TBL – Осколки Тепла (страница 11)

Торрен поднял глаза поверх очков. Взгляд был пустым и тяжёлым.

— Если мы усилим продувку, мы разнесем «заражение» по всему городу. Такова будет официальная версия. Мы вынуждены перекрыть краны, чтобы спасти остальных. Мы запираем их с «отравленным» воздухом ради общего блага.

Капитан побледнел. Он понял. Это была ложь, которая убивала сразу двух зайцев: оправдывала холод и делала героев виновниками катастрофы.

— Температура упадёт за пару часов, — продолжил Торрен. — Чаны с химикатами остынут. Печи погаснут. Весь «тепловой шум», который мешает Гончим, исчезнет. Квартал станет ледяной пустыней. И тогда... тогда любые два тёплых тела будут сиять на радарах, как звёзды.

Он подписал указ. Росчерк вышел витиеватым, изящным.

— Назначить награду. Опиши Маркуса и Шута. Скажи, что они — террористы, сломавшие фильтры. Что из-за них дети кашляют кровью. Натрави город на них. Холод делает людей сговорчивыми, капитан. Когда у тебя мёрзнут пальцы, ты укажешь ими на любого, лишь бы согреться.

Он протянул бумагу капитану.

— И найди мне Стеклянного. Если он жив — он мне нужен. Если мёртв — мне нужны его осколки. Изольда не простит, если мы потеряем столько... материала.

Капитан взял приказ, отдал честь и вышел.

Торрен остался один.

Тишина вернулась, но теперь в ней что-то изменилось. Он посмотрел на свои руки. Они не дрожали. Профессиональное качество казначея: руки не должны дрожать, когда считаешь убытки.

Но внутри, под рёбрами, разрастался ледяной ком.

Изольда дала ему три дня.

Один день прошёл.

Маркус жив. Йорис жив.

А в подвалах дворца, в огромном яйце из Живого Стекла, ворочалось нечто, что хотело жрать.

Торрен подошёл к сейфу, спрятанному за панелью. Набрал комбинацию. Внутри лежало не золото, не векселя. Там лежал маленький чёрный револьвер и одна ампула с мутной, светящейся жидкостью. Яд, мгновенно кристаллизующий кровь. Милосердная смерть по сравнению с тем, что сделает с ним Королева.

Он коснулся ампулы, просто чтобы убедиться, что выход есть.

Затем захлопнул сейф.

— Охота продолжается, — сказал он тишине.

И тишина, кажется, согласилась.

Через час дворец дрогнул.

Это было едва заметно: лёгкая вибрация в полу, звон хрусталя в серванте. Сработала гидравлика внешних шлюзов. Огромные заслонки, отделяющие Квартал Мастеров от остального города, начали опускаться.

Торрен стоял у окна, глядя вниз, в серую бездну атриума. Он не видел самих ворот — их скрывали слои смога и труб, — но видел, как меняется свет. Янтарные огни жилых секторов начали мигать и гаснуть.

Карантин. Слово, от которого веет известью и братскими могилами.

— Эффективно, — пробормотал он.

В дверь не постучали. Она просто открылась с тяжёлым, влажным вздохом пневматики.

На пороге стоял Главный Мастер Гильдии Стеклодувов. На нём был тяжёлый асбестовый фартук; закопчённые защитные очки съехали на лоб. От него пахло серой и перегретым кварцем.

— Мы доставили его, милорд, — голос Мастера был глухим. — В Мастерскую Резонанса.

— Веди, — бросил Торрен.

Они спускались на служебном лифте. Чем глубже — тем холоднее становился воздух. Пахло озоном, электричеством и странной, сухой пылью. Это был запах кухни Империи — места, где власть паяли горелками.

Мастерская встретила их звуком. Не воем, а тонким, звенящим гулом, от которого вибрировали барабанные перепонки.

В центре зала, на массивном каменном столе, лежало Оно.

Стеклянный Человек изменился.

Падение в канализацию и взрыв газа не прошли бесследно. Его тело — совершенная анатомическая копия человека, выполненная из матового стекла, — было покрыто сетью глубоких трещин. Левый бок, принявший удар, помутнел и почернел от копоти. Несколько рёбер отсутствовали, открывая пустоту внутри, где тускло, рывками пульсировал белый свет.

Двое подмастерьев осторожно обрабатывали трещины газовыми горелками. Синее пламя лизало стекло, заставляя края растрескавшихся пластин плавиться и смыкаться, но процесс шёл медленно.

Правая рука, повреждённая Маркусом, не зажила — она выросла в новую форму. Вместо кисти теперь тянулось длинное гранёное острие. Прозрачное, смертоносное копьё.

Торрен остановился в безопасной зоне, за линией из медной стружки на полу.

— Состояние? — спросил он.

— Структурная целостность — около сорока процентов, — ответил Мастер, не глядя на него. — Внутренний источник нестабилен. Он теряет светимость. Вибрация корпуса зашкаливает. Ему нужен покой и подзарядка в Колыбели, иначе он рассыплется в песок.

Существо на столе повернуло голову. Лица у него по-прежнему не было — только гладкий овал. Но там, где должны быть глаза, вспыхнули две белые точки. Яркие, злые звёзды.

Торрен почувствовал на себе взгляд. Не физический — ментальный. Тяжёлый пресс на лобные доли.

*Где... они?*

Голос прозвучал не в комнате. Он взорвался прямо в черепе — сухой, болезненный резонанс, похожий на скрежет алмаза по зеркалу. Торрен поморщился, поднося руку к виску. Из носа потекла кровь.

— Они ушли, — сказал он вслух, вытирая кровь платком. — Ты упустил их.

Стеклянный Человек издал звук — не ртом, а всем телом. Тонкий, высокий звон, как лопающаяся струна. Подмастерья с горелками отшатнулись, зажимая уши.

В голове Торрена вспыхнула чужая память. Картинка была чёткой, безэмоциональной, как запись с камеры.

Темнота трубы. Две тепловые сигнатуры. Удар. Вспышка структурной боли, когда металл раскалывает кристалл. Лицо техника в очках, заносящего гаечный ключ.

Торрен пошатнулся. Картинка была слишком яркой. Он видел Маркуса глазами монстра.

— Да, я вижу, — прохрипел он, выравнивая дыхание. — Инженер с ржавым ключом и безумный шут. Они разбили тебя, как дешёвую вазу.

Свет внутри груди существа вспыхнул яростным, ослепительным белым.

*Я... найду... След... Я помню частоту их тепла. Оно... яркое.*

Мысли Стеклянного резали мозг, как осколки.

— Не найдёшь, — отрезал Торрен, подходя к черте. — Сейчас там слишком много тепла. Ты ослепнешь. Но я меняю правила игры.

Он наклонился вперёд, глядя в пустую, сияющую маску.

— Я отключил город. Через три часа Квартал Мастеров остынет. Дубильни встанут, люди спрячутся под одеяла. Фон исчезнет. И тогда они станут видны.

*Ждать?* — в ментальном голосе монстра звучал скрежет голода.

— Нет. Охотиться. Твоя задача — загнать их. Сделай так, чтобы они боялись остановиться. Чтобы они сжигали калории, чтобы грелись. Пусть бегут. А когда мороз сделает своё дело, люди сами принесут их тебе на блюде.

Торрен выпрямился.

— Шут мне нужен целым. Инженер... по возможности. Но если он будет сопротивляться — отруби ему ноги, но голову оставь. Мне нужен его мозг.

*Питание... Мне нужно... тепло...*

— Получишь, — кивнул Торрен. — Весь Квартал Мастеров — твой шведский стол. Ешь любого, кто встанет на пути. Но приведи мне этих двоих.

Он развернулся к Мастеру-стеклодуву.

— Выпускайте его в вентиляцию сектора Д. Прямо сейчас.

— Милорд, — прошептал Мастер, глядя на вибрирующее тело на столе. — Он же... он же просто перебьет там всех.