Тэсса О`Свейт – Межсезонье. Новая жизнь (страница 36)
Ей очень сложно довериться кому-то, даже если очень этого хочется. Да, ей страшно. И тут уже любому, не только проницательному детективу, станет понятно, что не рабочее партнерство с ней — это проблема. Проблема доверия и её неприспособленности к таким отношениям. Когда он встает, Лара на секунду допускает, что он сейчас уйдет, но... Опять дрянная — «Хорошая, но, черт возьми, я что, для того тебя останавливала?!» — шутка, на которую она уже не выдерживая, тыкая его кулаком в бок. Снова накатывает это странное, не поддающееся логике ощущение, что дальше будет лучше. Не проще, но определенно лучше, ведь она способная ученица. И она будет учиться не только тому, как жить рядом с кем-то, но и тому, как помимо постели делить с конкретно этим человеком собственные чувства, и уметь разделять (или хотя бы понимать) его.
Первый урок оказывается внезапно скоро.
Звонок, обеспокоенный незнакомый женский голос, который Лара отнесла бы к разряду «чувственных», и вопросительный взгляд только что вылезшего из одной маленькой передряги Юриса, что раздумывает над необходимостью влезать во вторую.
После всего случившегося Пако не вызывал у нее ничего: ни раздражения, как было в первое время, ни какого-то легкого интереса, что возник, когда бывший мотылек рванул с ними на Черный рынок. Лара подумала о том, что если бы её не было, то Юрис, скорее всего, пошёл бы и попытался помочь, так зачем его останавливать, если можно пойти с ним? И она кивает, мысленно советуя Пако найтись как можно быстрее.
В такси до дома наёмница замечает, что у прикрывшего глаза и о чем-то задумавшегося детектива едва заметно дергаются пальцы левой руки. Он сам, запрокинувший голову на подголовник и смотрящий из-под ресниц куда-то сквозь водителя, на это вряд ли обратил внимание, что дома только подтвердилось, и Лара, мысленно вздохнув и посочувствовав Вику, собственноручно вколола своему
«Я сплю с интерполовцем. Я, в перспективе, работаю на интерполовца. И всё это — один и тот же человек. Как интересно складывается жизнь... И сложно.» — додумывает она, заметив, что Юрис замер перед шкафом.
Очередной короткий, но болезненный диалог, оставляет тлеющее в душе тепло и сочувствие. Лара не умела прощаться с людьми, а единственный её подростковый опыт сложно соотнести с тем, что испытывает её партнер сейчас. Что она может, кроме как свести всё к маленькому, дружескому уколу? Только быть рядом и ждать.
Выраженное в мыслях желание быть рядом проявляется в спонтанном желании прикоснуться, которое наёмница не сдерживает, тут же с внутренним удовлетворением отмечая, как мужчина замирает под этой незамысловатой лаской. Едва слышный, но очень тяжелый вздох, заставляет её, отвернувшуюся к двери, улыбнуться.
В такси Лара отрешенно рассматривала виды города за окном, лениво гадая, во что мог бы вляпаться выёбистый мотылек. Сострадание к ближнему было не особо в чести в этом мире, особенно если этот «ближний» не был тебе действительно чем-то дорог, а Лара не видела ни одной причины считать Пако важным или хотя бы немного нужным для себя. Его в планах на сегодняшний день не было, но он каким-то образом влез, и женщине лишь оставалось надеяться, что никаких действительно серьезных проблем он им обоим не принесет.
Осторожное, лишь спустя секунду обретшее плотность, прикосновение к руке отвлекло её от сверкающего сине-розово-красными огнями города. Обернувшись, Лара некоторое время изучала всё еще о чем-то раздумывающего Юриса. Его профиль, очерченный всполохами пролетающего за окном города, сейчас весь создан из рубленых линий, особенно жёсткий и хищный, и Лара рассматривает это новое для неё лицо, пытаясь понять, какие чувства оно в ней вызывает, а затем, перевернув свою руку под его, щекочет пальцами ладонь.
«Что-то случилось?» — думает она, вопросительно приподнимая брови, и повернувшийся к ней детектив, словно услышав этот вопрос, отрицательно качает головой. Лара, еще раз окинув взглядом мужчину рядом, устраивает затылок на изголовье, сквозь ресницы посматривая в окно.
Юрис, конечно, не собирается рассказывать ей всё и сразу, но это она может понять, ведь сама ставит его в такую же ситуацию. Надо привыкнуть, надо научиться разговаривать друг с другом, и надо понять, что из прошлого можно впустить в их настоящее.
Это потребует времени, но им, вроде как, некуда спешить.
... И внешней
«Экзидис» роскошен, как и в самый первый раз. Будто и не было изуродованных пулями стен, развороченных дверей на входе в основной зал и сотни остывающих трупов. Охрана молча пропускает Лару, едва та оказывается в паре шагов от дверей, а вот вежливое обращение к детективу заставляет наёмницу чуть удивленно прислушаться, ожидая какого-то продолжения... Но, нет, продолжения не происходит, да и сам Юрис явно в легком недоумении. Шутка Лары вдруг обретает реальное воплощение и бросив короткий взгляд в лицо детектива, наёмница замечает там новую, ранее не виденную её эмоцию, которую можно описать как неприятие происходящего. Юрису неприятно это внимание, и Лара спроваживает официантку подальше. Неразбавленный джин, тонко нарезанные дольки лимона — строго и со вкусом. Глоток и жидкость, словно набирая температуру с каждым пройденным по её пищеводу сантиметром, огненным потоком падает в желудок, встряхивая и заставляя сердце забиться быстрее. Стягивая с блюдца лимон, Лара допивает комплимент от заведения, заедает сочным, спелым ломтиком, от которого приятно щиплет губы, отбивается от очень аккуратного, заботливого предложения не участвовать в поисках ебучего мотылька и, с интересом наблюдает, как ползет взгляд детектива по её лицу. От губ, которые она только что облизала, к глазам. Ей весело, Юрису... Кажется, немного тоже? Они идут по клубу: невозмутимый детектив и снисходительно поглядывающая на людей вокруг наёмница, являя собой забавный контраст с окружающей их публикой. Неброская, но добротная одежда обоих, без блеска, без вошедшего в моду дорогого полихромного покрытия. Оба в разных оттенках черного, у обоих оружие без бирок, что однозначно показывает статус в этом заведении, еще больше выделяя их на фоне парочки лощеных випов.
Появившаяся словно из ниоткуда Ариса, склоняется в неглубоком традиционном поклоне, и тут же цепляет Лару под локоть.
— Детектив, бармен предупрежден, а мою подругу вы сможете забрать у начала бара... Минут через двадцать, не раньше, — японка, в чьих глазах наёмница снова увидела отблески эквалайзера, дождалась кивка и тут же, взяв Лару на буксир, поволокла к обозначенному месту. Усадив её на барный стул, Ариса, уточнив, хочет ли её подруга что-нибудь и получив отрицательный ответ, заказала себе свежевыжатый (!) апельсиновый сок. Пока бармен со всей тщательностью и осторожностью обрабатывал дорогой фрукт, госпожа Хасаши, закинув ногу на ногу, покачивала в воздухе элегантной туфелькой и рассматривала сидящую напротив Лару, как чудной экспонат в музее. Сегодня в глубине её глаз мелькал настоящий калейдоскоп, словно та не смогла утром определиться, какой цвет нравится больше.
— Ну, теперь то он твой? — когда бокал с источающим потрясающий, и почти забытый наёмницей аромат свежего апельсина, оказался на стойке, Ариса не глядя отпила из него и наконец-то заговорила.
— Серьезно? Это именно то, что тебя интересует в первую очередь? — Лара скептически подняла брови и японка ухмыльнулась, покачав бокалом в воздухе.
— А чего ты ждала? Что я спрошу, когда ты притащишь все медальоны десятки, чтобы дед мог начать мучить, ах, простите мой неидеальный английский, учить тебя официально? Или буду интересоваться, почему вы пришли сюда, и отчего Ханзо-сан сказал всему персоналу, чтобы детектив получил ответы на «все, интересующие его вопросы» — эту фразу она произнесла, мигом превратив свое лицо в холодную, бесчувственную маску и таким голосом, что Лара хмыкнула, узнавая старшего Хасаши. — Лара-чан, мне глубоко на-пле-вать на всё это. Это скучно и вот тут уже, — резко проведя ребром ладони себе по горлу, Ариса этой же рукой схватилась за стакан с соком и сделала длинный глоток. — Даже если вдруг ты потеряла один из медальонов по дороге, вместе с ладонями, дед возьмет тебя в ученицы. А мой «босс» — японка, закатив глаза, обозначила ковычки в воздухе. — считает себя должным за устранение своих врагов твоему детективу, и достаточно сильно, чтобы позволить тому задавать любые вопросы персоналу. Чувствует, наверное, что тот всё равно не полезет в его платяной шкаф. Кстати, Сиртаки очень хочет встретиться с кхм, мистером Ливану, после своей выписки, и ужасно расстраивается, что тот ни разу так и не навестил его в госпитале... Пф, не хочу о работе! Так что, да, единственное, что меня волнует, это то, что хорошего происходит в жизни у моей подруги. Итак?
Лара, несколько секунд переваривавшая всё, что вывалила на нее младшая Хасаши, вздохнула.
— Ну, мы вроде как договорились и обозначили это словом «партнеры». — Ариса кивнула, сосредоточено глядя в её лицо, и наемница поняла, что одной этой фразой отделаться не выйдет. — И еще он предложил мне работу.