Тома Флиши – Новая монгольская империя. Россия-Китай-Иран в геополитике (страница 22)
В Западной Европе, как и в России, существует разрыв между людьми моря и людьми суши.
Несмотря на различную морскую культуру, Западная Европа и Россия разделяют один и тот же отстраненный взгляд на моряков. Эти непонимания между военно-морским флотом и сухопутными войсками можно проиллюстрировать на примере двух знаменитых мятежей.
24 декабря 1918 года в Берлине капитан Вальдемар Пабст, первый офицер генерального штаба в гвардейской кавалерийской стрелковой дивизии, выступает во главе своих восьмисот кавалеристов против полутора тысяч революционных матросов, засевших в императорском дворце. Оба войска, которые сталкиваются в эту рождественскую ночь, представляют два враждебных полюса. Одни чувствуют себя хранителями военной мистики, основанной на культе чести и службы королю, другие отстаивают традицию, построенную на авантюризме и вкусе риска. Торжественно внесенные на руках огромной толпой вечером 24 декабря моряки были сметены двумя неделями позже.
Другой пример иллюстрирует эту разницу: в марте 1921 года, когда Россия с трудом пытается выкарабкаться из тяжелых последствий Революции и Первой мировой войны, моряки Кронштадтского военного порта на острове Котлин начинают восстание против коммунистической власти. Они заявляют о своей солидарности с рабочими Петрограда и требуют, чтобы власть действительно осуществляли свободные Советы, то есть независимые от коммунистической партии и от ее бюрократии. По мнению кронштадтских матросов и всех тех, кто поддержал их идеи, это должно было стать третьей революцией.
С противоположной стороны Лев Троцкий обращается к бунтовщикам с довольно откровенными угрозами: «Если вы будете упорствовать, вас перестреляют, как куропаток». Но ведь те, в кого он беспощадно направляет огонь, герои, моряки линкоров «Петропавловск» и «Севастополь», оказавшие решающую поддержку большевикам в 1917 году.
Развязка боя коротка и кровава. Остров Котлин, где разместились мятежники, занимает стратегическое положение на передней линии стратегической обороны Петрограда, но его наступательные и оборонительные средства обращены исключительно на запад, для защиты от внешней атаки с моря. Троцкий мобилизует элитные войска, которые с севера и юга атакуют незащищенные берега острова. Военные действия, начавшиеся 7 марта, переходят в массовое убийство нескольких тысяч моряков.
Военно-морской флот не был забыт Владимиром Путиным. Желание президента уделить больше внимания морю проявилось в его доверии к адмиралу Владимиру Ивановичу Куроедову, главнокомандующего ВМФ России с 1997 по 2005 годы. Этот военачальник снова поставил морскую политику России в центр экономических интересов страны. То, что Россия получила морскую доктрину — а не военно-морскую — рассматривающую одновременно все морские средства России, хорошо иллюстрирует это изменение.
Межведомственная природа Морской коллегии при правительстве, на равноправной основе объединяющей военно-морской мир и морские экономические интересы, также отражает эволюцию морской политики в сторону растущей интеграции функций стимулирования политических и экономических интересов России.
Деятельность Морской коллегии все больше и больше концентрируется на гражданских и коммерческих целях морской деятельности, касается ли она экономической и продовольственной независимости, развития исследований морских биологических ресурсов или мероприятий по возвращению под российский флаг части судов, зарегистрированных за границей.
Новая российская морская политика опирается на усиленный флот. Состоялось несколько двусторонних учений с иностранными флотами, что позволяет предположить, что российский флот отныне получает увеличившиеся бюджетные ассигнования. Среди прочего, флот запланировал строительство второго авианосца, который должен присоединиться к «Адмиралу Кузнецову». Суть этого намерения в том, чтобы и Тихоокеанский и Северный флоты каждый в среднесрочной перспективе мог располагать авианосной группой. На более долгую перспективу, то есть на двадцать или тридцать лет, Россия планирует иметь шесть авианосцев. Россия также собирается построить новую базу атомных подводных лодок на полуострове Камчатка. Эти усиленные средства поставлены на службу стратегии с хорошо определенными контурами.
За неимением достаточных средств российский флот концентрировался на своем ближайшем зарубежье. На Юге приоритет Москвы, привязанный к региону Каспийского моря и Черного моря, объясняется наличием там значительных энергетических и пищевых ресурсов. Этот регион также близок к русскому Кавказу, где развиваются организованная преступность, наркоторговля, контрабанда, торговля людьми и терроризм. Этот интерес выразился в больших военно-морских учениях в Каспийском море в августе 2002 года. В феврале 2005 года адмирал Куроедов подтвердил решение российского правительства создать две военно-морские базы в районе Новороссийска на Черном море — одну до 2011, вторую до 2017 года. Учитывая множество программ, не осуществленных после распада СССР, осуществление этих мероприятий в указанные сроки сигнализирует, среди прочего, о важности этой цели в глазах российских властей.
На Севере Москва пытается контролировать Северный морской путь. Действительно, при движении судов этим маршрутом можно добиться очень значительного выигрыша во времени. Например, расстояние по морю из Роттердама в Токио при движении Северным морским путем составляет 14 100 км, тогда как маршрут через Суэцкий канал составляет 21 100 км.
Россия в настоящее время обязывает любое судно, идущее северным маршрутом, располагать соответствующим разрешением и идти лишь в сопровождении российского ледокола, что стоит очень больших денег. Но вскоре там будет разрешено плавать всем судам с усиленным форштевнем. Россия, кроме того, предъявила морские претензии на Северный Ледовитый океан, утверждая свой суверенитет на континентальном шельфе, богатом углеводородами. Комиссия ООН между тем ответила, что данные, предоставленные Москвой, не были достаточны для того, чтобы рассматривать указанные зоны Северного Ледовитого океана в качестве части российского континентального шельфа, и рекомендовала дополнительное изучение. На самом деле российские претензии сталкиваются с требованиями других государств, в особенности европейских.
Глава VI. Контрастное военно-морское положение Европы
Сегодня, в любом случае, политическая воля к активности на морях кажется все более и более слабой ввиду отсутствия политического видения и финансовых вложений. В пораженной кризисом Европе редки государства, полные решимости поддерживать свои морские амбиции. Две державы решительно утверждают свое положение в первом ряду, разумеется, не суммарным водоизмещением своих ВМС, а разнообразием своих инструментов и умениями своих экипажей. За Францией и Великобританией на Западе следуют итальянские, немецкие и испанские ВМС, проходящие серьезную реконструкцию, а на Востоке российский флот, переживающий очевидное возрождение.
В Великобритании пересмотр бюджета, решение о котором приняло правительство Дэвида Кэмерона, привел к прямым последствиям. Еще до вступления в силу такого сокращения бюджетных ассигнований, Великобритания должна была изменить свои военно-морские планы: если изначально она намеревалась закупить двенадцать эскадренных миноносцев типа «Daring» (тип 45) взамен эскадренных миноносцев типа 42 (тип «Sheffield» —
Следовательно, самолетами, которые заменят «Harrier» не смогут быть F-35C, предназначенные для взлета с помощью катапульт, но это будут, вероятно, F-35B, самолеты с коротким взлетом и вертикальной посадкой. В дополнение к четырем атомным подводным лодкам типа «Vanguard» с баллистическими ракетами, Великобритания намеревается приобрести в общей сложности семь новых атомных ударных (многоцелевых) подводных лодок типа «Astute»; две из них уже сегодня в строю, при пяти еще находящихся в строю атомных подводных лодках типа «Trafalgar».
Также тринадцать новых фрегатов типа 26 призваны, начиная с 2021 года, постепенно заменить тринадцать фрегатов типа 23, находящихся в настоящее время в строю. Для Франции в соответствии с указаниями, определенными в «Белой книге об обороне и безопасности государства» за 2013 год предусматривается, что военно-морские силы должны сохранить свои задачи сдерживания и боя. Для этого они должны располагать, что вовсе не неожиданно, «четырьмя атомными подводными лодками с баллистическими ракетами, шестью многоцелевыми атомными подводными лодками, одним авианосцем, пятнадцатью фрегатами первого ранга, пятнадцатью сторожевыми кораблями, шестью малыми патрульными фрегатами, тремя универсальными десантными кораблями-вертолетоносцами, морскими патрульными самолетами, а также значительным количеством мин и минно-тральных сил, предназначенных для защиты подступов к нашим берегам и для использования в операциях за пределами наших территориальных вод».