Тиана Тон – Только ты (страница 5)

Парни рассмеялись.

– Боюсь, что как только кто-то выиграет, ему будет уже не до поцелуев, и Ашима останется ни с чем, – пошутил Ирим. Он медленно переставлял ноги и озирался по сторонам.

– Нет, приятель, скорее выйдет иначе – как только победитель будет готов, Ашима быстренько его заграбастает себе. Утром бедолага проснётся, а уже женат.

Элли снова засмеялись.

– Подожди, раньше она вроде награждала другое состязание? – спросил Ирим. – Или я путаю?

– Всё верно, – подтвердил Бьюч. – Видимо пользы никакой не было в поиске жениха, и Ашима решила поменять тактику. Всё, хватит шутить, пойдём вон туда.

Позднее, страстный Моджин так и не выиграл долгожданный поцелуй Ашимы, потому что выпил две кружки эля и пустился в пляс. В то время счастливый соперник допивал пятую порцию тёмного бодрящего напитка.

– А теперь пойдём туда, – Бьюч снова потянул за руку друга, уже направляясь в другую сторону.

– На ринге будет гладиаторский бой между гномом Лиссом и хоббитом Кношем. Наши парни уже там, – вещал Бьюч. Его глаза светились азартом, а длинные гибкие пальцы подрагивали в предвкушении необычайно жестоких зрелищ.

– Пойдём, – покорно согласился Ирим. Его-то как раз не прельщали такого рода развлечения. Элли был более романтичен, и раним, чем его приятель.

Молодые люди подошли ближе к арене, где разносились крики и улюлюканье, в ожидании бойцов. Зрители с нетерпением предвкушали начало боя и гудели как улей, подбадривая бойцов.

Кто-то из зрителей стоял с кружкой эля в руках. Двое гоблинов держали кувшинчики с вином. Хоббиты курили длинные трубки, до половины набитые пахучим табаком. А были и такие, кто пересчитывал золотые монеты и рассовывал их по карманам. Делалось это для того, чтобы позднее провести время за игрой в кости. Это такие маленькие кубики, которые специально вырезали из костей животных и делали точки на каждой стороне. Потом эти мелкие отверстия заполняли капельками кипящей смолы, либо кровью животных.

Так вот некоторые азартные игроки заранее делали ставки на бойцов, кто выиграет схватку в два этапа в рукопашном бою. А после они напивались от досады, что проиграли что-то из своего имущества или накопленного состояния.

И пока под смачные удары, шлепки, брызги крови и слюни, шёл бой, в стороне от состязаний собралась группа более романтичных посетителей базара. Образуя круг, в центре которого все желающие могли прочесть стихи или рассказать историю из жизни, прижимали ладошки к груди восторженные почитатели поэзии. Ирим поспешил присоединиться к слушателям. Бьючу ничего не оставалось, как последовать за другом. Ведь его романтичная натура заведёт опять в какой-нибудь закуток, дабы помечтать – и ищи его потом по всему городу.

Поэтический вечер был в самом разгаре, и в этот момент свой первый рассказ решила озвучить рыбачка. Она так проникновенно пересказала историю, которая произошла с её мужем, что некоторые собравшиеся прослезились. Женщина тоже плакала, вспоминая пережитое, после которого они вместе с мужем изложили в стихах совместные переживания.

Кидало лодку на волну и штормом уносило в море.

– Прости, любимая моя, что причиняю горе, –

Шептал рыбак и зажимал свой медный крест в ладони.

Его бросало и трясло. Убившись головою,

На миг сознанье потерял. Носился ветер, воя.

Она стояла у окна, и рук не отнимая,

От замирания в груди, смотря в окно, шептала:

«Спаси же, Господи, его. Вернётся пусть живой.

Прощу за всё, не запрещу. Свои грехи не скрою.

Всё расскажу как на духу я в храме пред тобою.

Спаси его, спаси, молю. Я верю, ведь живой.

Его люблю, его я жду, и дети наши тоже.

Спаси его, спаси, молю. Ты помоги нам, Боже».

А ветер лодку подгонял и накрывал волною.

Тут течь, там щель – не выгрести рукою.

Уткнулся нос и обломился, и в темени не разобрать как, что.

Бок лодки накренился, есть миг и кувырок.

Уже рассвет, и мирно море задремлет в тишине.

Она ревёт, случилось горе. Душа горит в огне.

Он не вернулся. Его убило.

– Любимый мой, ну, где же ты?

Вдруг стук. Порог. Дверь отворилась.

Скрип петель. Он ввалился.

Как из метели, вмиг поседевший и больной,

Ползёт с пробитой головой. Живой!

Она упала на колени, сначала Богу поклоняясь.

Потом вскочила, побежала – упала, в счастье растворяясь.

Итог таков – когда мы любим, по морю босиком пройдём.

Мы, много испытав, осилим. Невзгоды все переживём!

Закончив повествование, морячка поклонилась, а слушатели дружно захлопали в ладоши. Рыбачка вышла из круга и, утирая слёзы рукавом, встала в сторонке. В центр теперь заступил гном, слегка подтянул штаны, и без того державшиеся подтяжками из тонких переплетенных полос кожи, и погладил бороду. Мужчина важно осмотрел всех, хихикнул и пояснил, что стих сочинил сам, когда ухаживал за своей любимой девушкой. Однако выбор изменил и в жёны взял другую женщину, у которой борода короче, но гуще. Только стих в памяти и остался, и им непременно нужно поделиться с благодарными слушателями.

Средь далёких комет,

Где сливается небо,

По далёкой звезде

Я тебя отыщу.

Знаю, ты где-то там,

Где кончается лето.

И туда, за мечтою,

Я тоже пойду.

Как живём?

Никому нет секрета при этом.

И когда угасает наш путь —

Суть теряем, оставляем ответы.

Главного только, увы, не вернуть.

Средь далёких комет,

Где нет горя, нет смеха,

Промелькнёт луч надежды

Сквозь тучи.

За звездой, что на небе,

Где не видно запрета,

Путь далёкой кометы