Татьяна Тэя – Измена. Всё начинается со лжи (страница 34)

Холодок пробегает по спине.

– Мама?

– Ну что стоишь, – мама смотрит мне прямо в глаза с укоризной. – Проходи. И вы проходите, – смерив Ваню презрительным взглядом, отступает в сторону.

На лице матери разочарование, в голосе лёд и камень.

По привычке хочу обнять её и делаю это, но мама стоит, как изваяние, как мраморная скульптура, лишь слегка похлопывает меня по плечу, словно намекает: отстань.

– Мама, я ведь предупредила, что буду с утра. У нас колесо пробило, да? – поворачиваюсь к Ленскому.

– Да. Совершенно случайно и непредсказуемо. Поэтому было принято решение не ехать в ночь по опасной трассе, а подождать утра.

– Кем было принято? – бросает мама.

– Мной, – Ваня ей улыбается, словно не замечает подозрительного к себе отношения.

Но это не моя мама. Она не такая. И хмурый отец, вышедший из гостиной нам навстречу, тоже не походит на себя обычного. Что-то случилось?

– Что случилось? – спрашиваю их.

– Вот ты нам сейчас это и расскажешь, – отец переводит взгляд на Ваню. – Или вы.

Мне стыдно. Нет, не за то, что произошло этой ночью между мной и Ленским. А стыдно, что мои родные накинулись с порога на незнакомого человека. Он ведь в принципе приехал нам помочь.

Ну а то, что случилось ночью… это всего лишь стечение обстоятельств. Рано или поздно, это бы всё равно произошло, я в этом сейчас абсолютно уверена.

– Где Рита? – спрашиваю, не желая, чтобы дочка была свидетелем разговора.

Она ещё маленькая, слов и смысла не поймёт, но эмоции уловит на сто процентов. Плакать будет, нервничать.

– Заснула. У неё первый сон, – поясняет мама, потом вздыхает. – Проходите уж.

Уж? А если не уж, то что? Не проходить?

Прикусываю губу, чтобы не взболтнуть лишнего и не накалять обстановку.

– Саша звонил? – скидывая сапоги, аккуратно интересуюсь.

– Тамара Владимировна звонила. Много интересного сообщила. Что ж ты нам сама не сказала, что вы с Сашей разводитесь?

– Я хотела при личной встрече, не по телефону. Вот. Сегодня как раз собиралась.

– Да, как-то странно узнавать это от сватьи, – подаёт голос папа. – И то, что у тебя мужчина новый тоже странно от неё узнавать.

– И ребёнок не от Саши, – добивает мама последней фразой.

Внутри меня всё леденеет. Хочется схватиться за сердце, но вместо этого я упираюсь спиной в стену. Мне нужна опора. Или рухну на пол. Под ноги родным. А они ещё, наверное, пробегутся туда-сюда по мне пару раз в целях профилактики.

Ну Тамара Владимировна! Ну змея!

Всё выложила. Всё, чтоб ей неповадно было.

Укоризненные лица отца и матери кружатся в хороводе перед глазами. И почву под ногами мне удаётся обрести только благодаря надёжной руке Ленского, подхватившего меня под локоть.

Я ищу в ком-то опору, но нахожу только в нём.

Смотрю на Ваню с благодарностью. На его спокойном лице обещание, что всё будет хорошо.

– Вам, наверное, лучше без меня поговорить. Насчёт твоего развода и… других обстоятельств. Когда обсудите, я присоединюсь, – тактично предлагает он.

Сжимаю его руку, прежде чем ответить.

– Можно, сначала тебя на пару слов? Наедине, – добавляю шёпотом.

Я могу ошибаться, я могу что-то делать неправильно, но молчать… молчать становится всё сложнее. Потому что дальнейшее игнорирование проблемы – это путь в никуда.

– Конечно.

Ваня переводит взгляд на моих родных. Они застыли, как изваяния, смотрят на нас. Всем телом ощущаю исходящие от них волны негатива.

Но Ленский снимает отрицательный эффект ровным тоном и спокойствием.

– Добрый день. Меня зовут Иван. Да, мы не так давно познакомились с Алей, но это ведь неважно. Але нужна была помощь, я оказался рядом. Аля сказала, что вы никак не можете продать комнату, у меня есть покупатель на всю квартиру. У меня нет никаких скрытых мотивов, только искреннее желание помочь Але.

Я жду, что Ваня что-то ещё добавит, но он молчит.

И всё?

А ты что ждала? Признание в вечной любви и искренних чувствах. Предложение руки и сердца? Нет уж… довольствуйся тем, что скрытых мотивов не имеется.

– Искреннее желание помочь, – фыркает отец. – Знаю я эти искренние желания. Сам молодым был.

Ленский это пропускает мимо ушей. И я тоже. Провокации к добру не приведут.

Если бы не сама ситуация, я бы всё высказала своему обычно тактичному папе.

– Идите на кухню, я сейчас подойду, – прошу родных, а сама увожу Ваню в гостиную.

Тихонько прикрываю двустворчатые двери со стеклянными вставками и выдыхаю напряжение.

– Садись, пожалуйста, – киваю на диван. – И извини, пожалуйста. Они у меня хорошие. Обычно.

– Конечно, хорошие. За тебя переживают просто. Я всё понимаю.

– Нет, ты не понимаешь, – отрицательно мотаю головой. – Тут так всё сложно.

– Что именно? – Ваня вопросительно поднимает брови.

А я начинаю выхаживать из угла в угол, ощущая, как стремительно натягиваются нервы. Дайте смычок, на них можно сыграть партию для виолончели.

Тру лицо ладонями, это немного бодрит.

– Ты давно работаешь в компании, где… работаешь? – начинаю издалека.

– Да года три как.

Ленский хмурится, не понимая, куда клоню.

– А на корпоративы часто ездишь?

– Случается… – в его голосе ещё больше подозрения.

А я давлю нервный смешок. Думая, что моё признание больше напоминает какой-то идиотский анекдот.

– В тот вечер, когда мы познакомились… вернее, встретились. – Технически так и есть, ведь познакомились мы двумя годами ранее. – В тот вечер ты шёл в гости к моему мужу. Это не вопрос, если что. А я от него съезжала с вещами, которые он любезно распихал по мусорным пакетам.

Ваня ждёт продолжения, молчит, не понимая, видимо, в чём взаимосвязь.

– Ну… тебе нечего сказать? – нервно спрашиваю, потому что ещё не придумала, как сообщу ему о самом главном.

– Что сказать? Значит, твой муж – это Саша? Я, кажется, понял. Что ж… могу лишь отметить, что не знал, что у меня в коллегах ходит такой моральный урод. Чтобы между вами не произошло, выкидывать тебя с ребёнком на улицу, даже если считает, что он не его, он никакого морального права не имел. Вы всё-таки ещё семья.

Меня начинает потряхивать. Ваня услышал самое главное из речи моей мамы, что ребёнок у меня не от мужа.

Ну вот, отличный шанс сказать ему: «Он от тебя». Но, чёрт, это же нереально произнести!

– Аля, что с тобой? – Ваня поднимается, потому что замечает, что меня начинает колотить дрожь.