Тэсса О`Свейт – Межсезонье. Новая жизнь (страница 28)
Во всей ситуации радовало лишь три вещи: у Пако не было ни одного боевого импланта, кроме кошачьих лапок; Пако вряд ли мог достаточно твердо стоять на ногах после всего, что он употребил, а значит, наброситься на кого-то для него тоже проблема, как и уйти куда-то далеко; Пако бесконтрольно закидывал в себя местную, дизайнерскую наркоту для богатеньких и любящих свою жизнь корпоратов. Если ушел на своих двоих после такого коктейля, то ничего с ним не случится... От наркоты. А вот огрести проблем от доброго Детройтского населения беззащитный, обдолбанный мотылек может по самые гланды, и отнюдь не фигурально.
Мгновение я раздумывал над тем, что делать: оставить идиота выгребать из созданной им задницы самостоятельно или все-таки пойти на его поиски?
«Он был не в себе, когда уходил. И точно не исчез бы просто так.» — звучит в голове голос незнакомой мне до сегодняшнего вечера женщины. Голос, так похожий на другой, из моего очень далекого прошлого. Тогда одна женщина тоже просила меня в нарушение всех приказов пойти поискать в развалинах к югу от обстрелянного посёлка её сына. Если бы я тогда не тратил время на согласование своей отлучки из части, то успел бы найти его, пока он был еще жив.
Пальцы сами по себе набирают номер участка.
— Офицер Ли Джонсон, тринадцать-триста пятнадцать, старший дежурный.
— Тринадцать восемьдесят один, привет Ли, — чувство легкого дежавю привычно царапает изнутри. Сотни раз я звонил в участок, и не первый раз мой звонок принимает именно Ли. — перекинь на свободного техника из «линка».
— Аганес приказал переводить ваши звонки на него, сержант. Или на его зама, если сам он не на работе, но последнего за четырнадцать дней не случалось, — невозмутимо отвечает Ли. — Перевожу.
Черт, вот не хотел же тебя беспокоить. Четырнадцать дней подряд? И это еще надо мной шутят про работу без выходных. Хотя над Армянином попробуй пошути, последствия можно и не осилить...
— Доброго вечера, Юрис. Как там в «Экзидисе»? — голос Аганеса чуть менее бодр, чем нужно для того, чтобы я поверил в его браваду.
— Как давно ты мой линк пеленгуешь по умолчанию? — Это не претензия, мне действительно интересно. Аганес хмыкает.
— Шесть дней, по приказу Джеймса. Отмены не поступало, так что... Что у тебя?
— Скину тебе линк. Вызов проходит, надо запеленговать в соте, — я на миг задумываюсь и понимаю, что не знаю номеров этой и соседней ячеек.
— В твоей и соседних? — догадывается Аганес.
— Да.
Я перекидываю ему линк Пако.
— Ага. У меня всё готово, звони ему.
Убрав комм от уха, я отправляю на втором канале вызов мотыльку, и он, как и в первый раз, проходит. Закрепив вызов, я снова прикладываю коммуникатор к голове.
— Ищем... Так как там, в «Экзидисе»? — снова задает вопрос Аганес, и я оглядываюсь.
— Ну, звуки ты сам слышишь. Пьют, пляшут, ищут себе пару на ночь.
— А ты там за первым, вторым или третьим?
— Слушай, друг, тебе стоит уже вылезти из своего подземелья и хорошенько проспаться, — хмыкаю в ответ я. — Забыл, с чем я тебе позвонил?
— Да ладно, уж и пошутить нельзя, — голос Аганеса прерывается зевком. — Извини. Вообще, ты прав. Закончу с нашим гостем и возьму денек отсыпного. Ну не упадет же тут все за один день, в конце-то концов? О! Есть сигнал. Неподвижный. В соседней соте, примерно в двух милях от твоего местоположения. Открывай интерактивку, сейчас на тебя зафиксирую.
— Спасибо.
— Да не за что, хоть какое-то разнообразие, — Аганес снова зевает и отключается.
Я открываю интерактивную карту и вижу очерченную на карте область в двести ярдов радиуса, которая отмечает примерное расположение сигнала. Можно было бы и точнее, но для этого надо цепляться к вышкам местного участка, а эти лишние проблемы ни мне ни Аганесу не нужны.
Вызывая такси к «Экзидису», я думаю о том, что если мотылек еще живой я, возможно, выставлю ему счет за дорогу, и иду к дальнему краю барной стойки.
Лара... Обзаведшаяся интересно заплетенной мягкой косой наёмница сидит ко мне спиной, так что мое приближение замечает Ариса. Хлопок узкой ладони по столешнице оповещает Лару о моем присутствии и та оборачивается. Очевидно, то, что они обсуждали, для моих ушей не предназначено.
— Госпожа Хасаши, — я вежливо наклоняю голову, стараясь игнорировать поблескивающий любопытством взгляд миндалевидных черных глаз. — Лара, ты не передумала?
— Нет, — женщина поворачивается ко мне корпусом. — Знаешь, где искать?
Вместо ответа я показываю ей экран комма с открытой картой.
— Такси уже вызвал.
— А я могу отправиться с вами? — Ариса смотрит по очереди на меня, на Лару, снова на меня.
— Вам не терпится присоединиться к обшариванию подворотен и помоек?
Японка кивает с неожиданным энтузиазмом. Я вздыхаю, смотрю на Лару в надежде, что она образумит
— Хорошо. Такси...
— Нет-нет, я доберусь сама. Покажите еще раз карту, господин Ливану, — девушка белозубо улыбается, смотрит несколько секунд в повернутый к ней экран и кивает. — Подожду вас в центре области, если доберусь первой.
И полным грации движением буквально растворяется в воздухе, проскальзывая между падающими лучами цвета и людьми одним размытым пятном.
— Она сейчас...
— Да, — в голосе Лары я улавливаю едва заметную зависть. Наёмница спрыгивает с барного стула, убирает за ухо тонкий, не вплетенный в прическу локон и смотрит на меня с испытующим ожиданием во взгляде.
— Вы с Арисой сумели найти общий язык, как я вижу. Тебе идет, — за последние полчаса в клубе стало еще больше народу, потому я не подаю спутнице локоть, а аккуратно обнимаю её рукой за талию, проводя через толпу.
— Ей одиноко, — Лара так же обнимает меня рукой за пояс, продолжая рассматривать клуб. — Она в Детройте с осени семьдесят восьмого, и за всё это время так и не завела себе того, с кем можно поговорить открыто.
— Большой срок для молодой, успешной и красивой девушки, — мы выходим из общего зала в холл, проходим к выходу и одновременно глубоко вдыхаем прохладный ночной воздух.
— Всё дело в их, — Лара мешкает, подбирая слово. — В их семейных отношениях. Хизео очень строг и не одобряет... Как я думаю, он не одобрял ни одного кандидата в возможные друзья своей внучки. А Ариса воспитана в традиции, чтобы она пошла против решения деда, должно случиться что-то из ряда вон выходящее.
— Твою кандидатуру, выходит, он одобрил?
— Да. Скорее всего, это связано с ученичеством. Ну и то, что я внесла посильный вклад в спасение греческой задницы, тоже наверняка сыграло свою роль. Кстати! Он хочет с тобой встретиться. Ариса же его секретарь, знает всё о его делах. Мэтью хочет пригласить тебя на беседу, когда выпишется из больницы.
— Он проходит по программе защиты свидетелей, какая, к черту, встреча? — ворчу я больше себе под нос, но все так же близко стоящая Лара слышит и насмешливо хмыкает.
— Думаю, что клал он на эту программу. Ариса говорит, что после смерти Ростовенко и, ха, снятия с должности вашего прошлого комиссара ему ничего не угрожает.
— Ростовенко еще не совсем мертв, — скорее для порядка уточняю я, но Лара пожимает плечами.
— Это вопрос времени. Ведь так? — наемница поднимает на меня взгляд, и я киваю.
Возможно, что это время истекает прямо сейчас. Мне станет гораздо спокойнее, когда я буду уверен в его смерти. Поддержать добрососедские отношения с Союзом, ну или хотя бы сделать видимость таковых, для города может оказаться полезным, так что своего смертника они точно получат. Но, наверняка Джеймс и Аганес уже всё обсудили, и состояние Ростовенко будет таким, что только добить и останется. Эту дрянь однажды из Советов кто-то выпустил, нельзя давать даже призрачный шанс на повторение.
— А зачем я нужен Сиртаки, твоя подруга, случайно, не сказала? — Лара отрицательно качает головой. — Ладно. Буду ждать официального приглашения, раз так. А вот и наше такси.
Открывая перед Ларой дверь, я жду, пока она сядет и заметив, что наёмница сразу сдвигается дальше по сиденью, сажусь следом.
Может быть, это и неправильно, но сейчас – позволительно. Спросит же, по глазам вижу, спросит. Но не сейчас. Лара не любит разговаривать при посторонних людях, и тем более, задавать какие-то личные вопросы. Ей вообще очень сложно даются личные разговоры, даже тяжелее, чем мне. Тем они ценнее.
Что такое две мили? Это примерно шесть минут на машине по ночному Детройту. И сорок баксов, если ты вызываешь такси от самого дорогого клуба в городе. Посмотрев на стоимость, я вспомнил об одном индусе, и решил на будущее, при отсутствии срочной необходимости, если уж ездить на такси, то с ним. Пусть лучше я отдам эти деньги Допиндеру, чем кому-то незнакомому.
Перемен без боли не бывает - 2
Две мили от «Экзидиса» были уже не городским деловым центром, а типичным спальным районом, со всеми следующими отсюда особенностями, из которых важна была сейчас только одна - это место было под контролем Партии Рузвельта. Не особо многочисленной, но насквозь милитаризированный группировки, которая считала, что Детройту крайне необходимо вернуться в состав Соединенных Штатов Америки. Ясное дело, что когда ты продвигаешь такое непопулярное во всем городе мнение, то для того, чтобы остаться на плаву, нужно быть той еще хитрожопой мразью и, вдобавок, иметь неплохое финансирование. Судя по тому, что в городском совете, как я слышал от Джеймса, стабильно заседает один-два приверженца стратегии объединения – у Партии что с первым, что со вторым было все отлично.