгана в 1980-х. Но с его уходом рост числа страниц в Федеральном реестре возобновился.
Так же как необходимо помнить о резком различии между целями определенной политики и ее фактическими последствиями, следует помнить и о резком различии между целью создания закона и сферами его реального применения. Например, президент Франклин Делано Рузвельт отменил в 1933 году золотой стандарт в силу президентских полномочий, предоставленных законами, принятыми во время Первой мировой войны ради предотвращения торговли с вражескими странами. Война давно закончилась, врагов у США уже не было, а полномочия остались, и Рузвельт использовал их для совершенно других целей. Полномочия не истекают после окончания породивших их кризисов. Отмена старых законов также не входит в число приоритетов для законодателей. Еще менее вероятно, что учреждения закроются сами по себе в связи с исчезновением обстоятельств, послуживших причиной для их открытия.
Думая о функциях государства, мы часто считаем, что некоторые виды деятельности должно выполнять именно оно, а не частные учреждения просто потому, что так было в прошлом. Очевидный пример — доставка почты. Однако когда Индия разрешила заниматься этим частным компаниям, то количество почтовых отправлений, перевезенных государственной почтовой службой, сократилось с 16 миллиардов в 1999 году до менее 8 миллиардов в 2005-м. Телефонные компании в Индии также некогда принадлежали государству, но после появления в отрасли частных компаний они «повысили качество обслуживания и снизили тарифы на все услуги — от местной до междугородной связи, от сотовой связи до интернета», как писала Wall Street Journal.
Ни конкретные полномочия, ни конкретные действия правительства нельзя воспринимать как нечто само собой разумеющееся просто потому, что так было принято в прошлом. Ситуацию нужно изучать с точки зрения стимулов, ограничений и опыта работы.
При расширении роли государства, помимо достоинств и недостатков определенной государственной политики или программ, нужно учитывать и другие соображения. Их более века назад высказал Джон Стюарт Милль:
Любая дополнительная функция правительства расширяет его влияние на чаяния и страхи и все больше и больше превращает деятельную и активную часть общества в прихлебателей правительства или той партии, которая стремится к власти. Если бы дороги, железные дороги, банки, страховые конторы, крупные акционерные компании, университеты, благотворительные учреждения были ветвями правительства; если бы вдобавок муниципалитеты и местные власти вместе с тем, что на них сейчас возложено, стали органами центральной администрации; если бы работники всех этих различных организаций назначались правительством, были у него на жаловании и возлагали на него все надежды для продвижения в жизни, то даже вся свобода прессы и народная конституция, принятая законодательным органом, делали бы эту или любую другую страну свободной лишь на словах.
Глава 19. Государственные финансы
Готовность правительства взимать налоги явно недотягивала до стремления их тратить.
Как и отдельные люди, предприятия и другие организации, правительство должно обладать ресурсами для поддержания своего существования. В прошлые столетия некоторые власти взимали эти ресурсы в форме доли урожая, скота или других материальных активов населения, но в современных промышленных и коммерческих обществах правительство берет определенную долю национального продукта в виде денег. Однако последствия этих финансовых операций для экономики выходят далеко за рамки перехода денег из рук в руки.
Потребители могут поменять то, что покупают, если одни из товаров облагаются высокими налогами, а другие — нет. Предприятия могут поменять ассортимент продукции, если одни ее виды облагаются налогами, а другие субсидируются. Инвесторы могут вложить деньги в необлагаемые налогом муниципальные облигации или в другую страну с более низкими налогами, если налоги на доходы от их инвестиций возрастут, и отменить свое решение, если ставка налога уменьшится. Короче говоря, люди меняют свое поведение в ответ на финансовые операции правительства. Эти операции включают налогообложение, продажу государственных облигаций и бесчисленные способы тратить деньги сейчас или обещание потратить их в будущем, например посредством гарантий для банковских вкладов или создания пенсионных программ для всего населения или его части.
В 2013 году правительство Соединенных Штатов потратило почти 3,5 триллиона долларов. Чтобы разобраться в сложностях правительственных финансовых операций, лучше выделить конкретные способы траты денег и изучить по отдельности, обращая внимание на последствия этих операций для экономики в целом. Фактически такие последствия выходят за национальные границы и отражаются на других странах мира.
Долгое время одним из главных занятий государства, будь то времена Римской империи, китайских династий или современной Европы и Америки, было приобретение богатства. Сегодня крупнейшие источники денег для правительства страны — налоговые поступления и продажа облигаций. Выбор между финансированием деятельности правительства за счет текущих налоговых поступлений или за счет доходов от продажи облигаций — иными словами, влезание в долги — определяет последствия для экономики в целом. Как и во многих других областях экономики, факты относительно просты, но слова, употребляемые для их описания, могут привести к ненужным осложнениям и недопониманию. Чтобы избежать недоразумений или даже истерии, нужно четко определить некоторые понятия, используемые при обсуждении финансовых операций, такие как
Если все текущие государственные расходы оплачиваются деньгами, полученными в виде налогов, то бюджет считается сбалансированным. Если текущие налоговые поступления превышают текущие расходы, то говорят о профиците бюджета. Если налоговые поступления не покрывают все расходы правительства и часть покрывается за счет доходов от продажи облигаций, то говорят, что правительство работает с дефицитом, поскольку облигации — это долг, который правительству предстоит погасить в будущем. Накопление дефицита со временем приводит к совокупной задолженности правительства, которая называется государственным долгом. Если бы этот термин действительно означал то, что здесь написано, то государственный долг включал бы все задолженности в стране, в том числе долги людей и предприятий. Однако на практике термин «государственный долг» означает просто задолженность правительства страны.