Тим Волков – Курс на СССР: На первую полосу! (страница 48)

Неужели Метелкин к этому причастен? Все факты указывают на это. Но был ли он пауком, сплетшим паутину или просто ещё одной мухой, запутавшейся в ней?

Что, если этот незнакомец, предположительно шпион, действовал по заказу тех, кто пытается помешать Советскому Союзу в развитии новых технологий, остановить научные разработки в области электроники и информатики? Отец с Хромовым сделали стремительный рывок, явный прорыв в разработках и идут дальше. Значит есть те, кто стремятся им помешать?

Голова гудела от избытка информации. Тени за окном казались зловещими, каждый шорох в квартире — подозрительным. Последнее, что я вспомнил, прежде чем сознание поглотила чёрная дыра усталости — это холодные, закатившиеся глаза незнакомца в свете фонаря и ощущение, что мы все, как слепые котята, тычемся в гигантскую, невидимую машину, которая вот-вот перемелет нас в фарш.

Утро, серое и напряженное. Проснулся с ощущением, будто выдернули из болота. Отец выглядел не лучше, сказывались вчерашние события. Мы молча поели, собрались и с угрюмыми лицами замерли на пороге. Не хотелось покидать уютную квартиру и снова оказаться в, в одно мгновение ставшим враждебным, мире. Мать, глядя на нас, забеспокоилась.

— Все в порядке? Вы чего такие?

— Сон плохой приснился, — в один голос ответили мы.

Переглянулись. Но мать, кажется, ничего не заметила.

— Это потому что вы поздно приходите и на ночь наедаетесь! — с упреком ответила она. — Я в журнале «Здоровье» прочитала, что на ночь есть вредно. Только ромашковый чай пить. С медом.

Мы с отцом осторожно спустились на первый этаж и замерли у двери. Вчерашний ужас не отпускал. А что, если там кто-нибудь поджидает нас?

У подъезда, припарковавшись ближе к тротуару, стояла темно-серая «Чайка». Увидев нас, из машины вышел молодой человек в штатском и коротко кивнул.

— Матвей Андреевич, здравствуйте! Меня Петр зовут. Вот, по распоряжению товарища Серебренникова, — он кивнул на «Чайку». — Для вашей безопасности.

— Что это? — не понял отец.

— Так ведь машина, — улыбнувшись, ответил водитель. — Возить вас буду.

— Возить?

— Ну да.

— Куда?

— Как куда? На работу!

— Меня⁈ — отец явно не понимал, что происходит. Он всю жизнь проработал в институте, на работу ходил пешком, а тут вдруг служебная машина с личным шофером? — А почему «Чайка»? Можно было бы и что-нибудь поскромнее.

— Так нет других машин в гараже, — растерялся водитель. — Но я передам ваше пожелание.

Мы с отцом переглянулись и громко рассмеялись. Какой-то тяжёлый груз упал с плеч. Невидимая струна страха окончательно ослабла.

— Отец, это для твоей безопасности, — уверил его я. — Садись. Теперь только так.

— Надо же! — отец вновь глянул на машину, уже с интересом, и довольно улыбнулся. — Меня, и на машине! Ну ладно. Раз сам товарищ Серебренников приказал, пусть и такая будет. Садись, сынок, подброшу до редакции.

Возражать я не стал.

Мы устроились сзади на просторном диване. «Чайка» медленно тронулась, и мы поехали, сопровождаемые удивленными взглядами спешащих к остановке соседей.

— Ну как, пап? — спросил я, когда мы выехали на проспект. — Как дела у вас с Колей? Новости есть?

Отец оживился. Техника всегда была для него лучшим средством избавления от любых потрясений.

— О, еще какие! — он понизил голос, хотя водителя, работающего «в такой структуре» можно было и не опасаться. — Понимаешь, Саш, мы с Колей… мы, кажется, совершили новый прорыв, ТКСС-1 это так, вчерашний день. Мы пошли дальше. Переработали принципиальную схему «Сетей». Убрали несколько лишних каскадов, оптимизировали алгоритм маршрутизации данных. Теперь пропускная способность должна быть в несколько раз выше, а помехозащищенность так вообще на порядок!

Я кивнул, хотя мало что понимал в его рассуждениях, мысленно отдаленно представляя себе эти сухие технические термины в виде будущего интернета, рождающегося в скромной лаборатории.

— А с «ТКСС» всё-таки как? — поинтересовался я, вспомнив, что отец назвал это изобретение, ещё только-только получившее одобрение к массовому производству «вчерашним днём».

— И его не забываем, — отец довольно улыбнулся. — Увеличили ёмкость батареи, улучшили эргономику.

«— Ну, слава Богу, что они не остыли к этому изобретению, — подумал я. — А то многие, из немногих посвященных, уже жаждут получить переносной телефон в личное пользование. А таких людей нельзя разочаровывать.»

— И да, — голос отца стал официальнее. — На следующей неделе у нас назначена встреча в Министерстве обороны. Будем показывать и усовершенствованный ТКСС-1, и новый вариант схемы «Сети». Если они одобрят… — он развел руками, и в этом жесте был весь возможный масштаб.

«Чайка» тем временем плавно подкатила к зданию редакции. Я поблагодарил отца и водителя и открыв дверцу машины, тут же столкнулся с Горгоной.

— Здравствуйте, Надежда Абрамовна, — вежливо поздоровался я, но она в ответ только презрительно фыркнула. Вот человек!

Едва переступил порог редакции, еще не сбросив с плеч зимнюю куртку, как Людмила Ивановна, не отрываясь от бумаг, сухо бросила:

— Воронцов, тебе уже раз пятый звонят. Весь телефон оборвали. Вот опять…

Она протянула мне телефонную трубку.

— Воронцов, слушаю, — сказал я, предчувствуя недоброе.

— Александр, доброе утро, это Сидорин, — узнал я его собранный, безэмоциональный голос. — На машине сегодня добирался до работы?

— Да. А что такое?

— Подойди к окну. На противоположной стороне улицы, у газетного киоска, стоит мужчина в сером пальто и кепке. Видишь?

Я подошел к заиндевевшему окну и осторожно отодвинул край шторы. У киоска, вроде бы выбирая прессу, и впрямь стоял немолодой мужчина в сером драповом пальто и темной кепке.

— Вижу.

— Он наблюдает за вашей редакцией с самого утра. Возможно, случайный пассажир, но лучше перестраховаться. Не смотри в его сторону. Не подавай виду, что заметил. Мы еще за ним понаблюдаем.

— Понятно, — я отошел от окна, стараясь дышать ровнее. — Андрей Олегович, подскажите, а про Валентину что-то известно?

— Про это тоже хотел тебе сообщить. Нашли, — ответит тот. — Машину ту нашли, про которую ты говорил. Бежевый «Иж-Комби».

— А Валентину?

— Бери своего друга, Гребенюка и дуй на Кирова 17, — уклончиво ответил Сидорин.

И этот ответ мне совсем не понравился.

Глава 21

Бежевый «Иж-Комби» с распахнутой водительской дверью стоял у самого тротуара. Возле него, поглядывая на часы, прохаживался Сидорин. С непокрытой головой, в распахнутой куртке «Аляска» он напоминал обычного городского пижона. Мы с Гребенюком выпрыгнули из такси…

— Андрей Олегович!

— А, явились… — лейтенант кивнул на «Комби». — Эта?

Я быстро осмотрел машину. Внешний вид, цвет, номер И 54–66 МТ все совпадало.

— Она! — уверенно подтвердил я.

— Так вы их взяли! — обрадовался Гребенюк и с надеждой взглянул на Сидорина. — А… где Валя?

Тот хмуро покачал головой:

— Машина числится в угоне. Совершив преступление, похитители ее просто бросили… Сейчас ГАИ подъедет. Вроде бы, хозяин нашелся.

С угрюмым лицом Серега отошел в сторону, присел на корточки, прислонившись к стене, достал сигарету и нервно прикурил. Его руки дрожали, а глаза были полны решимости идти до конца. Даже вопреки закону. Я помнил этот взгляд убийцы из будущего и невольно содрогнулся. Совсем недавно я попытался исправить его карму, направить энергию в мирное русло. Вроде получилось, парень влюбился, занялся честным частным бизнесом, стал практически законопослушным гражданином. И вот теперь всё рушится. Нет, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы этот звериный блеск навсегда ушел из его глаз.

Жёлтая «копейка» с мигалками выскочила из-за угла. Хотя, скорее, это был ВАЗ-21011… Ну да, бампер без «клыков» и черные вентиляционные нашлепки на задних стойках. Из машины не спеша, с ощущением собственной значимости вышел гаишник и поздоровался с Сидориным. С заднего сиденья выкарабкался какой-то пожилой мужичонка, в подбитой искусственным мехом куртке и бросился к припаркованному автомобилю.

— Да-да, это она, — дрожащим голосом радостно прокричал владелец угнанной тачки и с любовью погладил её по крыше. — Ласточка моя… Стояла себе в Анисимовке, на даче… Я зимой вообще редко на ней езжу. Салон большой, прогревается плохо, а у меня радикулит… Ох, и кому это понадобилась моя старушка? Она же еще из первых выпусков. Однако, бегает резво… Спасибо вам огромное, товарищи милиционеры!

— А почему сразу не заявили об угоне? — поинтересовался Андрей Олегович.

— Так, понимаете, я к дочке в Ленинград ездил, на поезде… Пока туда-сюда, дней пять и прошло. Приехал, а машины и нету! Я чуть с ума не сошел… Ой! А номера-то не мои!

— Это с ГАИ разбирайтесь, — махнул рукой Сидорин, потеряв всякий интерес к обрадованному автовладельцу.

Отойдя в сторону, Сидорин подозвал нас с Гребенюком.