Тина Сладкова – Пари на моё сердце (страница 5)

Мы обменивались колкостями, но в этом была своя прелесть. Эти моменты делали меня живой. По-настоящему живой. Пусть это было безумием, пусть я знала, что это ненадолго – я была счастлива.

Он приглашал меня на свидание. Между поцелуями, укусами в шею, дерзкими прикосновениями.

– Врешь, – смеялся он, прижимая меня к стене.– Пойдём сегодня вечером… – Никогда, – отвечала я, целуя его. – Тогда завтра… – С тобой? Ни за что.

Я действительно лгала. В глубине души я уже знала: рано или поздно скажу «да». И это станет началом конца. Но пока я могла притворяться, будто контролирую ситуацию. Будто это просто игра. Будто он ничего для меня не значит.

Хотя с каждым днём врать себе становилось всё труднее.

Вечером, когда Крис ушла к одногруппнице «готовиться к курсовой», хотя я прекрасно знала, что их «подготовка» – это гигабайты мемов, пачки чипсов и сериалы до рассвета, я вышла на балкон.

Ночной воздух был резким, как лезвие, но вместо свежести лишь разжег тревогу, клубящуюся в груди.

Телефон в руках казался раскаленным. Я сжимала его так сильно, что экран казалось затрещал под пальцами.

«Написать ему? Нет. Это безумие. Опасность. Саморазрушение».

Но пальцы уже набирали номер сами, будто не подчинялись мне.

Гудки. Один. Два. Три…

«Сбрось. Пока не поздно».

Я резко нажала «отмена» и застонала, впиваясь ногтями в ладони.

«Боже, я совсем рехнулась…»

Но сердце колотилось так сильно, что в висках пульсировала кровь, заглушая все звуки. И в этот момент телефон ожил. Незнакомый номер. Голос в трубке прозвучал так близко, будто его губы касались моего уха, а горячее дыхание обжигало кожу:

– Ну что, передумала насчет свидания?

Я замерла, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

– Я… Я не собиралась…

– Врешь, – он рассмеялся, и этот звук пробежал по позвоночнику, как электрический разряд. – Через десять минут буду у твоего общаги. Спускайся.

Сердце бешено колотилось, почти вырываясь из груди.

– Нет. Это… Это плохая идея.

– Самая плохая, – согласился он, и в голосе скользнула та же усмешка, что была тогда, в коридоре. – Поэтому ты и сделаешь это.

Он положил трубку, даже не дожидаясь ответа. Но он и не нуждался в нем. Я закусила губу до крови.

«Не надо. Не иди. Останься».

Но ноги уже несли меня к двери.

Он стоял в тени, под скупым светом уличного фонаря, затянутый в черную кожу, подчёркивающую идеальное тело. Его глаза блестели, как лезвие в темноте, – таящие в глубине погибель для моего сердца. Таким он был в тот день, когда мы столкнулись в университетской библиотеке.

– Я уже заждался, – он ухмыльнулся, когда я подошла.

Я скрестила руки, пытаясь казаться холодной, но предательская дрожь в коленях выдавала меня с головой.

– Я могла и не прийти.

– Но пришла.

Его пальцы скользнули по моей ладони, переплелись с моими. Шершавые, с мелкими шрамами – руки того, кто не боится ни боли, ни последствий.

– Пойдем.

– Куда? – я попыталась вырваться, но он лишь сжал крепче.

– Туда, где тебе не придется врать самой себе.

Он повернулся, и в его взгляде было то, от чего у меня перехватило дыхание.

«Он знает. Черт возьми, он знает, что я не смогу отказаться.»

Мы остановились возле мотоцикла – черного, брутального, с блестящим баком, будто вылизанного до зеркального блеска. Он выглядел так же дерзко, как его хозяин.

Рома вложил мне в руки шлем, его пальцы намеренно замедлились на моих.

– Садись.

– Я не сяду на эту громадину! – я фыркнула, положив шлем на сидение этого монстра. – Мне еще не хватало разбиться с тобой, Королёв.

Он лишь усмехнулся, натягивая шлем.

– Я вожу аккуратно. Со мной ты в безопасности.

«Врет. Наверняка врет.»

Но я всё равно не сопротивлялась, когда он надел на меня шлем.

Пальцы дрожали, когда я обхватила его за талию. Даже через толстую кожу куртки я чувствовала жар его тела – твердого, живого, настоящего.

– Держись крепче, – он бросил через плечо, и в следующий момент мы рванули.

Сначала было страшно. Очень. Ветер бил в лицо, сжимая легкие, а каждый поворот казался последним. Но с каждой минутой страх переплавлялся в эйфорию.

Скорость. Свобода. Ощущение, будто земля уходит из-под ног.

Я прижалась к его спине, чувствуя, как бьется его сердце – быстро, ровно, без страха.

«Какой же он… такой бесшабашный, такой живой…»

Мои пальцы впились в его куртку. Я не могла остановиться – мне хотелось чувствовать его ближе, крепче, реальнее.

– Ты меня отвлекаешь, – его голос прорвался сквозь вой ветра, но в нем не было раздражения. Только вызов.

Я покраснела, но не отпустила.

«К черту стыд.»

Мы мчались в ночи, и я больше не хотела, чтобы это заканчивалось.

Я не следила за дорогой. Мне было безразлично, куда мы мчимся – в ад или в рай. Всё моё существо сосредоточилось на его спине – тёплой, плотной, защищающей от ледяных когтей ветра. Кожаная куртка пахла дождём и чем-то неуловимо знакомым, и я прижалась к ней сильнее, как будто могла впитать это ощущение навсегда.

В этот момент я была свободна.

Без масок. Без бесконечного внутреннего диалога о том, что «так нельзя», «ты не такая», «это ошибка». Только скорость, вырывающая душу из груди. Только рёв мотора, заглушающий все мысли. Только его спина, поднимающаяся и опускающаяся в такт дыханию – живому, горячему, настоящему.

Мы остановились так резко, что я невольно вскрикнула – не от страха, а от досады, что это кончилось.

– Какой, однако, храбрый мышонок, – Королёв снял шлем, и его глаза блестели, как лезвие на солнце. Ветер растрепал его чёрные волосы, и он выглядел… диким. Опасным. Невероятным. – Тебе понравилось?

Я отвернулась, стараясь не выдавать дрожи в пальцах, и принялась возиться с ремнями шлема.

– Это было… интересно.

– Сомнительный комплимент, – он фыркнул, подошёл сзади, забрал шлем и ловко стянул резинку, удерживающую мои растрёпанные волосы. Пальцы скользнули по моей шее, и я едва сдержала вздох. – Так лучше.

Он отступил на шаг, оценивая результат, а потом… сунул мою резинку в карман своих джинсов. Будто это теперь его трофей. Будто я теперь его трофей.

– Королёв, а ты меня куда, собственно, привёз? – оглядевшись, я нахмурилась.