Тери Нова – Стальной призрак (страница 6)
Что-ж, мы с ван Алленом по крайней мере адепты одной религии.
– Передавай ему привет, – то, с каким смущением Авелин говорит об этом придурке, заставляет каждую кость в моем теле протестовать. Натягиваю капюшон ниже на голову и сердито шагаю дальше, не в силах развернуться. – Я ценю, что ты не устраиваешь из этого драму, – добавляет Авелин, теснее прижимаясь к боку подруги.
– Шутишь? Ты мне почти как сестра, будет здорово, если вы с Брэдли поженитесь, тогда у нас с тобой будет одна фамилия.
Мимолетный смешок растворяется в воздухе, когда Авелин качает головой.
– Ну не знаю, по-моему ты слишком торопишь события, мы ведь даже ни разу не были на свидании…
– И что? Отец уже все рассчитал, помяни мое слово, через полгода или год ты станешь будущей миссис ван Аллен!
Я рычу и стискиваю зубы так сильно, что они скрипят. Понимаю свою ошибку только когда Авелин вдруг останавливается, резко оглядываясь. Мне требуется доля секунды, чтобы нырнуть за живую изгородь.
– Ты слышала это? – ее голос звучит ближе, чем раньше, и тихие шаги сообщают о ее приближении. Любопытство Авелин Кинкейд порой пересиливает ее инстинкт самосохранения, она бесстрашна, и это одна из вещей, которые мне в ней нравятся.
– Да просто ветер играется с мусором, – отвечает Мэдисон. Забавно, именно так нас с братьями однажды назвал мэр Кинкейд – мусор.
– Хм, наверное, – Авелин удаляется, но бубнит себе под нос. – Или может быть призраки.
Я верю лишь в один вид призраков, они бесплотны и даже не имеют видимых очертаний. Проще говоря – это последствия принятых нами решений, преследующие и напоминающие о себе до конца жизни. Скелеты в наших шкафах, если угодно. Таких не прогонишь спиритическим сеансом, они живут в головах, терзают души, не дают спокойно заснуть…
– А что у тебя с этим Бёрком? – спрашивает Авелин. Услышав свою фамилию, я снова выхожу на тропу, продолжая преследование.
Далее Мэдисон начинает рассказывать свою запутанную историю взаимоотношений с моим братом, и я отключаюсь, поскольку эта тема меня совсем не волнует. Мой взгляд остается прикованным к Авелин все время, пока они гуляют по городу, заходят в кафе, чтобы перекусить и снова гуляют до самого позднего часа. Потом подруги расходятся в паре кварталов от домов друг от друга, и я тенью следую за Авелин, наслаждаясь тишиной и звуком ее тихих шагов.
Она подходит к дому, я жду под деревом через дорогу, пока она не войдет в калитку, отделяющую большой двухэтажный коттедж от остального мира. Дом мэра обнесен забором и увешан камерами, поэтому дальше я не иду. Не сегодня. Стою так, пока в ее комнате не зажигается свет, а потом ухожу, все еще чувствуя на губах вкус вишни.
Глава 4
В комнате пахнет свечами с корицей и чем-то, слабо напоминающим больницу. Мой взгляд невольно цепляется за тюбик антисептического крема для рук, лежащий на прикроватной тумбочке. Мэдди наносит его примерно каждые два часа, не считая тех раз, когда моет руки, тогда частота нанесений увеличивается. Это не новая особенность, понятия не имею, что стало причиной ее ОКР, но началось все еще в средней школе.
– Поверить не могу, что ты все это сохранила!
В моих руках коробка с некоторыми старыми вещами из нашего общего детства. Мы с Мэдди познакомились в кружке рукоделия мисс Лоуренс, уже тогда я была слишком повернута на рисовании, а Мэдисон просто перебирала любые занятия, лишь бы не умереть от скуки.
– Я надеялась продать что-нибудь на Ebay, когда ты станешь великой художницей, – иронично говорит Мэдди, захлопывая дверь спальни ногой. Она ставит поднос с закусками на пол перед нами и усаживается рядом, опираясь на спинку кровати, после чего тычет пальцем в верхний левый угол ежегодника. – Помнишь зануду Стива? Говорят, во время реконструкции Карли Грэхем заехала задницей ему по носу, когда спускалась с лестницы. Теперь они пара.
Перебираю в памяти знакомые имена и смеюсь.
– Судьбоносный поворот, ничего не скажешь.
Продолжаю изучать сокровища из коробки, пока Мэдди с упоением уплетает кусок пиццы, стараясь держать его лишь одной рукой. На ее коленях теперь мой скетчбук, и она слишком уважительна, чтобы пачкать страницы соусом песто.
– Ты уже поговорила с отцом о Уэйуорд Поинте?
Многолетний узел в моем животе затягивается туже, причиняя уже такую привычную боль. Изначально мне пришлось покинуть родные края для лечения в связи с обострением астмы, но спустя время отец вдруг ни с того, ни с сего решил, что Швейцария лучшее место для дальнейшей учебы. Первые пару лет мама противилась, а я не могла отделаться от мысли, что от меня просто избавились. Теперь, думаю, все мы просто привыкли.
Университет, который я рассматривала для перевода, находится в нескольких часах езды от дома, и папа с мамой, конечно же, не готовы к этому разговору. Если бы не отмена летних курсов, я бы вообще не приехала, и шанс поговорить вряд ли представился бы. Я надеялась, что целое лето в тесном кругу семьи приведет отца в чувства, тем более, что его план по объединению с ван Алленами не кажется мне ужасным и архаичным.
– Мне нужно еще немного времени, пока слишком рано сбрасывать на него эту бомбу.
Знаю, Мэдди волнуется, что теперь после долгого отсутствия я буду слишком не в своей тарелке, чтобы освоиться в городе и вообще войти в ритм, а возможный отказ папы причинит боль нам обеим. Мэдисон учится на втором курсе университета штата, чей кампус находится в часе езды от Айрон Риджа. Но там нет необходимого мне художественного факультета, поэтому я рассматриваю варианты чуть дальше от дома. Как только каникулы закончатся, мы с Мэдди опять разъедемся, вопрос лишь в том, как далеко я отправлюсь на этот раз.
– Я могла бы поехать в Швейцарию, – задумчиво говорит она. – Вдруг мне так понравится кампус, что я тоже решу перевестись.
– Не глупи! У нас целое лето, чтобы повлиять на отца.
Зная непостоянную натуру лучшей подруги, я просто опасаюсь, что она и впрямь решит ради меня оставить место, в котором уже успела обзавестись друзьями. Она легко заводит знакомства в новых компаниях, но обустройство быта и привыкание к новому месту сказалось на ней не лучшим образом. У Мэдди есть свои особенности, с которыми не каждый готов мириться, а пока что ее нынешняя соседка кажется довольно милой и терпеливой в этом плане, так что я спешу перевести тему, уводя разговор в другое русло.
– Лучше расскажи, как обстоят дела с оркестром? Флейта тебе подчинилась?
Мэдди ковыряет несуществующую грязь под ногтями, беззаботно откидывая голову назад.
– Мне стало скучно, теперь я вернулась к истокам и записалась в группу поддержки. Если помнишь, в школе я была хороша в танцах.
– О, я помню только, как таскала домашку и чипсы в больницу после твоего неудачного тройного сальто.
Одной из вещей, которую Мэдди решила освоить в попытке найти себя, стали танцы в группе поддержки. Все шло хорошо, пока она не солгала, что готова к большему. Парень, который должен был поймать Мэдди, слишком увлекся разглядыванием ее трусиков под крошечной юбкой. Оба они поняли, что ошиблись в партнере, когда Мэдисон уже летела головой вниз в жалком подобии переворота. После выписки она переключилась на игру в какой-то жуткой гаражной группе, и так далее. Некоторым людям просто не суждено выбрать что-то одно, особенно тем, кто убежден, что жизнь слишком коротка, чтобы утопать в бесконечной серой рутине.
– Может я давняя фанатка Игги Попа*
Бросив саркастичный комментарий, она с особым интересом перелистывает страницу за страницей, а мои щеки с каждым новым открывшимся эскизом все гуще краснеют. Ну да, возможно я немного увлеклась, пытаясь выловить из туманного пятна в своей памяти образ человека, растворившегося в толпе. Несколько дней подряд я пыталась вспомнить увиденное, рисуя отдельные детали и элементы одежды снова и снова. Все до единого наброски без лица, лишь несколько особо запомнившихся черт переданы достоверно. Остальное утеряно.
– Отдай это, – выдергиваю скетчбук из рук подруги, бросая его на двуспальную кровать за нашими спинами.
– Нет ничего плохого в том, чтобы в кого-то влюбиться, – поддразнивает Мэдди, толкая меня в плечо. – Брэд был бы расстроен, узнав, что именно сегодня ты ночуешь у нас.
Она думает, что я рисовала Брэда. Не удивительно, ведь китель Призрака был похож на тот, что носил ее брат, за исключением стальных вставок и ремней, закрепляющих доспехи на широких плечах. Но почему-то, даже несмотря на всех этих бабочек в животе, мне никогда не хотелось рисовать Брэда, кроме единственного портрета, подаренного на его день рождения.
Сегодня утром он вместе с отцом отправился в рабочую поездку. Мистер ван Аллен настаивал, чтобы Мэдди тоже поехала с ними, но она отказалась, ей разрешили остаться только при условии, что я приду на ночевку. Видимо, отец Мэдисон доверяет мне гораздо больше, чем собственной дочери, а при учете всех ее хулиганств я даже не могу его винить.