Терри Блу – Замуж за герцога (страница 1)

Терри Блу

Замуж за герцога

Глава 1

Теплый солнечный свет мягко лился сквозь высокие арочные окна, наполняя комнату ровным золотистым сиянием. За стеклом возвышались купающиеся в утреннем свете зеленые холмы Хольмгарда.

Ярнара Риндаль, самая младшая дочь тихого и скромного Дома Риндаль, постепенно приходила в себя ото сна. Она моргнула от тепла, коснувшегося щек — ее разбудил влажный нос и маленькие настойчивые лапки раньше заглянувшего в комнату солнца. Этот способ пробуждения оказался куда эффективнее любого колокольного звона.

Искрец, ее крошечная собачка, с энтузиазмом вылизывал щеки и подбородок.

— Доброе утро, Искрец! — рассмеялась Ярнара и отбросила прядь волос с лица.

Песик радостно подпрыгивал по постели и вилял хвостом так бурно, будто в его мире не существовало ничего важнее момента, когда хозяйка наконец открыла глаза.

Ярнара потянулась, тонкая ткань ее хлопковой ночной сорочки тихо зашуршала при ленивых движениях. Мир за окнами жил своей неторопливой жизнью: где-то в саду перекликались птицы, а вдалеке глухо урчали двигатели поместья, просыпавшиеся вместе с остальным хозяйством. Никаких тревог, никаких вызовов, никакой спешки.

Жизнь на Хольмгарде почти никогда не знавала суеты.

Их дом, верный вассал правящего планетой Дома Йосом, обладал лишь призрачным, почти символическим оттенком власти. Он был старым, малым и скромным: местное баронство управляло землей и урожаем, а не судьбами звездных систем. Их долг был прост — хранить порядок и не заглядываться на чужие престолы.

Отец, барон Бьярндун Риндаль, повторял это почти ежедневно. Он ценил тишину отдаленной планеты куда больше, чем пороховую пыль галактической политики. Мать, баронесса Сигрид Риндаль, была его идеальным отражением — спокойная, мудрая, нашедшая счастье в жизни, где не нужно сражаться за каждую ступеньку вверх.

Ярнара, младшая из троих детей, выросла в атмосфере мягкости и умиротворения.

Старший брат, Грэхам, большую часть времени проводил вдали — на торговых постах и портах внешних провинций. Сестра, Мойрана, уже начинала входить в свет и появляться на балах и приемах при дворе Йосомов.

А жизнь Ярнары оставалась такой же безмятежной, какой была всегда — размеренной, наполненной тихими утрами, чтением книг в саду, неспешными чаепитиями с матерью и долгими прогулками с Искрецом.

И большего ей не требовалось.

День продолжился в своем обычном неторопливом ритме.

На столе уже был накрыт завтрак: теплый хлеб, яйца и бекон, садовые фрукты, мед, черный чай в изящных фарфоровых чашках. Ярнара, еще сонная, наблюдала за семейной идиллией, пока Искрец сладко сопел у ее ног. Отец, восседающий во главе стола, просматривал утренние сводки новостей на полупрозрачном даталисте, изредка что-то комментируя. Мать молча разливала чай.

Ярнара слушала вполуха. Куда важнее ей было незаметно просунуть под стол кусочек бекона. Искрец блаженно жмурился и отстукивал благодарность хвостом по полированному полу.

— Официально, — произнес отец, опуская лист. — Герцог Рэйгон Хеллвейн объявил о намерении жениться.

Чайник с кипятком в руках матери на мгновение замер. Она обменялась с мужем быстрым и выразительным взглядом.

— Значит, слухи подтвердились, — тихо сказала Сигрид, ставя чайник на поднос. — Скоро начнется выбор невесты.

Мойрана, до этого безмятежно ковырявшаяся ложкой в фруктовом салате, резко подняла голову. Глаза ее вспыхнули живым огоньком.

— О, я слышала об этом при дворе Йосомов! — заговорила она с едва сдерживаемым восторгом. — Говорят, леди Луиза Йосом обязательно будет предложена. Она в последние месяцы появляется на каждом приеме! Даже на бал у Дома Веларин ее приглашали, представляете? Две недели пути туда, ведь у Йосомов нет варп-кораблей! Веларины бы смеялись, если бы она опоздала.

Ярнара слушала с тихим изумлением, будто речь шла о чьей-то далекой судьбе, никак не связанной с ее миром. Варп-корабли, пролетающие за дни то, на что обычным флотам требовались недели, принадлежали Императору, Великим Домам и немногим обособленным богачам. Их семья могла только мечтать о подобной роскоши.

Мать тихо усмехнулась:

— Это не важно. Все знают, чем это закончится.

— Закончится… Чем? — робко спросила Ярнара.

Мойрана вспыхнула еще ярче:

— Принцессой Миэлин Ратрак, конечно! Об этом твердят годами. Единственная дочь Императора, самая прекрасная женщина в Галактике. И он… — она театрально приподняла брови. — Рэйгон Хеллвейн — глава Дома Хеллвейнов. Его серебряный ястреб видели на сотне полевых битв!

Сестра понизила голос так, будто рассказывала страшную сказку:

— Говорят, его флот способен бросить вызов самой Императорской Гвардии. А его солдаты не знают, что такое отступление. И что он пьет кровь животных, чтобы сохранять силу.

Ярнара непроизвольно ахнула, представив эту мрачную картину:

— Кровь?.. Пьет?!

— Люди любят приукрашивать, — весело отмахнулась Мойрана.

— Я бы остерегался повторять подобную чепуху на людях, — сказал отец сухо.

— Я лишь пересказываю то, что слышу на приемах, — невинно пожала плечами Мойрана. — Но все уверены: он и Миэлин Ратрак давно почти обручены. Она бывает на его личных турнирах, обедает с его родней. Дома Хеллвейн и Императорский связаны крепче змеиных узлов.

Мать задумчиво сложила руки на столе, ее взгляд стал глубже и внимательнее:

— Политическим союзам неведомы чувства. Если брак до сих пор не заключен, значит, что-то еще обсуждают. Или кто-то… Сопротивляется.

Бьярндун аккуратно сложил даталист и отодвинул его в сторону.

— Но все это не наше дело, — сказал он с той твердостью, что не оставляла места для возражений. — Мы маленькое баронство и держимся подальше от их игр. Дом Йосом, возможно, и отправит свою кандидатуру, но мы, как всегда, останемся лишь простыми наблюдателями.

Ярнара опустила взгляд на тарелку, когда в животе что-то нервно дрогнуло. Она и сама не понимала, почему. Может, потому, что разговор касался больших и серьезных миров, о которых она знала лишь по обрывкам чужих разговоров? Или оттого, что в голосах родителей пробивалась тревога, которую тщательно скрывали за ровными интонациями?

В ногах Искрец тыкался холодным носом в кожу, полностью довольный житейской простотой происходящего. Его тихая и привычная безмятежность возвращала Ярнаре чувство спокойствия.

— А я все равно мечтала бы оказаться там, — выдохнула Мойрана почти неслышно.

Ее взгляд стал далеким и мечтательным, а ложечка в чашке медленно описывала круги, словно размешивала не чай, а будущие грезы.

— В Императорском дворце… — продолжила она почти шепотом. — Говорят, залы Ноктиона сияют как звездное небо. Что стены там словно из кристаллизованного света, а в садах цветут растения со всей Галактики. Представляете? Хоть раз пройти по тем коридорам… Постоять на балконе, где Императрица Мирабель принимала корону. Даже не как невеста, просто как гостья…

Мойрана улыбнулась хрупкой и мечтательной улыбкой. В груди у нее жила еще одна маленькая личная надежда, которой она явно не собиралась делиться с окружающими.

Сестра всегда менялась, стоило заговорить о дворцах, балах и придворных интригах. В ней пробуждалась тяга к высоте, к золоту и блеску — ко всему тому, что Ярнара могла вообразить себе лишь смутно, как далекую и чуждую сказку.

Мать обратилась к замечтавшейся Мойране:

— Мечтам всегда есть место. Жизнь там не такая легкая, как тебе кажется. С высоты открывается красивый вид, но и падать оттуда куда больнее.

— Возможно, — согласилась Мойрана. — Но, может быть, вид того стоит?

Отец слегка откашлялся, расправляя салфетку — жест, которым он всегда завершал темы, которые считал неуместными для дальнейших обсуждений.

Разговор стих.

Ярнара взглянула на сестру — та делала вид, что спокойна, хотя глаза все еще искрились мечтами, которые невозможно было спрятать. Ярнара задумалась: каково это — постоянно двигаться вперед, стремиться в самый эпицентр великих событий?

Она не знала. Да и, если честно, не особо хотела знать.

Мысли о том, чтобы покинуть Хольмгард, казались ей столь же абсурдными и далекими, как полет к императорским звездам и планетам. Ярнара никогда об этом не грезила, не строила планов о других мирах. Ее будущее виделось простым и ясным: стать надежной правой рукой отца, заботиться о земле и людях, которые на ней живут.

Здесь, среди тихих холмов, где небо всегда слегка затянуто утренней дымкой, где сад пахнет растениями и свежестью, а жизнь идет ровно и неторопливо, она была в безопасности.

Что бы ни происходило там, в холодных золотых залах Императора или под серебряным взглядом ястреба Хеллвейнов, все это оставалось за гранью ее мира. Это не имело к ней никакого отношения.

Глава 2

В саду тонко пахло поздними розами. Ярнара сидела под деревом с аккуратно устроенной на коленях книгой. Искрец лежал рядом и мирно посапывал после их активных игр. Сложно было сосредоточиться на чтении, потому что после завтрака голова пухла от болтовни сестры.

Каждое утро за столом превращалось в сцену для Мойраны, которая с восторгом пересказывала сплетни со двора Йосомов. Она приносила все новые вести о брачном отборе и рассказывала о кандидатках, их красоте, происхождении, о роскошных приготовлениях по всей Системе.

А вчера Мойрана буквально светилась, когда объявляла, что леди Луиза Йосом, дочь правителя Хольмгарда, официально внесена в список претенденток. Сестра в который раз с энтузиазмом щебетала о невероятно долгих путешествиях без варп-кораблей. Для Ярнары и сама мысль о таком пути казалась почти невозможной. До Ноктиона, императорского мира, куда должен был прибыть весь брачный рынок из-за участия принцессы Миэлин Ратрак, дорога заняла бы почти месяц…