Первым этапом решения этой задачи с двумя неизвестными стал поиск команды. Учитывая, что сроки были совсем короткие, требовались опытные люди – по возможности такие, у которых за плечами уже имелся как минимум один эпизод этой серии. Только в этот момент как раз начиналась основная работа над проектом для консолей нового поколения, а команда Black Flag уже пустилась покорять новые горизонты… Команда бренда перебрала все возможные варианты и поняла: есть лишь одна студия, способная встать сейчас у руля, – Ubisoft Sofia. Эта маленькая компания, основанная в 2006 году, поначалу занималась не слишком заметными проектами. Tom Clancy’s Ghost Recon: Shadow Wars и Imagine: Fashion Designer на Nintendo 3DS, CSI: 3 Dimensions of Murder на PlayStation 2, ChessMaster: The Art of Learning на DS, PSP и XBLA, а также портом трилогии Prince of Persia на PlayStation 3. Послужной список, конечно, разнообразный, только какой-то очень беспорядочный, а главное – слишком уж скромный. Первая возможность заявить о себе появилась у болгарской студии в 2011 году, когда ей поручили разработку новой части Assassin’s Creed для новинки от Sony: портативной консоли PlayStation Vita[246]. Это был далеко не первый эпизод серии для подобной платформы, но он явно выделялся среди прочих своим масштабом. Благодаря впечатляющим характеристикам Vita команда смогла создать спин-офф, ничуть не уступающий тем, что выходили на полноразмерных игровых консолях. Так появилась на свет Assassin’s Creed III: Liberation[247].
Этот эпизод саги можно назвать примечательным во многих отношениях, в первую очередь, конечно, благодаря тому, что главная его героиня – женщина. Да-да, Liberation – первая часть серии, в которой нам предстоит управлять ассасинкой – Авелиной де Гранпре. Ее история разворачивается во второй половине XVIII века в Луизиане, в двух основных игровых зонах, каждая из которых представляет собой открытый мир – в городе Новом Орлеане и в Байу – природной зоне, источником вдохновения для которой послужил Фронтир. Liberation – полноценный спин-офф Assassin’s Creed III: от третьего эпизода она взяла не только название, но и континент с историческим периодом. Во время небольшой дополнительной миссии в Мексике Авелина даже встречает Коннора! У этих двух игр настолько много общего, что они даже вышли одновременно – в октябре 2012 года.
Геймплей в Liberation, что вполне логично, представляет собой очень точную адаптацию геймплея Assassin’s Creed III, однако по конструкции приключение, ввиду неизбежных ограничений из-за небольшой мощности консоли, скорее напоминает трилогию о приключениях Эцио. Этот эпизод также запомнился мне тем, что ввел совершенно новую и, к сожалению, так больше никогда и неиспользованную вновь геймплейную механику: Авелина может менять наряды, и каждый из трех имеет свои важные особенности. Конечно же, главный из них – это всем знакомый наряд ассасина, только с треуголкой вместо капюшона. Однако, будучи буржуазного происхождения по отцу, который является богатым французским купцом, Авелина может нарядиться в элегантное платье, которое соответствует ее статусу. В этом случае наша героиня не сможет бегать или заниматься паркуром. Но благодаря такой одежде она способна проникнуть во многие хорошо охраняемые здания, соблазнив кого-то из приглашенных туда джентльменов или подкупив солдат. Кроме того, Авелина может прикинуться рабыней и затеряться в толпе, чтобы затем незаметно совершить какую-нибудь диверсию.
Сама по себе идея с переодеванием и социальным стелсом очень удачная и к тому же отсылает к первой части саги, где Альтаир складывал руки в молитве и притворялся монахом. Liberation зашла еще дальше, создав для героини три отдельных режима игры со своими особенностями, для каждого из которых нужна особая стратегия. К сожалению, интеграция этих функций в основной геймплей так и осталась довольно рудиментарной и не слишком гибкой, подчас лишая игрока возможности свободно действовать и самостоятельно думать при прохождении миссий. Идея с переодеванием определенно заслуживала большего внимания и тщательной проработки, однако команда, похоже, была целиком сосредоточена на технической стороне задачи. Шутка ли: впихнуть настоящую, пусть и маленькую Assassin’s Creed в портативную консоль – и это за каких-то полтора года! Разработчики из Софии сумели решить эту задачу с блеском, чем снискали доверие Ubisoft. Команда бренда тоже была впечатлена таким результатом – вот почему они обратились именно в Болгарию, когда ей снова понадобился кто-то, способный всего за несколько месяцев совершить настоящий подвиг.
Замена игрока
Вторым этапом решения задачи с двумя неизвестными стал выбор времени и места действия нового приключения, решение о разработке которого было принято так внезапно. Ответ, как оказалось, лежал на поверхности, нужно было только сосредоточиться на целях проекта. Команда бренда провела мозговой штурм, чтобы понять, как лучше решить эту задачу. В дискуссии принимали участие директор по контенту Жюльен Кюни, сценарист Ричард Фаррес и Аймар Азаизия, отвечающий за трансмедийное повествование. Втроем они, по словам Фарреса, играли роль своего рода «полиции повествования»[248]. Она заключалась в том, чтобы убедиться в следующем: любое произведение, выходящее под брендом Assassin’s Creed, соответствует канону и согласуется с остальными произведениями. Аймар Азаизия вспоминает, что с учетом контекста, первая пришедшая им в голову идея была такой: «Мы были почти уверены, что нам нужно сделать приквел к эпизоду, который выйдет на консоли нового поколения». Следовательно, действие должно происходить в XVIII веке. Ричард Фаррес объясняет, как родилась эта идея: «Требовалось использовать как можно больше уже готового материала ‹…›. Так что стало примерно понятно, какой сеттинг придется выбрать»[249]. Учитывая, что двумя последними эпизодами были Assassin’s Creed III и Black Flag, было ясно: нужна игра, где морским сражениям и путешествиям отводится важная роль, а действие разворачивается в Северной Америке. В итоге на верный путь команду направило знание лора саги. Она пришла к выводу, что игра должна отработать в серии ту же роль, что Revelations, которая эффектно завершила трилогию о приключениях Эцио, но одновременно вернулась в прошлое, раскрыв немало деталей об Альтаире и Братстве ассасинов. Было решено, что новая часть саги должна закрыть все сюжетные дыры и стать заключительной частью трилогии. Чтобы проект обрел успех, команде требовались две основные составляющие. О первой из них Фаррес говорил так: «Мы давно уже хотели рассказать историю о тамплиерах. И мы знали, что фанаты очень ждут этого»[250]. Второй же стала одна, казалось бы, не слишком значительная деталь Assassin’s Creed III. В самом начале приключения Коннор встречает Ахиллеса, ассасина-наставника, который живет отшельником, полностью отказавшись от идей и борьбы Братства. Однако точные причины этого его решения так никогда и не раскрываются. Новая игра оказалась прекрасной возможностью сделать это – и одновременно создать связь между третьим эпизодом и проектом для консолей нового поколения, действие которого должно было развернуться во времена Французской революции. А в придачу команда решила показать нам историю с точки зрения тамплиеров и поведать, как им удалось уничтожить Орден ассасинов в Новом Свете. Такой сюжет позволил бы включить в повествование уже знакомых игроку персонажей – например, Хэйтема Кенуэя – и таким образом создать трилогию о приключениях членов одной семьи: Эдварда, Хэйтема и Коннора.
Остается определиться с еще одной вещью, с последней деталью головоломки: Историей, с большой буквы И. Ведь это Assassin’s Creed, а значит, сюжет должен разворачиваться на фоне важных исторических событий. Как раз в это время Северная Америка стала театром жестокой Семилетней войны (1756–1763), крупного военного конфликта, в котором столкнулись интересы Великобритании и Франции. Он же привел к появлению современной Канады. Это та самая история, которую мечтал когда-то рассказать Патрис Дезиле… Увы, на практике сценаристы фактически проигнорировали Семилетнюю войну и просто использовали ее в качестве предлога, позволяющего дать игре хоть какой-то исторический контекст, а главное – разделить территорию на несколько отдельных игровых зон. Таким образом, в новом эпизоде было решено сделать три открытых мира. Карты первых двух – Северной Атлантики и Долины рек – очень напоминают морской мир из Black Flag и также предназначены для перемещения на корабле. Третья же, Нью-Йорк, представляет собой единственную обширную городскую зону в игре, что позволило разработчикам использовать для ее создания материалы из Assassin’s Creed III.
Да пребудет с ними сила
Новая Assassin’s Creed, без сомнения, больше всего запомнилась фанатам благодаря перспективе, с которой передана история. Аймар Азаизия рассказывал мне об обсуждениях сюжета с двумя другими членами команды бренда: «Неужели нельзя хоть раз показать точку зрения противоборствующего лагеря и объяснить, что в этой истории нет ни героев, ни злодеев? Что мир не делится на черное и белое? Что множество поступков ассасинов могут бросить тень на их методы и привести к тому, что кто-то решит стать тамплиером?» До сих пор почти во всех эпизодах тамплиеры изображались в карикатурной форме – чего стоят только Борджиа в Assassin’s Creed II и Brotherhood. Видеоигры, в которых нужно уничтожать много живых целей, как правило, очень четко обозначают антагонистов, чтобы игрок чувствовал себя героем и находил оправдания своим действиям в ходе приключения. Однако, если внимательно вслушаться в то, что говорят тамплиеры, окажется, что они мало чем отличаются от ассасинов. В конце концов, оба лагеря гонятся за одной и той же недостижимой мечтой и пытаются построить утопию, где все люди будут жить в мире и гармонии. Разница между ними не в цели, а в средствах. Тамплиеры давно поняли, что человечество греховно от природы – следовательно, его нужно наставить на путь истинный, и не важно насколько велика будет цена. Наивные же ассасины всеми силами защищают свободу воли и право каждого человека на самоопределение. С идеологической точки зрения всю эту борьбу между Орденами можно упростить до противоборства левых и правых – двух противоположных взглядов на мир, которые, тем не менее, стремятся к общему светлому будущему.
