Тэя Ласт – Заставь меня довериться (страница 6)

– Тебе не стоит переживать, – озвучиваю и подхожу ближе к девушке, пытаясь глазами убедить.

Она обвивает шею руками, довольная ответом. А я отчего-то в этот момент вспоминаю ту, что в белых забавных наушниках наслаждается природой и кофе. И не вижу больше её в глазах той, кто стоит передо мной.

Тот образ, который я хранил все эти годы, он резко рассеялся в ресторане, оставив после себя лишь горечь. Больную тоску по той девочке, которая убила всё то тёплое и светлое, что лишь единожды ожило во мне.

На её месте новая.

Незнакомая, раздражающе обаятельная, а в глазах этот бессменный вызов на конфронтацию. И самому вдруг непреодолимо хочется этого противостояния.

Олеся не спускает глаз в ожидании моей ласки, и я, захлопнув крышку этого чёрного ящика идиотских потаённых мыслей, касаюсь, в конце концов, губ девушки.

Вкусных, немного медовых и податливых. Она подчиняется, покорно отдаёт своё желание и показывает его немного неумело. Сжимает и поглаживает мои плечи. Подхватываю девушку под ягодицы и усаживаю на тот самый деревянный стол.

– Родион, – шепчет с придыханием, намекая на то, что это слишком вульгарно.

А я лишь шире раздвигаю её ноги и тут же лезу под кофту, чтобы коснуться кожи.

– Не сейчас, – практически стонет мне в рот, убивая на максимум весь порыв, взявшийся из моих глубин.

Останавливаю поцелуй, прижимаюсь лбом к ней и сжимаю челюсть.

В этом есть некие расхождения в нас, и я очень пытаюсь смириться с тем, что она стесняется… даже мать его, меня. Однако каждый раз я вспыхиваю словно сука, факел. Правда, толку от этого огня нет. Обе семьи, и Беркутовы, и Власенко, всё уже решили, ещё так пару лет назад.

– Окей, я вниз, – озвучиваю, отстраняясь от неё, но она успевает схватить за руку.

– Ты же не обижаешься? Там, наверное, нужно помочь Алине…

Отрицательно качаю головой, хватаю пачку сигарет, вещи, приготовленные в сауну, и выхожу из нашей спальни.

Когда спускаюсь по лестнице, то натыкаюсь на своего призрака из прошлого. Она замирает буквально на полсекунды, прежде чем отойти к стене и якобы дать мне проход.

Невозмутимо иду дальше, а в момент, когда мы равняемся на одной ступени, будто невидимой силой бьёт куда-то. Как в каком-то грёбаном фантастическом фильме белым светом буквально парализует тело. Она не смотрит на меня, я не смотрю на неё, но эта вспышка, она леденит все внутренности, а когда этот миг проходит, становится резко и порывисто горячо, будто лёд сменился на обжигающую лаву.

Либо нам лучше не видеть друг друга, либо, чёрт возьми, высказать всё, что мы думаем. Может, тогда полегчает?

– Эй, Беркут, – Некрасова, как только я оказываюсь на полу первого этажа, подскакивает. – Не хочешь в сауну с компанией? – она подмигивает, а у меня даже смех прорывается.

– Ты серьёзно?! – со скепсисом всматриваюсь в неё, настолько дешёвкой она себя считает?

– Раньше тебя не останавливало наличие подруги, – язвит в ответ, а мой взгляд становится жёстче.

– Это не останавливало тебя, Некрасова.

Чеканю не своим голосом и обхожу её по дуге, покидая дом с громким хлопком двери.

Глава 8

Парни скрылись в сауне, наверняка прихватив с собой несколько бутылок горячительного, я же скрылась в спальне, чтобы немного выдохнуть.

Хотя, если честно, это всё равно не поможет. Сам факт того, что мы здесь дышим одним и тем же воздухом, уже оставляет свой отпечаток и портит мой кислород.

Вечером сегодня наверняка все будут кутить, хотя в зимней роще едва ли это удастся, поэтому надежда на то, что большая часть свалит в ресторан базы отдыха. Конечно, под всеми я подозреваю его и его невесту…

Достаю из сумки вещи, чтобы потом впопыхах не искать, и заодно наушники, чтобы немного расслабиться. В целом, можно прогуляться по территории, но знаю, что там грандиозные планы по поводу того, чтобы заставить парней приготовить шашлык на мангале.

И надо бы успеть, пока они ещё в кондиции, а то думается мне, что отголоски вечеринок семилетней давности вот-вот нас всех настигнут.

– Тук-тук, – Алина заглядывает в комнату. – Ну ты как?

В глазах читается вина, но я совершенно не виню её за тот эпизод в гостиной. В конце концов, она не отвечает за интеллект отдельных особей.

– Думала, будет хуже, – отвечаю ей, откладывая пижаму. – На кухне помочь?

Спрашиваю, потому что мне не в напряг, а я знаю желание Морозовой, чтобы всё было по красоте.

– Да там уже… – кивает в сторону двери.

– Неужто Зоечка решила подсобить, кушать захотелось? – посмеялась я.

– Дождёшься от неё, – фырчит подруга. – Там Олеся…

– А-а-а, – многозначительно тяну, но, если откровенно, я рада, что она больше походит на человека, чем Некрасова. – Это ж надо, в одном доме… две бывших и одна настоящая… – усмехаюсь, полагая, что Беркутов просто-напросто выиграл эту жизнь.

Морозова хохочет, прикрывая рот, а потом смотрит на меня, желая разубедить.

– Ты же знаешь, что Некрасову можно не считать за бывшую, – говорит она тихо.

В тот год, когда я появилась в их школе, королём и королевой были одни и те же лица на протяжении нескольких лет. Чуть ли не с девятого класса они считались золотой идеальной парой. В какой-то момент их связывал секс, как я потом узнала из первых уст, а в какой-то момент только нахождение в одной компании… Но сейчас я уже не склонна верить в те слова, что он когда-то мне говорил.

– Так же как и меня, – поджав губы, ухмыляюсь.

Я знаю, что Морозова не увидит боли, потому что я отлично научилась маскировать её. Да и она уже не та, что была раньше.

Сложно вынести предательство близкого человека, даже неважно, в чём оно заключается… Просто сам факт, что ты думаешь, что твоё доверие так же дорого ему, как и тебе. А потом оказывается, что это не так. Дальше ты получаешь удар ножом в спину. И пусть это случилось один раз, ты всё равно занимаешься мазохизмом, снова и снова чувствуя эту боль, утопая в этой крови и заново умирая.

– Я не говорила тебе…

– И не надо, – обрываю её на полуслове, на что она с укором смотрит в ответ. – Если ты хочешь всколыхнуть то, что покрылось толстым слоем пыли, не стоит.

– Ладно, – кивает она. – Ник согласился пожарить шашлык, так что скоро всё будет готово. А вечером забронирован стол…

Киваю, стараясь удержать воодушевлённое лицо, но Алина была бы не Алина, если бы не закатила глаза, увидев мою фальшь.

Спустя несколько часов я всё же спускаюсь, потому что, как бы меня ни раздражали отдельные личности среди присутствующих, коттедж и правда хорош. Природа вокруг тем более, да и почему я должна сидеть взаперти, если я уже совсем не та девочка, которая их боялась.

– Помочь? – заглядываю на кухню и вижу, как там трудятся несколько девушек.

Среди них Олеся и Алина, ещё одна смутно похожая на бунтарку из параллельного класса, но я не уверена.

– Да, можешь вот это отнести в гостиную, пожалуйста, – с улыбкой тянет мне салат невеста нашего общего знакомого.

Принимаю тару и разворачиваюсь на выход, а когда уже оставляю в почти пустой гостиной блюдо, то внутрь заваливаются явно разгорячённые во всех смыслах парни.

– О-о-о! – тут же слышу крик Аксёнова. – Красавина, ты даже не представляешь! Мы разнесли его в пух и прах! – самодовольно он заявляет, указывая на Ника.

На часах всего лишь четыре дня, а они уже почти в стельку. Не все, конечно, но Аксёнов точно. Правда, когда я вижу Ника, то понимаю, что их в команде всё-таки двое.

– Малыш! – тянет он руку, улыбаясь во все тридцать два.

Невольно становится смешно, только когда он буквально прижимает меня к своему влажному и горячему телу, то я тут же хмурюсь.

– Ник, – шиплю, пытаясь отстраниться.

Только он и не думает, напротив, обеими ладонями берёт моё лицо и смачно при всех целует в губы.

От шока я истуканом замираю и смотрю на него, как на идиота, прекращая его попытки влезть ко мне в рот языком.

– Горский! – посильнее давлю в рёбра, как он учил, и он как ни в чём не бывало усмехается и подмигивает. – Иди поспи!

Злости нет, только ощутимое недовольство этой демонстрацией. Я, конечно, взяла его сюда из-за особых побуждений, но это не значит…

– Куда мясо? – слышу вдруг хриплый голос и тут же оглядываюсь на стол.

Хватаю тарелку, пока парни над чем-то смеются, и подставляю её ближе к краю, а сама делаю шаг назад.

Беркут, придерживая шампура, подходит к столу, чтобы оставить их.

– Спасибо, – коротко озвучивает он, киваю, не подавая знаков, и пытаюсь не обращать внимания на то, что под его распахнутой курткой виднеется обнажённый торс.