Ти Клун – Кости под моей кожей (страница 32)

Если Алекс сказал правду, если то, о чём говорила Арт, было возможно, тогда должен был отыскаться след. Хоть какой-то. Кем бы ни были её родители. Кем бы ни был Алекс. Кем бы ни была она.

— Твоя фамилия не Дельгадо, верно? — пробормотал он, не глядя на мужчину, стоящего от него всего в нескольких футах.

— Да.

— Тебя вообще Алексом зовут?

Короткая заминка. Затем:

— Да. — И: — Её имя на самом деле не Артемида Дарт Вейдер. Если ты вдруг сомневался.

Нейт медленно повернулся и уставился на него.

— Ты только что снова пошутил?

— Конечно, нет.

— Это… прозвучало почти как шутка.

— Я же говорил тебе, что не шучу.

— Он бывает смешным лишь иногда! — крикнула им Арт. — И обычно это происходит, когда он сам того не хочет.

— Видишь? Вот в это я верю.

Алекс нахмурился. Нейту это начинало становиться привычным.

А не должно было. Ни к чему из происходящего нельзя было привыкать. На этом пути поджидала опасность. Это было временно. Всё из этого было временно.

Вчера в то же самое время Нейт находился недалеко от Розленда, гадая, осталась ли на прежнем месте «Заправка и мини-маркет Здоровяка Эдди». Он ехал в горы, готовясь укрыться и зализать свои раны, чтобы найти в себе силы справиться со всеми сотворёнными им ошибками, что привели его сюда. Он собирался надираться до одури несколько дней, упиваться жалостью к себе. А когда бы Нейт закончил, он бы восстал и собрал все оставшиеся от него осколки, чтобы проверить, есть ли способ склеить их воедино.

Эти люди, этот мужчина и эта девочка, не вписывались в его план.

И как же это жгло. Прямо под его кожей зарождался сводящий с ума зуд, который так и умолял, чтобы его уняли, потребовав правды. О, он поверил тому, что сказал Алекс, когда заплетал волосы Арт. По большей части. Нейт умел хорошо пробиваться через трёп, отличая правду от лжи. Но неопределенность этой ситуации сводила его с ума. Он был уверен, что сценарии, крутившиеся в его голове, являлись гораздо более диковинными, чем реальность. Тайны, как только их разгадывали, обычно приводили к разочарованию. Когда включался свет прожектора, а все тени таяли, всё, что оставалось, уже не выглядело таким впечатляющим, как сперва казалось из-за мрака. Он проходил через подобное множество раз. Он всегда заставлял себя оставаться прагматичным, даже когда был ребёнком.

И всё же. Что, если…

— Как долго?

— Как долго что?

Он не смотрел на Алекса, пытаясь казаться безразличным.

— Как долго вы уже в бегах?

— А что?

— Я пытаюсь узнать вас получше, мужик.

— Зачем? — И этот вопрос звучал в бесконечное число раз подозрительнее.

— Вы остаётесь в моём доме, — раздражённо произнёс Нейт. — Думаю, мне разрешено задавать вопросы.

— Ты когда-нибудь не задаешь вопросов?

— Нет. Никогда.

Арт наклонилась, подняла камень и уставилась на него, подбрасывая на ладони.

— Неделю, — наконец выдал Алекс.

Этого… Нейту было недостаточно.

— И как давно вы тут?

— Тут.

— Да. Тут. На озере. В моей хижине.

— Грёбаные репортёры, — пробурчал Алекс.

— Я это слышал.

— Так ты и должен был слышать.

— Веди себя мило! — велела Арт, не глядя на них. Она наклонилась и подняла ещё один камень. Волны плескались о берег. Светило солнце. Облаков на небе почти не было. Это был совершенно обычный день.

— Пять дней, — сообщил Алекс.

Нейт, наконец, сдался и взглянул на него.

Тот смотрел на Арт. Его руки были скрещены на груди, рукава рубашки туго натянулись на бицепсах. И он, конечно, хмурился, потому что это, вероятнее всего, было его выражением по умолчанию. Щетина на его щеках и шее стала немного гуще, чем вчера. Он не казался тем, кто стал бы отращивать бороду. Нейт думал, что тот брился бы каждый день в рамках строго регламентированного распорядка. Он бы вставал даже раньше, чем обычно Нейт. Делал бы шестнадцать тысяч отжиманий. Съедал бы тридцать сваренных вкрутую яиц. Выпивал бы кофе настолько же чёрный, как и его душа. Сердито буравил бы взглядом округу, наблюдая за восходом солнца и размышляя о том, о чём обычно размышляли мужчины его калибра. После этого принимал бы душ, используя шампунь, который, вероятно, пах бы как лекарство. И как только бы из него вышел, он бы чистил зубы щёткой и зубной нитью. Наконец, он бы побрился. Любой намёк на растительность на лице исчез бы к 6 утра.

Но вот он тут, его щетина на полпути к тому, чтобы превратиться в нечто большее. Нейт никогда не мог отпустить бороду. Она всегда отрастала клочковатой и колючей. В колледже у него была козлиная бородка, которой он в то время гордился. Но оглядываясь назад, было удивительно, что он с этой штукой на лице как-то умудрялся найти кого-то для перепихона.

Впрочем, это не имело значения. Нейт не знал этого мужчину. Не знал эту девочку. И они ему не доверяли. Алекс сам так сказал. Не то чтобы Нейт давал им повод для особого доверия, но всё же. Арт не была… нормальной. По крайней мере, она отличалась от любого другого десятилетнего ребенка, которого он когда-либо видел. Возможно, девочка была старше, чем заявляла. Может быть, она являлась юной невестой Алекса, и они бежали от её разгневанных родителей, которые…

— Как тебя подстрелили? — выпалил Нейт.

Хмурый взгляд Алекса сделался ещё суровее.

— Это была ошибка.

— Как можно получить пулю по ошибке? Ты сам себя подстрелил?

Алекс медленно повернулся, чтобы смерить его раздражённым взглядом.

— Верно, — поспешно сказал Нейт. — Глупый вопрос. Конечно, ты не подстрелил бы сам себя. О чём я только думал? Я же видел, как ты обращаешься с пистолетом.

Алекс вновь отвернулся туда, где Арт продолжала собирать камни.

— Так, полагаю, мы не собираемся отвечать на этот вопрос, хм? — продолжал выпытывать Нейт.

— Я сказал тебе. Это была ошибка.

— Да. Ты это сказал. Но… это вообще ничего не объясняет. Должно быть, это случилось давно.

— С чего ты взял?

— Потому что рана зажила.

— Резиновая пуля.

Нейт моргнул.

— О. Точно. Полагаю, что это… ха. Значит, тебя по ошибке подстрелили, когда ты спасал Арт от людей, которые хотели её вернуть, и у них были пистолеты с резиновыми пулями вместо настоящих, потому что…

Алекс не попался на удочку.

— Должно быть, было больно.

Алекс хмыкнул.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты бесишь?

— Нет, — отрезал Алекс. — Никто. Никогда. — Затем он спустился с террасы по ступенькам.

Нейт смотрел ему вслед.