Тиана Тон – Только ты (страница 7)
Что в глаза,
Трунь-трунь-трунь,
Смотрела.
Трунь-трунь-трунь,
За собой позвала.
Комфортно Ириму среди живой природы, но не среди безликой массы соплеменников, которые только и делают, что укоряют и пытаются укротить его вольный нрав.
«Не понимаю, почему? За что недолюбливают меня в общине?»
Глава 4
– Кирма, ты куда собралась? – окликнула мать, когда девчонка направилась в сторону леса с небольшим мешком в руках.
Дуворка замерла, на ходу придумывая отговорку. Ещё ни разу она не попадалась на своих отлучках. И вот он – неудачный момент.
– Мам, я хочу прогуляться в лесу, немного отдохнуть. Сама знаешь, как утомляют базарные дни. Я устала от суеты, – пояснила Кирма. Она едва сдерживала порыв убежать, но уважение к матери не позволяло этого сделать.
– А мешок тебе для чего? Что там? – выведывала Жиона. Она ощипывала перепёлок для рагу с овощами, и рукавом смахивала пот, струившийся по лицу из-под тонкого соломенного платка.
– Я взяла лепёшку и яблоко. И коврик, чтобы полежать. А то противные муравьи наползут и покусают.
– Иди, – разрешила мать. – Смотри, не долго. Скоро стемнеет, и отец сядет ужинать. Сама знаешь, как он не любит когда кто-то из нас опаздывает за стол.
– Да, я не долго, – пообещала Кирма. Медленно шагая, она обернулась, не смотрит ли мать. Убедившись, что никто больше не наблюдает, девушка ускорила шаг.
Вначале она прошла среди пролеска и поляны, где недавно ночевали элли после базарного дня, потом углубилась в чащу сосен и елей. Хвоя мягко проминалась под тяжёлыми шагами дуворки. Сквозь крону деревьев проглядывалось чистое синее небо, и подмигивали слепящие горячие лучи солнца. Денёк выдался особенно жарким. Только это не радовало Кирму. С каждым шагом её сердце тревожно сжималось.
«Как там мой маленький? – думала она. – Я не приходила к нему уже четыре дня, не кормила и не поила его. Ему страшно без меня. А вдруг его украли и съели?»
Эти вопросы наскакивали один на другой, в обеспокоенных мыслях спешащей девушки. Она уже бежала, не замечая хлеставших веток по лицу и телу. Чтобы хоть немного расчистить себе путь, дуворка остановилась и подобрала сухую дубинку, которую сама же здесь и оставила. Оружие девушка редко брала с собой, потому что знала каждую тропу в этом лесу. Она попрятала достаточно добра в разные места. Например: вон там, в дупле припрятан кинжал. А там, в небольшой насыпи из хвои, заботливо укрыта булава. В случае нападения, защититься было чем.
Кирма подобранной дубинкой раздвигала густо переплетённые веточки кустарников. И вот она оказалась на месте. Рядом заветная кучка лапника, выложенная невысоким конусом. Дуворка опустилась на колени перед этой нехитрой берлогой из валежника и бросила мешок, а следом дубинку. Слегка отодвинув сосновую ветку, девчонка заглянула внутрь. Её маленький найдёныш крепко спал. Малютка гиппогриф согрелся в своём укрытии, и теперь набирался сил и подрастал.
Кирма нашла этого кроху, когда бродила по лесу и охотилась на зайцев, расплодившихся в этом сезоне особенно много. Эти пушистые негодяи пробирались в амбары и поедали всё, что радовало их глаз. Когда девушка кувырком скатилась с очередного пологого холма за добычей, тогда и обнаружила детёныша гиппогрифа. Видимо, полуконь отбился от своего стада, когда спасался от стаи грифонов, которых дуворы выпускали охотиться на диких степных лошадей.
Грифоны, существа хоть и разумные, но один недостаток портил их – предпочитали питаться лошадьми. Выносливые животными с телами львов имели крылья, покрытые перьями, и передние конечности, подобие орла. Они не разговаривали, зато испускали крик, почуяв опасность или при захвате добычи.
Гиппогрифы же – безобидные полукони – полугрифоны. Гордые, красивые существа с огромными блестящими глазами, будто апельсины, были слишком ласковы и доверчивы. Они не выносили грубых обращений к своей персоне. За выживание им постоянно приходилось бороться с грифонами и скрываться от племени дуворов, которые не почитали их.
При встрече с дуворкой малютка гиппогриф забавно хлопал испуганными апельсинными глазёнками. Кирма налетев на него, выставила вперёд арбалет, чем ещё больше перепугала кроху. Да только дрогнула рука юной охотницы, а сердце сжалось от жалости к этому ни в чём неповинному существу. Она не только не убила его, но и соорудила берлогу. Девчонка старалась навещать бедолагу как можно чаще, выхаживая, и давая ему право выжить. Всякий раз, она приносила своему питомцу лакомые гостинцы: то зайца, то крысу, а то и мясо молодого бычка. Малыш был благодарен такой заботе и при встрече радостно раскрывал свой стального цвета клюв, чтобы принять угощение. Передними лапками он забавно цеплялся Кирме за пальцы, при этом хлопал маленькими слабыми крыльями и перебирал задними копытцами.
В очередную их встречу, Кирма не стала будить любимца. Она села на землю, раскрыла мешок и принялась доставать угощение. Из-за страха за маленького гиппогрифа, девчонка потеряла чувство уверенности, и потому не уловила лёгкие, почти парящие шаги постороннего. Чужак бесцеремонно забрёл на территорию племени дуворов.
Бесшумно ступая, надвигался элли на юную охотницу, которая сидела спиной к тропинке. Ирим в этот день был особенно невнимателен. В растерянности чувств он ходил по тропинкам и слушал лес. Каждый листочек, каждая хвойная игла, были заняты своими делами. Они болтали о пустяках и отчаянно флиртовали. Некоторые игрались с шаловливым ветром, который так и норовил оголить стыдливые стволы подружек. Элли слушал их и грустно улыбался. Он уходил вперёд и возвращался назад, крутил головой, шевелил ушами и принюхивался. Не замечая ничего не обычного, кроме запаха гиппогрифа, юноша внедрился на чужую территорию. Где-то позади него ухнул филин. Элли обернулся и попытался найти птицу взглядом, а сам пятился, пока не оступился и не повалился на что-то мягкое и нежное.
«Какое знакомое ощущение!»
Элли быстро развернулся и приземлился на спину.
Что-то мягкое зашевелилось, схватило дубинку и ударило его по непутёвой голове.
«Дуворка! Красавица!»
Парень потерял сознание. Очнулся он чуть позже, когда почувствовал дуновение ветерка. Распахнув бирюзовые глаза, юноша увидел перед собой прямой ореховый взгляд. Девчонка склонилась над ним и дула на выпирающую шишку, образовавшуюся на лбу элли.
– Чего дерёшься? – возмутился парень. Он попытался встать, но снова повалился на землю.
Удар девицы получился отменным, и теперь неудачливому бродяге придётся отсвечивать перед своим племенем чудесным, прямо посреди лба синяком.
– А ты чего под ноги не смотришь? – парировала Кирма. Она стояла на коленях и осматривала его бледное лицо. – Я у себя дома, что хочу, то и делаю. А вот ты, зачем сюда вернулся?
– Запомнила! – обрадовался элли. Он продолжал лежать, заложив руки под голову и рассматривая рыжеволосую хулиганку.
«Я точно уже встречал эту девчонку, но где?»
– Тебя, растяпу, разве забудешь? Постоянно толкаешь меня, – возмутилась красавица. Она вскочила на ноги и стряхнула с коленей пожелтевшую хвою.
«Кого-то он мне напоминает? Вспоминай, Кирма, где ты видела этого парня раньше».
– А может, это судьба? – пошутил Ирим, отвлекая девчонку от раздумий. Он повёл носом.
В воздухе пахло ягодами и грибами, покрытыми вечерней росой. Мох отдавал плесенью и перебивал этот запах. Но в целом, это нисколько не испортило свежести вечнозелёного леса. Почву кое-где укрывал роскошным малахитовым покрывалом папоротник, разросшийся во все стороны. Его крупные нежные ветки только на вид казались хрупкими. На деле же, его листами можно покрыть крышу лесной времянки.
– Иди, ты, – посоветовала девушка. Она злилась в шутку, и делала вид, что осматривает местность.
– Не обижайся на меня. Я ведь не нарочно толкался. И не думал тревожить тебя, – примирительно произнёс парень. Он сидел на земле, подогнув колени и обхватив их руками.
– Да знаю я. И ты не обижайся. Я уж подумала, не орши ли объявились. Военные действия мне совсем ни к чему, – пояснила Кирма.
– О! Ты точно узнала бы орши, – заразительно рассмеялся парень.
– Ты прав, – улыбнулась дуворка. – Что ты здесь делаешь?
– Я гулял, но в этот раз зашёл далеко. Люблю лес, и почти что живу в нём. Мне здесь легко и спокойно. Я уйду, – пообещал Ирим и поднялся на ноги. Он уже собрался идти, когда незнакомка схватила его за рукав.
– Не торопись, я не гоню тебя, – произнесла дуворка. Она смутилась и быстро отвела руку за спину. – Об этом месте никто не знает. Я, как и ты, люблю тишину и покой. Вот и прихожу сюда частенько. Недавно у меня появился детёныш, и теперь я сбегаю его навестить.
– А почему твой ребёнок живёт здесь, а не дома? – недоумевал элли. Он чуть отошёл от дуворки и привалился плечом к тонкой ольхе.
– Ты не так всё понял. Смотри сюда, это питомец, – девушка раздвинула лапник, оттуда на них смотрел малютка гиппогриф. Он испугался громких разговоров и дрожал всем телом.
– Ого! – вымолвил элли, наклоняясь вперёд и рассматривая найдёныша.
– Я его нашла, когда охотилась. Домой взять нельзя, поэтому прячу здесь. Когда он подрастёт, улетит, – произнесла с грустью в голосе девушка. Она поманила детёныша к себе.
– Ты добрая! – похвалил парень.
– А ты? – спросила Кирма у элли, когда гиппогриф вышел из берлоги.