Тимофей Кулабухов – Тактик 14 (страница 3)
— Совещание закрыто, — я резко поднялся со стула. — Все по боевым постам. Леголас, за мной.
Я развернулся и быстрым шагом направился к тяжёлым створкам, ведущим на открытый круговой балкон Столбовой башни. Следовало лично оценить визуальные эффекты начавшегося катаклизма.
Конечно, быть на балконе в момент землетрясения опасно. Но в здании в целом опасно, так какая разница? Мне остаётся надеяться на гномий инженерный расчёт и качество магической сборки камней. Башня выстоит. Ну или я помру, тут уж как повезёт.
Глава 2
Не желают лежать
Мы с Леголасом вышли на открытый балкон Столбовой башни. Прохладный ветер на высоте сразу ударил в лицо, принося запахи моря и, почему-то, гари.
Внизу, как на подробной тактической карте, раскинулся обновленный Порт-Арми.
Я опёрся ладонями о шершавый каменный парапет и окинул взглядом плоды наших трудов. Строительные леса исчезли, уступив место ровным рядам новых жилых кварталов с крышами из красной черепицы. В северной части предместий густо дымили трубы кирпичных заводов, выдавая норму для новых укреплений. За крепостными стенами простирались обширные прямоугольники засеянных полей, где копошились крошечные фигурки крестьян. Экономический маховик Газарии набирал обороты, трансформируя награбленное золото в реальный промышленный и продовольственный ресурс.
Леголас встал рядом, потрогал стену, чтобы убедиться, что подземные толчки землетрясения, природного или магического — завершились.
— Ты что-то хотел рассказать мне один на один? — негромко спросил я эльфа.
— Да. Это касается политической ситуации в Маэне и Вашего приятеля Эрика, — голос эльфа звучал ровно, хотя он и говорил весьма важные вещи. — Некий бродячий маг по имени Крыксагон устроил знатную бучу в столице Маэна. Он публично объявил короля Назира незаконнорожденным бастардом, предъявив какие-то древние хроники и родословные книги, а также результаты своих магических исследований и проверок.
Я усмехнулся. Всегда были и будут случайные факторы, влияющие на развитие событий: смерти, войны, несчастные случаи, кто-то стрельнул в кронпринца, кто-то сожрал летучую мышь, кому-то в голову взбрела забавная идея и вот уже история летит вперёд, как машина без тормозов по горной дороге.
Но в общей картине мира это событие не столь существенно.
— И как отреагировало Его оскорбленное величество?
— Предсказуемо. Мага поймали, пытали и сожгли. Но слово сказанное уже разлетелось по белу свету.
— Да? А как это слово восприняли благородные лорды Маэна? — спросил я, не отрывая взгляда от телег с брёвнами, медленно ползущих по новенькому мосту через Швырицу.
— Предсказуемо, — Леголас достал из кармана сложенный лист бумаги и покрутил его в длинных пальцах. — Они раскололись на два лагеря. Половина провинций отказалась платить налоги в королевскую казну и подняла знамёна мятежа. В Маэне началась полномасштабная гражданская война. Улицы Пьённистара залиты кровью, а армия перерезает коммуникации собственным гражданам.
Я отвернулся от города и посмотрел на эльфа. В его глазах читался немой вопрос о моём отношении к этой ситуации.
— Да я только «за», Леголас. Пусть перережут друг другу глотки, — я пожал плечами, констатируя своё отношение. — Назир всегда считал меня удобным пушечным мясом и пытался взгреть.
— А лорд-советник Эрик? — буднично спросил эльф. Несмотря на показное равнодушие ему был важен этот вопрос. — Говорят, вы вместе служили в Кайенне?
— Говорят, что кур доят… А что Эрик? Надо полагать, он от Назира не отвернулся?
— Нет, он его яростный сторонник и больше других проливает кровь лордов, пытаясь удержать шатающийся трон. Однако его служба «Пауки» тоже оказалась под ударом, многие воспользовались ситуацией, чтобы навредить им. Некоторые агенты «Пауков» вспомнили о своих принадлежностях к знатным родам и сбежали, а одно из боевых подразделений Секретной службы было перебито в пригородах Пьённистара.
— Эрик, чтобы ты понимал, друг-эльф, меня не раз подставлял и в какой-то момент даже хотел скормить военному трибуналу. Я чудом извернулся и сейчас у меня нет ни единой причины тратить ресурсы Штатгаля на спасение его трона. Больше скажу, у меня закономерный встречный вопрос, а что там принц, в чьей крови течёт эльфийская кровь, то есть — Гизак?
Леголас усмехнулся:
— Его высочество возглавляет восставших. Он-то теперь оказывается законным наследником престола.
— Как удобно. Но видишь ли, с Гизаком я не то, чтобы дрался в одном строю, но… Мы находили точки соприкосновения и заключали ограниченные союзы, в которых не подводили друг друга. То есть, не сказать, чтобы мы с ним лучшие друзья и всё такое. Но в этой истории я, конечно же, делаю ставку на Гизака.
— А могу ли я считать это официальной точкой зрения?
— Можешь, но неофициальной. Если с армией Гизака поддерживается связь, привет ему передавай. Ему и Мейнарду, который, кстати, пытается вскарабкаться на эльфийское генеалогическое древо.
Я запнулся, потому что увидал на горизонте тонкую струйку чёрного дыма. Где-то на востоке.
Ладно, хватит.
— Мой остроглазый друг, — я указал рукой в сторону чёрной черты. — Что скажешь?
Эльф проследил за моим жестом. Его острое зрение сработало безотказно, фиксируя аномалию.
— Дым, сэр Рос, довольно густой. Не похоже на лесной пожар, скорее взрыв на производстве или пожар на складе.
— В том месте и нет лесов, — беспокойно констатировал я, — А так же и поселений, все они южнее, на берегу. Это кто же там у меня костры разводит такие, что до неба?
Леголас легонько постучал по моему плечу, привлекая внимание.
— Рос, — его голос утратил привычную бархатную плавность, сорвавшись на хрип. — Забудь про горизонт. Настоящая проблема прямо у нас под ногами.
Я перевалился через парапет, фокусируя взгляд на территории старого городского кладбища, примыкающего к Цитадели, но за её пределами.
И да, эльф был прав. В топку дымы, у нас тут проблема похлеще.
С высоты Столбовой башни погост напоминал перекопанный огород. Ровная ранее земля сейчас вздымалась уродливыми буграми. Известняковые надгробия и тяжёлые каменные плиты кренились в стороны, с глухим стуком заваливаясь на пожелтевшую траву. Почва буквально кипела, выталкивая на поверхность свое содержимое.
Из разрытых могил вовсю лезли обитатели кладбища.
Оно же как? Мы хороним умерших, упокаиваем их, чтобы они были в спокойствии, верно?
Но прямо сейчас мёртвые отказывались лежать в могилах, как положено.
Гнилые доски старых гробов трещали под напором мёртвой плоти. Костяные руки, обтянутые истлевшими лохмотьями, цеплялись за края ям, вытягивая наружу деформированные тела. Десятки, а затем и сотни оживших мертвецов неуклюже, но стремительно выбирались на поверхность.
По центральной аллее кладбища, спотыкаясь о вывороченные корни, бежала пожилая женщина. Её ярко-зелёный в горошек платок слетел с седой головы. За ней по пятам, ломая кусты шиповника, двигалась толпа мертвецов. Их движения были дёргаными, лишёнными привычной человеческой моторики, но их намерения были весьма очевидны.
Несмотря на подскочивший по случаю восстания мертвецов адреналин, я сохранил ясность рассудка.
И само собой, мне не показалось, что толчок, магическое возмущение и скелеты, которые вели себя неподобающим образом — случайное совпадение.
Что там Фомир говорил? Переписывают правила игры? Долбанные хакеры.
Вот этот не до конца мёртвый бог Тейл или кто-то из его союзников нажал кнопку перезапуска.
Война Богов, кажется, началась с подозрительного дыма на горизонте и кучки скелетов.
Я закрыл глаза, отсекая визуальный шум, и погрузился в жёсткую концентрацию. Дыхание выровнялось. Мир вокруг сжался до потоков информации.
Привычный холодок скользнул по затылку. Ментальный интерфейс развернулся перед внутренним взором, выстраивая над Порт-Арми сложную тактическую сеть.
Я мгновенно просканировал диспозицию своих войск, отсеивая гарнизоны дальних фортов и патрули на стенах. Система выдала оптимальное решение. Ближе всего к развороченному кладбищу находилась дежурная рота лёгкой пехоты Третьего полка под командованием молодого лейтенанта Хоттерна.
Они как раз возвращались со стены обратно в Цитадель.
Я стоял на балконе, вцепившись в парапет, но сознанием был внизу.
Пространство старого кладбища предстало передо мной в мельчайших деталях. Деревянные ворота погоста были выломаны с корнем. Мимо солдат роты, отталкивая друг друга локтями, протискивались обезумевшие от ужаса горожане. Резкий запах свежевырытой земли, гнилой древесины бил по обонятельным рецепторам офицера.
Территория погоста напоминала перепаханное поле после плотного артиллерийского обстрела. Мраморные надгробия и покосившиеся каменные кресты валялись в грязи. Десятки разрытых ям зияли провалами в сырой почве, образуя неровный, изломанный ландшафт.