Тихон Зысь – Коуч 6 (страница 1)
Тихон Зысь
Коуч 6
ПРОЛОГ: ЗАЛ СЕМИ ТЕНЕЙ
Они шли по белому камню, и каждый шаг отдавался тишиной.
Не пустотой – тишиной. Той особенной, что бывает в местах, где слова ещё не родились или уже перестали быть нужны. Сергей чувствовал, как «Осознание Потока» пульсирует где-то на грани восприятия, пытаясь уловить траекторию этого места – и не находя. Здесь поток не тёк. Здесь он просто был.
– Далеко ещё? – шепнул Торван, и его голос прозвучал неестественно громко.
Элрик обернулся. В свете немигающих звёзд его лицо казалось высеченным из того же белого камня, что и дорога под ногами.
– Мы уже пришли, – ответил он, останавливаясь перед огромными створками, сотканными из света и тени одновременно. – За этим порогом –
Створки бесшумно распахнулись.
Внутри было темно. Не чернотой – отсутствием всего, что могло бы отбросить свет. Пространство, где глаза отказывались работать, потому что им не за что было зацепиться, а в центре этой темноты горели семь огней.
Семь фигур. Их очертания менялись каждый раз, когда Сергей пытался их рассмотреть. Сейчас он видел старцев в белых одеждах. Мгновение спустя – безликие силуэты. Ещё миг – и ему показалось, что на него смотрят семь звёзд, каждая из которых древнее вселенной.
– Подойди, – произнёс голос, в котором не было ни звука, но который заполнил всё пространство до краёв.
Сергей шагнул вперёд.
Он чувствовал спиной напряжение команды. Торван сжал рукоять топора. Лейла замерла в стойке, готовая в любой момент выпустить стрелу. Альдрик почти незаметно шевелил пальцами, сплетая защитное заклинание. Жмых зачем-то достал склянку с реагентом. Браги тихо затянул древний гимн предков и только Упрямец стоял неподвижно, с абсолютным безразличием оглядывая обитель богов.
– Меня зовут Сергей, – сказал он, останавливаясь в центре зала. – И я здесь, чтобы узнать, во что мы ввязались.
Тишина стала абсолютной.
– Ты смел, – произнёс другой голос, более тёплый, почти человеческий. – Это хорошо. Нам нужны смелые, но смелость без мудрости – это искра без костра. Вспыхнет и погаснет.
– Я здесь не для того, чтобы гореть, – ответил Сергей. – Я здесь, чтобы понять, стоит ли вообще зажигать огонь.
Третий голос рассмеялся – сухо, как шелест страниц древней книги:
– Он ещё и торгуется. С нами. Забавный смертный. Я понимаю, почему Элрик настаивал на этой встрече.
–Я настаивал не поэтому, – раздался знакомый голос, и Сергей обернулся.
Наблюдатель стоял чуть поодаль, у входа. Его лицо было спокойно, но в глазах Сергей уловил нечто новое, то ли гордость, то ли тревогу.
– Они прошли через то, что сломало бы многих, – продолжил Элрик, обращаясь к теням. – Они не предали. Не сломались. Не стали инструментом. Они спасли то, что можно было спасти, и приняли цену за то, что спасти не вышло.
– Мы знаем, – ответил первый голос. – Мы видели.
– Тогда зачем этот спектакль? – вмешалась Лейла, выступая вперёд. Её голос звучал ровно, но Сергей знал этот тон – она была на взводе. – Если вы всё видели, то знаете, кто мы и чего стоим. Зачем встреча?
Четвёртая тень качнулась, и на миг Сергею показалось, что она стала ближе.
– Затем, дитя, что видеть – не значит знать. Мы видели ваши поступки, но мы не знаем, что внутри вас. Что движет вами? Что заставит вас отступить? И что заставит идти до конца, даже когда конца не видно?
Сергей молчал. «Осознание Потока» вдруг дёрнулось, подавая сигнал – слабый, почти незаметный. Этот разговор движется не к угрозе. Не к конфликту. Он движется к…
К чему?
– Ты чувствуешь, – произнёс пятый голос, удивлённо. – Ты действительно чувствуешь. Как давно это у тебя?
– Недавно, – ответил Сергей, не уточняя. – И я пока не привык доверять этому чувству.
– Правильно делаешь. Твой навык ещё младенец – слабый, путаный, ошибающийся. Но сам факт… – тень замолкла, словно советуясь с другими. – Ты интереснее, чем мы думали, Сергей из другого мира.
– Рад, что развлёк высшие силы, – сарказм вырвался раньше, чем Сергей успел его придержать. – Может, теперь скажете, зачем мы здесь?
Тишина. Долгая, тягучая.
А потом все семь теней качнулись одновременно, и пространство вокруг сжалось, вытянулось, перевернулось – и снова стало обычным залом, где на семи каменных тронах сидели семеро стариков в белых одеждах.
– Мы устали от величия, – сказал первый, центральный. – Смертным легче говорить с теми, кто похож на них. Садитесь.
Он указал на скамью, появившуюся из ниоткуда прямо за спинами команды.
– Нам нужно поговорить о том, что грядёт. О том, что страшнее Разломов. О том, что приходит, когда равновесие нарушено.
– О войне, – тихо добавил второй. – О войне, в которой даже мы не можем остаться в стороне.
ГЛАВА 1: ХЛЕБ И ЗРЕЛИЩА
Они сидели на скамье, которая оказалась на удивление удобной для предмета, сотканного из чистой мысли. Семь Патриархов смотрели на них – кто с любопытством, кто с лёгким скепсисом, кто с чем-то, похожим на усталую мудрость тысячелетий.
Упрямец, воспользовавшись паузой, принялся жевать край чьей-то мантии. Судя по тому, что владелец мантии даже бровью не повёл, здесь к такому относились философски.
– Начну я, – сказал тот, что сидел в центре. – Меня можете называть Аргус. Я отвечаю за Память среди нас. А это…
Он представил каждого:
– Вейсс – Равновесие.
– Терция – Истина.
– Морфеус – Тишина.
– Игнаций – Время.
– Люция – Пространство.
– и Нокс – Забвение.
Последний, седой как лунь старик с глазами цвета старого льда, чуть заметно кивнул, когда прозвучало его имя. Сергей отметил это. Забвение. Интересно, какую функцию в Совете выполняет тот, кто отвечает за забытое?
– Вы знаете о Разломах, – продолжил Аргус. – Вы знаете о Кассиане. Вы знаете, что за артефактами охотились не просто так. Но вы не знаете главного.
Он сделал паузу, и Сергей вдруг понял, что сейчас прозвучит та самая фраза, после которой всё изменится.
– Разломы не появляются сами. Их открывают.
– Кто? – быстро спросила Лейла.
– Мы не знаем, – ответил Вейсс, аспект Равновесия. – И это самая страшная часть. Мы не знаем, кто или что стоит по ту сторону. Мы знаем только, что каждое открытие Разлома – это шаг к чему-то большему. Кто-то собирает ключи. Кто-то прокладывает путь.
– Кассиан думал, что служит истине, – добавил Морфеус, аспект Тишины. – На самом деле он был пешкой. Инструментом в руках того, кто умеет ждать тысячелетиями.
– И теперь этот кто-то знает, что ключи у вас, – закончил Игнаций.
В зале повисла тишина. Тяжёлая, липкая.
– Постойте, – Жмых поднял руку, как примерный ученик на уроке. – Какие ключи? У нас есть Скрижаль, есть Перо. Но Кассиан охотился за Сердцем и Пером. Сердце рассыпалось. Перо у нас. Получается, мы перехватили один ключ, но…
– Но тот, кто открывает Разломы, может создать новый ключ, – закончил за него Альдрик. – Или найти старый. Или у него уже есть другие.
– Умный мальчик, – кивнул Нокс. – Именно так. Ритуал требует трёх составляющих. Точка силы, Ключ-артефакт и жертва. Кассиан обеспечил бы первое и второе. Жертвой должен был стать он сам.
– Он шёл на смерть? – тихо спросил Торван.
– Он шёл на воссоединение, – поправила Люция. – Он думал, что Разлом даст ему вечную жизнь, истину, покой. Он не знал, что станет лишь дверью.
Сергей молчал, переваривая информацию. Осознание Потока пульсировало, пытаясь выстроить траекторию. Она вела в тупик. Нет, не в тупик – в воронку. Всё сжималось к одной точке.
– Зачем вы рассказываете нам это? – спросил он наконец.