Терри Блу – Замуж за герцога (страница 2)

Ярнара проводила пальцем по строкам и мысленно уносилась все дальше от Великих Домов и их пафосных проблем Здесь, под ивой, ее мир был маленьким и тихим: знакомые каменные стены, покатые холмы, дни, которые текли в ритме времен года, а не в такт политическим интригам. Она была на середине абзаца, когда на страницу легла большая темная тень, не похожая на ту, что отбрасывала на землю листва.

Ярнара подняла голову в ожидании увидеть грозовое облако и замерла. К поместью опускался небольшой отполированный корабль, его корпус мерцал под солнцем, украшенный знаком бурого медведя на зеленом фоне.

Дом Йосом.

— Как странно… — прошептала Ярнара и захлопнула книгу.

Искрец лениво зевнул, совершенно не разделяя хозяйской тревоги.

Стряхнув траву с подола, Ярнара направилась к парадной площадке. К тому времени корабль уже мягко опустился на платформу, а его мощные двигатели постепенно стихали.

Из шлюза вышли трое, в их движениях и взглядах читалось — это что-то срочное и важное. Барон Бьярндун Риндаль ждал их у края площадки, такой же смущенный и удивленный, как наблюдающая со стороны Ярнара. После короткого обмена приветствиями он провел гостей в дом.

Ярнара вернулась в сад, чтобы продолжить чтение книги, но уже через полчаса туда вбежала запыхавшаяся служанка. Она громко окликнула ее:

— Леди Ярнара! Баронесса просит вас немедленно подойти. Это очень важно!

— Что случилось?.

— Я не знаю, миледи, — вымолвила раскрасневшаяся от бега служанка. — Но баронесса… Очень взволнована.

Искрец коротко тявкнул, уловив перемену в настроении хозяйки. Ярнара поспешила в дом, где ее прямо в дверях встретила Баронесса Сигрид. Глаза матери необычайно сияли, лицо порозовело от странной смеси потрясения и восторга.

— Ярнара, — шепотом сказала она и взяла дочь за руки. — Слушай меня внимательно, девочка.

У Ярнары похолодели пальцы — вряд ли Йосомы лично заявились сюда, чтобы принести какую-нибудь хорошую для их дома весть.

— Мама… Что произошло?

— Ты поедешь представлять Дом Йосом на брачном рынке для Его Светлости герцога Рэйгона Хеллвейна!

Ярнара на мгновение даже забыла, как дышать. Она — и на брачный рынок?! Да это же безумие!

— Как это… Что вы… А леди Луиза?

— Леди Луиза тяжело заболела, — тихо и торопливо ответила мать, словно их могли подслушивать в собственном доме. — Врачи подтвердили сильную лихорадку. Не смертельно, но она не успеет восстановиться к отбытию.

— Но ведь у Йосомов есть другие дочери… Кузины… Кто-то еще? — Ярнара пыталась вспомнить имена и титулы, куда более подходящие на роль кандидатки от дома Йосом. Но мысли хаотично путались и обрывались, так и не успевая сформироваться до конца.

Сигрид мягко сжала ее похолодевшие руки, будто старалась передать дочери каплю своей уверенности и смелости:

— Увы, нет, — тяжко вздохнула мать. — Все варианты рассмотрены. Их союзники уже обещали своих дочерей другим семьям. Или они неподходящего возраста. Йосомы хотят быть представлены хотя бы формально.

Мать улыбнулась успокаивающе, как умела только она, и сердце в груди у Ярнары забилось еще быстрее от осознания неизбежности происходящего.

— Не бойся, Ярнара. Все знают, что герцог Рэйгон женится на принцессе Миэлин Ратрак. Им просто нужна благородная, воспитанная, достойная… И, откровенно говоря, безопасная кандидатка. Выбор пал на тебя, дорогая.

— Мойрана… Почему не Мойрана? Она мечтает об этом! Это все для нее!

Сигрид с сожалением опустила взгляд на их сплетенные руки.

— Мойране двадцать шесть. А герцог объявил, что рассматривает кандидаток только до двадцати пяти.

— Но ему же… Сорок! — глаза Ярнары расширились.

— Да, — кивнула мать и ласково провела ладонью по ее волосам, как успокаивала в детстве. — Но ему нужна молодая жена, чтобы много лет рожать наследников. Это не романтика, Ярнара, а политика.

Ярнара никогда не видела себя при дворе, не стремилась к замужеству и придворным играм. А теперь — без подготовки и желания — ее бросали прямо в эпицентр имперской политики, как тряпичную куклу без собственного мнения.

Просто потому, что она подходила по возрасту! Уму непостижимо.

— Но я…

Мать приложила палец к ее губам:

— Тише. Бояться нечего. Он выберет Миэлин Ратрак. Твое участие — формальность, к тому же, довольно почетная. Когда вернешься, это откроет нам многие двери, принесет уважение. Даст вам обеим шансы на лучшую жизнь…

Привычный мир трещал по швам с каждым новым словом матери.

— Да, мама… — потрясенно вымолвила Ярнара, не в силах перечить матери и дому Йосомов, уже решивших все без ее согласия.

— Умница. Все закончится быстрее, чем ты успеешь моргнуть!

Но Ярнара чувствовала обратное — ее жизнь только начинала набирать обороты и кардинально меняться.

Йосомы улетели, как только официально объявили новость. Остаток дня прошел в настоящей суматохе: слуги сновали по поместью, вытаскивая платья из старых шкафов, перебирая украшения, чистя шелка и бархат. Спустя час после того, как на весь Хольмгард прогремела весть о кандитатке Ярнаре, в дом привезли старого семейного портного. Он ворчал, мерил, колол булавками и шипел про "невозможные сроки", но все же делал свою работу под пристальным взглядом барона Риндаля.

Ярнара стояла в центре большой и светлой комнаты и чувствовала себя не девушкой, а вещью, которую спешно приводят в порядок перед далеким и непонятным путем. Манекеном. Пустой оболочкой.

Мамины украшения — скромные в сравнении с сокровищами Великих Домов — вынесли в шкатулках. Для представления выбрали платье из мягкого голубого шелка с серебряной вышивкой по подолу. Простое и сдержанное настолько, чтобы не обидеть богатых и не посрамить Йосомов.

Портной ловко стягивал ткань, крепил застежки и ровнял складки. Отражение в зеркале казалось Ярнаре старше и строже в сравнении с тем, что она видела еще утром.

А вот сияющая Мойрана кружила вокруг сестры, вовсе не разделяя ее пессимизма:

— Ярнара! Подумай только! Мы едем на Ноктион! На планету Императора! Это же мечта! — она буквально парила над полом от восторга.

— Целый месяц в пути… Я ведь была за пределами Хольмгарда всего один раз, да и то на два дня…

— Не говори глупостей! Подумай о роскоши! О великолепии! Все Великие Дома будут там. И, возможно, сам Император! Это легендарное событие. Там творится история, а мы будем ее свидетелями!

Сестра захихикала и, как подобает этикету, прикрыла рот ладонью, будто уже находилась в высшем обществе:

— Бедная Луиза… Представляешь, как она взбесится, когда узнает, что я танцую с молодыми аристократами, пока она изнемогает от болезни в своей постели?

Ярнара отвела взгляд и ойкнула, когда портной случайно уколол ее булавкой и начал поспешно извиняться. Восторг сестры лишь усиливал ее внутреннюю тревогу.

Под вечер вся семья собралась за ужином, но без пафоса, гостей и лишних глаз. Атмосфера уюта и тепла сменилась всеобщей нервозностью.

Бьярндун срочно вызвал Грэхама домой. Брат хоть и приехал уставшим, но пытался по-своему поддержать Ярнару успокаивающей улыбкой.

Когда все заняли свои места за столом, Грэхам первым поднял бокал:

— За Ярнару! — произнес он короткий тост. — И помни: что бы ни случилось, твой дом и твое сердце всегда здесь. С нами, моя дорогая сестра.

Глаза Ярнары увлажнились накопившимися за день слезами. Искрец, сидевший у нее на коленях, тревожно поскуливал, когда она невольно сжимала его в объятиях слишком сильно.

После ужина, когда последние слуги разошлись по делам, Ярнара незаметно покинула свою комнату. Босиком она прошла по прохладным коридорам во двор и спустилась к своему любимому саду. В тени деревьев Ярнара простояла еще долго, вдыхая запах земли, цветов и свежести. Запах дома.

Над головой мерцали холодные звезды — прекрасные, далекие и такие недосягаемые. И оттого — еще более пугающие.

Завтра Ярнара покинет дом и поднимется на корабль, который увезет ее в самое сердце Империи. Ей предстоит долгий путь через пустоту космоса, целый месяц среди звезд и планет… Мысль об этом казалась пугающе нереальной.

Ярнара закрыла глаза, наслаждаясь остатками покоя и безмятежности, которые царили в спящем саду.

А утром, когда необычайно мягкий рассвет лег на холмы Хольмгарда, на площадке ее уже ожидал корабль Дома Йосом.

Глава 3

Путь до Ноктиона казался бесконечным. Дни перетекали в ночи, ночи возвращались в дни — и все это тянулось среди черной пустоты за иллюминаторами их скромного по масштабам вселенной корабля. Ярнара с замиранием сердца смотрела, как за стеклом медленно проплывали холодные звезды. Далекие, равнодушные, будто не замечающие дрейфующих в железяке людей.

Лорд Йосом с супругой, разумеется, летели вместе с ними. Не из вежливости, а чтобы лично убедиться, что Риндали не опозорят их дом и сыграют отведенную роль правильно и четко.

Леди Фарина Йосом, суровая женщина с острыми чертами лица и еще более острым языком, не упускала ни одной возможности напомнить Ярнаре ее место:

— Ты не должна говорить, пока к тебе не обратятся, — обратилась она к Ярнаре как-то вечером, натянуто улыбнувшись. Эту улыбку легко можно было принять за неприязнь — ее раздражала наивность Ярнары и то, что на брачном рынке будет участвовать не ее собственная дочь. — Ты представляешь не только Дом Риндаль. Любая твоя ошибка отзовется на всех нас. И поверь, леди Ярнара, двор Ноктиона куда менее снисходителен, чем я.