Тэя Ласт – Заставь меня довериться (страница 5)

– Там ещё много пакетов, Ник? – обращаюсь к нему, не глядя за спину и наливая воду в чайник.

Но когда ноздрёй касается запах мятной свежести, осознаю, что это парфюм совсем не Горского.

***

Ох, и как же пройдет их отдых?😉

Никита Горский, 26 лет

Глава 6

– У меня один, – хрипит знакомый до боли голос и оставляет его на столешнице.

Чувствую его слишком близко к себе. Аромат его парфюмированной воды кажется слишком насыщенным. Настолько, что меня будто мутит. А ещё, кроме этого, я ощущаю его запах.

Это, знаете, у каждого человека есть свой феромон, не искусственный, а естественный. И, к моему большому сожалению, я помню исходящие флюиды от Беркутова.

– Хорошо, – киваю, резко выключая кран.

Его куртка практически касается моего свитера, а меня буквально начинает трясти.

– Отойди, пожалуйста, – коротко, но твёрдо я озвучиваю, и он поворачивается в мою сторону, тем самым увеличивая расстояние между нами.

– Я соболезную…

Коротко и глухо говорит он, но когда я вскидываю на него глаза, вижу, как даже на меня не смотрит. Будто ему даже от одной мысли, что он проявляет человеческие качества по отношению ко мне, тошно. Становится снова больно внутри, и чёрт его знает отчего. Но я цепляю челюсти и выше поднимаю голову, нет, он не сможет больше сделать мне больно.

– Откуда ты знаешь?! – довольно резко звучит вопрос в ответ на его ненатуральное сочувствие.

– Услышал, как Морозова отчитывала Некрасову, – объясняет, а у самого желваки на лице гуляют.

– Не парься, – наконец отхожу от раковины и ставлю чайник на панель. – Я не жду от тебя подобных проявлений.

Теперь его внимание сосредоточено на мне. Рассматривает, стиснув зубы, и я чувствую вновь эту тучу, которой меня накрывает, когда он находится в опасной близости.

– Малышк… – в помещении внезапно появляется Никита, и я улавливаю едва заметную усмешку. – Я Никита, – он ставит пакет рядом с тем, что оставил Горский, и тянет ему руку.

Родион не торопится отводить от меня взгляд, лишь медленно протягивает руку и только после, наконец, снисходительно смотрит на моего друга парня.

– Родион, – коротко и явно не приветливо сообщает.

– Ага, понял… Там Олеся, невеста, да? – тут же озорно подмечает Горский, вставая рядом со мной.

– Угадал, – отвечает Беркутов, приподнимая уголок губ.

Но выглядит это больше вызовом.

– А я…

– Я понял, – Родион не даёт сказать, хватает бутылку воды из пакета и стремительно выходит из кухни.

Сразу будто светлее становится в пространстве, и я с шумом выдыхаю.

– Н-да, не очень дружелюбный парень, – задумчиво говорит Ник.

Молчу, потому что в отношении нас обоих дружелюбно невозможно. Однако фраза Никиты засела в голове и прямо буквально повторяется всё это время.

– Ты сказал «невеста»… – спрашиваю невзначай, посылая взгляд в Горского.

Он поджимает губы и усмехается, но головой кивает.

– Знал, что тебя заинтересует, – говорит, но я даже не обращаю на это внимание. – Она сама так сказала, я решил проверить теорию, – пожимает он плечами. – Ладно, Фурия, мы в сауну, вы остаётесь. Если что, царапаться не разрешено, только джеб и апперкот, а то потом вести тебя со слезами на глазах на маникюр…

Он театрально закатывает глаза, вызывая мой тихий смех своей шуткой, а я провожаю его взглядом.

Невеста…

Хм, неудивительно, что он выбрал такую девушку в невесты. Как правило, те, что смолоду сходят с ума от повышенного внимания женских взглядов, женятся не на тех, кто вызывал раньше в них феерию эмоций своими яркими или броскими нарядами, а напротив, более спокойных, утончённых и, скажем, правильных девушек.

Да и думаю, что эта Олеся для него правда подходящая пара… Красивая, эффектная, почему бы и нет…

Наливаю себе чашку кофе, а внутри ощущаю какую-то необъяснимую грусть или печаль. Нечто, чего не должно быть по праву, но чувствую, хоть и всё происходящее в наших жизнях сейчас закономерно. Все двигаются дальше, взрослеют и мудреют… Не все, конечно, но хочется верить, что превалирует всё же большинство. Никто не живёт прошлым, никому не нужно то прошлое, которое было. Мы ведь переросли его, правда?

***

Дорогие мои❣️

Ох, вы даже не представляете сколько вариантов я перебрала, чтобы найти Беркутова🙊

Но сегодня у нас Олеся Власенко, 24 года (подробнее о ней мы узнаем чуть позже)

Глава 7

Стою на балконе второго этажа и выпускаю дым кольцами. Закрываю глаза, а перед ними всё равно она.

Провожу языком по зубам, потому что всё и так ясно. Слышу звуки с первого этажа и вижу, как на террасу задней части дома кто-то выходит.

Замечаю белые наушники и тёмные волосы. В руках чашка кофе, и я безошибочно узнаю её. Греет руки об чашку и глубоко вдыхает воздух. Даже не дышу, не желая выдать себя. Она всматривается в деревья и делает глоток, прикрывая глаза от наслаждения. Всегда было у неё это умение демонстрировать своё удовольствие. Делать так, что каждому непременно хочется попробовать то же, что и у неё.

Сейчас, когда она не видит, позволяю себе даже спрятать ненависть и всю ту боль, что она причинила. Наблюдаю за той, в которую однажды влюбился как самый последний идиот.

А она, не подозревая, попивает свой обжигающий кофе, рукой касается шапки из снега на перилах, что-то вырисовывает. И тоской такой веет от неё, хотя я даже и чувствовать этого не должен, мать её.

Выдуваю снова дым, вижу, как она ведёт глазами по вековым соснам в шубе из снега и задирает голову.

Отхожу от перил на шаг, прячусь с зоны видимости. А потом, наплевав, бросаю окурок в пепельницу и ухожу обратно в дом. Сажусь на кровать, а внутри буквально кипит всё. Бурлит, взрывается, ходуном ходит. И как усмирить, чёрт его знает.

Одно её присутствие ставит нервы по стойке смирно, и это при том, что эмоции напротив пытаются обогнать друг друга. Ненависть соревнуется с грёбаным желанием взять за волосы и доказать себе, что уже не реагирую.

Теперь ещё и её этот хахаль, который уж слишком, мать его, широко улыбается. А выглядит так, будто только что набил себе всё тело татуировками.

Не думал, что ей подобное нравится…

– Милый, – Олеся появляется в комнате из ниоткуда. – Что с тобой? Ты весь угрюмый? – садится рядом, поглаживая плечо и тут же оставляя поцелуй в бицепс.

Натягиваю более-менее собранный вид на лицо и киваю ей, что всё в порядке.

– Покурить ушёл.

Она принимает ответ и оглядывается в нашей временной спальне.

– Здесь здорово, правда? И ребята такие дружелюбные… – знала бы она правду, хрена с два так подумала.

Но у неё удивительная способность видеть этот мир слишком радужным. Может быть, потому как я вижу его лишь в чёрно-белом цвете, мы до сих пор вместе? Хоть через призму её розовых очков увидеть краски…

– Они были такими далеко не всегда, – озвучиваю правду. – Да и едва ли там наберётся хотя бы человек пять, кто перестал быть задницей, – она качает головой с лёгкой улыбкой.

– Не знаю, мне кажется, они рады тебе, – не понимаю, к чему она говорит это. – От твоих друзей только и слышна твоя фамилия, да и от девчонок тоже…

– Это ты про Некрасову? – вздёргиваю бровь, глядя на свою невесту.

Молча кивает и проводит рукой по деревянному столу. Что это за выкрутасы такие?

– Это ревность? – доходит, наконец, до моего сознания.

Никогда не думал, что это есть в ней. Точнее, был уверен, что Олеся неспособна на собственнические замашки.

– Нет, – тут же краснеет, вызывая мой смех.