Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 89)
Когда узница и её конвоир подошли к реке, на берегу уже толпились люди. Это были испуганные пленники Великой Ся, закованные в кандалы по рукам и ногам. Тут же на троне, установленном прямо на земле, восседал Тан Тай Цзинь. Моросил мелкий дождик, и плечи императора покрывал широкий черный плащ с капюшоном. Он вальяжно расположился на высоком кресле, наблюдая, как смертные охотятся за монстрами.
Первый же мертвяк разорвал раба на части и жадно принялся грызть ещё кровоточащую плоть. Губы Тан Тай Цзиня растянулись в довольной улыбке, словно он увидел что-то приятное.
Су Су похолодела от омерзения. Нянь Му Нин, никак не отреагировав на происходящее, подвела пленницу прямо к императору. Тот, заметив Су Су, перестал улыбаться. Его тонкие пальцы смяли чёрный тонкий шёлк лунпао*, расшитого серебряной нитью. Тан Тай Цзинь всегда предпочитал цвет мрака. Он носит императорскую одежду, и все почитали его величеством, однако официальной коронации так и не было, словно ему это было неважно. Юный повелитель и без того делал, что пожелает: нападал на города и убивал мирных жителей без разбору. Обращаясь к СуСу он съехидничал:
— Такая жалость, что этот смертный погиб! Придумай способ, как управлять этой нечистью, услужи императору, а?
Девушка недоуменно посмотрела на него.
— Такого способа нет.
— Как печально, — притворно вздохнул Тан Тай Цзинь.
Пока они говорили, погибли ещё несколько рабов.
Су Су нахмурились и неохотно пояснила:
— Я сказала правду: управлять ими нельзя. Обычно на воскресших мертвецов действует персиковая древесина, кровь чёрной собаки или клейкий рис. Но эти не такие, обида, оживившая их, копилась на дне реки слишком долго.
Тан Тай Цзинь скучающе протянул:
— Так ли это?
Он смотрел на берег реки, где продолжали гибнуть люди. Обида, поглощённая воскресшими мертвецами, больше не распространялась, поэтому убитые ими не оживали. Пока трупы-демоны раздирали плоть пленных, Стражи Ночи организованно загоняли монстров в большую чёрную клеть, выкованную из сюаньского железа.
Тан Тай Цзинь был очень доволен.
— Как думаешь, долго продержится армия Сяо Линя?
Су Су не удостоила его даже взглядом.
Стоило ей попытаться растереть перетянутую веревкой руку, как последовал удар в спину и окрик от ее конвоира:
— Не шали!
Девушка прикусила губу. Больше всего на свете она ненавидела бессилие. Пятьсот лет назад она ничем не могла помочь погибающим от рук демонов бессмертным, а сегодня ее заставили любоваться тем, как монстры разрывают и пожирают беззащитных людей.
Она не знала сколько времени ушло на то, чтобы выловить из Мохэ всех мертвецов-демонов, когда Ян Цзи, пригнув голову из-за дождя, подбежал к императору и доложил:
— Поймали сорок два и один уплыл, ваше величество.
Брови Тан Тай Цзиня дрогнули.
— Как уплыл?
— Мохэ впадает в другую реку. Наверное, безмозглого мертвяка унесло течением, и он уже далеко.
Тан Тай Цзинь устало посмотрел на хмурое небо и проговорил:
— Ну, уплыл, так уплыл.
Новость взволновала Су Су. Она подумала: а вдруг, монстра поймали люди Сяо Линя? Они знали о намерении Тан Тай Цзиня использовать мертвецов в войне с Великой Ся. Возможно, им удастся придумать как одолеть этих тварей.
Тан Тай Цзинь заметил мелькнувшую в её глазах надежду и ухмыльнулся.
— Думаешь, Сяо Линь сможет что-то предпринять?
Су Су удивилась: муженёк читал её мысли.
А он зевнул и задумчиво протянул:
— Ну-ну, поглядим. — Потом окинул взглядом залитый кровью берег реки и вдруг спросил: — Тебе грустно смотреть на то, как умирают люди?
Су Су мрачно бросила: «псих», а он, закрыв глаза, залился смехом. В этот момент она пожалела, что не пнула его тогда посильнее. Лишись он своего мужского достоинства, так не веселился бы.
Судя по всему, Тан Тай Цзинь давно знал — никакого способа управлять гулями она не изобретёт. Он просто намеренно дразнил её. И притащил на этот берег только для того, чтобы она, увидев бессмысленную кровавую бойню, пала духом. Если бы Су Су бросилась умолять его пощадить пленников, это доставило бы юному императору несравненное удовольствие, но и её расстроенный вид его тоже вполне устроил. Она вздохнула. В конце концов всё, что бы она не предпринимала, идет её муженьку только на пользу. Довольный собой повелитель Чжоу, осуществив задуманное, отдал приказ к возвращению в город.
Из окна своей золочёной повозки он наблюдал, как Су Су мокнет под дождём. Сегодня она была бесполезна, и это её наказание. Нянь Му Нин шагала позади пленницы. Су Су обнимала себя руками. Её платье не впитывало воду. Капли дождя струйками скатывались по белому льдистому шёлку её юбки и хрустальными нитями путались в золотой вышивке. Нянь Му Нин заметила, как император смотрит на пленницу, и сердце её тоскливо сжалось. Она знала от брата, что на этой девушке принц-заложник был женат во время пребывания в Великой Ся. Мерзавка с юных лет издевалась над их повелителем, но по какой-то причине, он — такой жестокий, её до сих пор не убил.
Нянь Му Нин крепко сжала в руке свой меч, буровя взглядом хрупкую спину пленницы. Не такая уж она и красивая. К тому же она нисколько не сомневалась, рано или поздно император эту девушку убьёт.
Су Су выдержала испытание кровавой резней на берегу Мохэ. Гоу Ю мог быть спокоен: его хозяйка непоколебима в Дао. Сострадание не сломило её решительности, а сожаление о своем бессилии не разбило сердце. Она знала истинный путь к бессмертию и продолжила по нему идти.
Путешествие по миру смертных сделало её мудрее. Не удивительно, что именно её, такую юную, выбрали для этой сложной миссии. Будь она менее стойкой и сверши, поддавшись эмоциям, справедливое возмездие, в конечном итоге это привело бы к гибели всего сущего.
Тем временем, все мысли Су Су были забиты воскресшим мертвецами.
Гоу Ю успокоил её:
— Не убивайся так, моя госпожа. Верь в Сяо Линя, он мудрый человек. Позволь ему взять на себя часть твоей ноши, невозможно со всем справиться в одиночку.
Су Су согласилась:
— Ты прав.
В Троецарствие она не единственная, кто думает о благополучии этого мира. С мудростью Сяо Линя и волшебной кольчугой Е Бин Шан они справятся с любой напастью.
Дождь затянулся на несколько дней. Ночью разразилась страшная гроза. Погода была благоприятной для нападения, но обе армии — в Мохэ и в Юйчжоу стояли без движения. Дело было явно нечисто, в воздухе пахло заговором.
Выглянув в окно, Су Су обнаружила, что двор за ночь оказался украшен красными фонариками.
— Что происходит? — поинтересовалась она у своей тюремщицы, выглянув в окно. Та грубо ответила:
— Не твоё собачье дело.
Прислушавшись, она обнаружила, что к шелесту дождя примешались звуки струн и дудочек**. Во дворе было намного оживлённее, чем обычно. Поскольку происходящее походило на предпраздничную суету, для Су Су это ничего хорошего не сулило. Нянь Му Нин угрюмо смотрела в сторону переднего двора.
Внезапно девушка догадалась: сегодня день рождения его величества, и Ян Цзи с министрами готовят празднество. Зная тяжёлый нрав повелителя, каждый надеялся ему угодить и не попасть впросак. Ян Цзи в этот раз несказанно повезло: он организовал отлов мертвецов из реки самым наилучшим образом. И этот праздник перед грядущей войной должен был поднять боевой дух приближенных нового императора.
В Чжоу Го любили музыку, танцы и пение. Представляя, как должно быть весело на парадном дворе, Нянь Му Нин досадовала: ах, если бы не эта проклятая девка в домике, она тоже могла бы сейчас присоединиться к празднованию и вдоволь налюбоваться его величеством.
Су Су взаперти тоже было скучно. Её тюремщица отличалась суровым нравом и разговорить её можно было только сказав о Тан Тай Цзине какую-нибудь колкость, но и то всего на пару слов.
За неимением новостей, она уселась в позе лотоса и предалась медитации. Хотя тело, в котором она оказалась, не имело бессмертной первоосновы, с лепестком Отрешения от мира духовная практика всё равно приносила немалую пользу.
Музыка извне перестала проникать в её сознание.
Нянь Му Нин тоскливо наблюдала, как под карнизом снуют туда-сюда муравьи, и надеялась, что сегодняшний вечер пройдёт без происшествий.
Неожиданно в сумерках один за другим зажглись фонари и вдали появилась черная колесница с вырезанной на ней девятиглавой птицей, гремя колесами по каменным плитам, она проехала еще немного и остановилась. Сидящий внутри юный император, румяный от хмеля, пристально вглядывался в сумерки двора.
Нянь Му Нин плотно сжала губы. Она вдруг вспомнила, что в день совершеннолетия, королевские особы Чжоу Го проходят особый обряд инициации.
Глава 51: «Месть»
Обряд инициации королевских особ Чжоу Го всегда казался Нянь Му Нин безнравственным. Народ И Юэ, к которому она принадлежала, придерживался куда более консервативных нравов. Конвоир Су Су неосознанно нахмурила брови и с едва сдерживаемым неодобрением уставилась на юного императора в повозке с девятиглавой птицей. Тот, наконец, приподнял подол своего лунпао и спустился на мощёную камнями дорожку. Евнух побежал рядом, услужливо отводя от повелителя мокрые ветки деревьев, в изобилии растущих во дворе. Нянь Му Нин застыла в поклоне.
От юноши едва ощутимо пахло вином. Его роскошное чёрное лунпао сливалось с мраком ночи, а лицо в темноте казалось неестественно белым с почти черными от прилившей крови губами. У двери в темницу, он замедлил шаг, будто усомнившись в своих намерениях. Главный евнух, будучи опытным царедворцем, почувствовал растерянность господина. Он уже успел изучить манеры нового императора и поспешил предвосхитить его вопрос: