Томас Роллестон – Мифы и легенды кельтов (страница 32)
В полдень с юго-запада прилетели еще две птицы и сели перед огромным орлом и после отдыха принялись за работу: они начали собирать насекомых, которые кишели в ее челюстях, глазах и ушах. Так продолжалось до вечера, когда все трое снова поели ягод. Наконец на следующий день, когда большая птица была полностью очищена, она нырнула в озеро, и два орла подобрали и очистили ее. До третьего дня огромная птица продолжала прихорашиваться и встряхивать крыльями, перья ее стали блестящими и густыми, а затем, взмыв ввысь, она трижды облетела остров и направилась в ту часть, откуда прибыла, а движения ее были быстрыми и сильными. Наблюдатели поняли, что произошло обновление, старая птица обрела юность, подобно тому, как сказал пророк: «Твоя юность обновляется, как у орла».
Тогда Диуран сказал: «Давайте тоже искупаемся в этом озере и омолодимся». «Нет, – возразил один из товарищей, – что, если птица оставила в нем свой яд?» Тогда Дюран упрямо нырнул в воду, искупался и выпил ее. С тех пор всю оставшуюся жизнь зрение его оставалось острым и проницательным, и ни один зуб не заболел, ни один волос не упал с его головы, и он никогда не знал болезней или немощей.
После этого странники попрощались с отшельником и снова отправились в путь по океану.
Остров смеющегося народа
На новой земле они обнаружили большую компанию мужчин, которые беспрестанно смеялись и играли. Команда бросила жребий, кому следует сойти на берег и исследовать остров, и выбор пал на сводного брата Майль-Дуйна. Когда тот спустился с корабля, то сразу же начал смеяться и играть с другими и не мог остановиться и не хотел возвращаться к друзьями. Они оставили его и уплыли прочь[53].
Остров пылающего бастиона
Путешественники увидели небольшой остров, а вокруг него непрерывно вращался огненный вал. В одной части в стене имелось отверстие, и когда оно оказалось напротив них, друзья увидели весь остров и тех, кто жил на нем: множество мужчин и женщин, красивых, в прекрасных одеждах, с золотыми сосудами в руках. Праздничная музыка доносилась до ушей странников. Мореходы долго не решались отплыть, наблюдая за этим чудом и созерцая восхитительную страну.
Остров монаха из Тораха
Вдалеке, среди волн, заметили нечто, поначалу принятое за белую птицу. Приблизившись, они обнаружили, что это пожилой мужчина, покрытый седыми волосами, простертый ниц на широком камне.
«Я родом из Тораха[54], – произнес старец, – Там я вырос. Я был поваром в тамошнем монастыре, начал торговать церковной пищей на стороне, и в конце концов у меня накопилось много сокровищ – одежды, медной посуды, книг в золотых переплетах и всего, чего только пожелает человек. Велики были мои гордыня и высокомерие. Однажды, когда я копал могилу, чтобы похоронить крестьянина, которого привезли на остров, снизу, глубоко из земли, донесся голос: “Не клади труп грешника на меня, святого, благочестивого человека!”»
Монах послушался и похоронил труп в другом месте, и за это ему была обещана вечная награда. Вскоре после этого он вышел в море на лодке со всеми накопленными сокровищами, очевидно, намереваясь сбежать с острова. Сильный ветер унес его далеко в море, и когда земля скрылась из виду, лодка неподвижно встала на одном месте. Он увидел рядом с собой ангела, сидящего на волне. «Куда ты держишь путь?» – спросил он. «Плыву куда глаза глядят», – ответил монах. «Тебе будет неприятно узнать, что тебя окружает, – сказал ангел. – Насколько может видеть глаз, вокруг тебя собралась толпа демонов из-за твоей алчности, гордыни, воровства и других злых дел. Лодка остановилась и не сдвинется с места, пока ты не исполнишь мою волю, или пламя ада охватит тебя».
Он приблизился к лодке и положил руку на плечо беглеца, а тот пообещал подчиниться.
«Брось в море, – сказал он, – все накопленное тобой добро». «Жаль, – заметил монах, – что оно пропадет». «Ничего не пропадет даром. Есть человек, которому ты принесешь пользу».
Послушался монах и выбросил в море все, кроме одной маленькой деревянной чашки, даже весла и руль. Ангел дал ему про запас сыворотки и семь лепешек и велел оставаться там, где остановится лодка. Ветер и волны носили его туда-сюда, пока наконец судно не пристало к скале, где его и нашли странники. Там не было ничего, но, вспомнив, что ему было велено сделать, монах взошел на небольшой выступ, омываемый волнами, и лодка немедленно уплыла прочь, а скала стала шире. Отшельник прожил на камнях семь лет, выдры приносили ему из моря лосося, волшебным образом он разводил костер и готовил на нем пищу, а и его чаша каждый день наполнялась чудесным напитком. «Ни сырость, ни жара, ни холод не страшны мне в этом месте», – заявил старец.
В полдень вся команда плотно пообедала, и после этого монах сказал им:
«Вы все благополучно доберетесь назад домой, а человека, который убил твоего отца, о Майль-Дуйн, ты найдешь в крепости. Не убивай и прости его; потому что Бог спас вас от множества великих опасностей, а вы сами такие же грешники, заслуживающие смерти».
На этом путники попрощались с ним и отправились в дорогу.
Остров сокола
Здесь жили только овцы и быки. Мореходы спустились на берег и наелись досыта, и один из них увидел большого сокола. «Эта птица, – сказал он, – похожа на ирландских соколов».
«Следите за ним, – велел Майль-Дуйн, – и мы двинемся в том же направлении». Птица полетела на юго-восток, и странники гребли до вечера, чтобы плыть за ней.
Возвращение домой
С наступлением темноты они увидели землю, похожую на Ирландию, и вскоре подошли к маленькому острову, где жил человек, убивший Айлилля.
Путники подошли к таверне и услышали, как разговаривают пирующие мужчины. Один из них сказал:
«Не поздоровится нам, если Майль-Дуйн найдет нас».
«Он утонул», – отвечал другой.
«Скорее, он разбудит тебя ото сна сегодня ночью», – заявил третий.
«Если он придет прямо сейчас, – сказал четвертый, – что мы будем делать?»
«Нетрудно решить, – заявил их вожак. – Если он заявится, мы окажем радушный прием, ибо он претерпел долгие лишения».
Тут Майль-Дуйн ударил деревянной колотушкой по двери.
«Кто там?» – спросил привратник.
«Майль-Дуйн», – представился он.
Странники вошли в дом с миром, их гостепреимно встретили и облачили в новые одежды. Затем они рассказали обо всем, что успели увидеть в путешествиях.
Затем Майль-Дуйн отправился в свой дом, к родным, а Диуран-Сказочник взял с собой кусок серебра, вырезанный из сетки, и торжественно возложил его на главный алтарь Армага в память о чудесах, которые Бог сотворил для них. Снова и снова они рассказывали истории обо всем, что с ними случилось.
Глава 6
Мифы и сказания валлийцев
Боги дома Дона
Боги дома Ллир
Артур и его род
Ллир и Манавиддан
Когда мы находим в валлийских легендах мифологического персонажа по имени Ллир с сыном по имени Манавиддан, играющих ведущие роли, мы можем смело сопоставить эти образы с ирландским Лиром и его сыном Мананнаном, богами моря. Llyr-cester, ныне регион Лестер, был центром поклонения Ллиру.
Ллеу Ллау Гиффес
Наконец, мы дошли до персонажа «Мабиногиона», сказки под названием «Мат, сын Матонви». Его имя указано как Ллеу Ллау Гиффес, что древний валлийский автор интерпретирует как Лев Твердая Рука, и история, которую мы перескажем, объясняет его имя.
Дома Доны и Ллира
Различимы два великих божественных дома, рода, клана – семья Доны, богини-матери (соответствует ирландской Дану), чьим мужем является Бели (в Ирландии Биле), бог Смерти, а ее потомки – Дети Света; и семья Ллира (Лира), который в легендах этого исторического периода представляет не данаанское божество, а кого-то близкого к фоморам. Как и в ирландских мифах, две семьи объединяются с помощью браков – Пенардун, дочь Доны, выдана замуж за Ллира. У самой Доны есть брат Мат, чье имя означает «богатство» или «сокровище», и они происходят от персонажа с неясными характеристиками, Матонви.
Дом Артура
В пантеон божеств сказаний «Мабиногиона», позднее вошла другая группа, возглавляемая Артуром, или богом по имени Артай. Он занимает место Гвидиона, сына Доны.
Гвин ап Нудд
Божество по имени Гвин ап Нудд, подобно Финну, произвело на воображение валлийцев более глубокое и продолжительное впечатление, чем любое другое божество. Могучий воин и охотник, его веселит треск ломающихся копий и, подобно Одину, он собирает души погибших героев в своем сумрачном царстве, ибо, хотя он принадлежит к роду Светлых богов, Гадес – его особенная единоличная вотчина. Битва между ним и Гвитиром, сыном Грейдаула (Победителем, сыном Выжигателя) за Крудилад, дочь Ллудда, возобновляемая каждый майский день до конца времен, очевидно, метафорически описывает борьбу между зимой и летом за цветущую и плодородную землю.