Татьяна Пугачева – Зигзаги судьбы (страница 4)

Глава 4. В царстве белой тишины

Снегоход послушно нес Игоря по зимнему лесу, легко преодолевая сугробы и буреломы. Двигатель работал ровно, гусеницы уверенно цеплялись за снег, и у Игоря было ощущение полного контроля над ситуацией. Техника XXI века против древней тайги – исход казался предрешенным.

Лес встречал его торжественной тишиной. Огромные ели стояли, как заколдованные великаны, укутанные в белые мантии. Березы склонились под тяжестью снега, образуя живописные арки над тропой. Воздух был кристально чистым, каждый вдох обжигал легкие приятным холодом.

Игорь остановился на небольшой поляне и выключил двигатель. Тишина обрушилась на него, как волна. Такой абсолютной тишины он не слышал… да никогда, пожалуй. В городе всегда есть фоновый шум – машины, люди, техника. Здесь же царило безмолвие, которое можно было потрогать руками.

Он снял шлем, достал термос с кофе. Горячий напиток показался необыкновенно вкусным. Игорь оглядел окружающий пейзаж и почувствовал что-то похожее на благоговение. Красота была дикой, первозданной, нетронутой человеком. Именно такой он помнил тайгу из детства – загадочной и величественной.

GPS показывал, что он отъехал от заимки на четыре километра. Вполне разумное расстояние – близко к дому, но уже в настоящем лесу. Игорь достал ружье, проверил заряд, повесил оружие на плечо. Теперь можно было приступать к охоте.

След рябчика он нашел уже через полчаса. Характерные крестики на снегу вели к густому ельнику. Игорь осторожно пошел по следу, стараясь не шуметь. Навыки возвращались постепенно – он вспоминал, как ставить ноги, чтобы снег не скрипел, как правильно держать ружье, как читать лесные знаки.

Рябчик оказался хитрецом. След петлял между деревьев, то появляясь на открытых местах, то теряясь в зарослях. Игорь шел за ним почти час, увлекшись охотой настолько, что не заметил, как далеко углубился в лес.

Птицу он так и не увидел – видимо, рябчик учуял опасность и улетел. Но Игорь не расстроился. Сам процесс охоты доставлял ему огромное удовольствие. Он снова чувствовал себя частью природы, а не посторонним наблюдателем.

Когда он вернулся на поляну к снегоходу, солнце стояло уже высоко. По расчетам Игоря, прошло около двух часов. Пора было искать более серьезную дичь.

На GPS он отметил точку стоянки и поехал дальше, в глубь леса. Дедовы предупреждения казались теперь излишней перестраховкой. Погода стояла тихая, снег падал медленно и лениво, техника работала безупречно. Что может случиться в такой спокойный день?

Еще через час он наткнулся на лосиный след. Огромные отпечатки копыт на снегу не оставляли сомнений – где-то рядом бродил матерый бык. Игорь почувствовал, как участилось сердцебиение. Лось – это настоящий трофей, об этом будет что рассказать в городе.

След был свежим, не больше часа давности. Лось шел не торопясь, часто останавливался, объедал кору с молодых осин. Игорь пошел по следу пешком, оставив снегоход на тропе.

Лес здесь был гуще, ели росли плотной стеной. Снег лежал ровным покровом, нетронутый ничьими следами, кроме лосиных. Игорь чувствовал себя первопроходцем, открывающим новые земли.

Лося он увидел на небольшой поляне среди берез. Огромный бык стоял боком, задрав голову с ветвистыми рогами, внимательно прислушивался. Расстояние было метров восемьдесят – вполне подходящее для выстрела.

Игорь медленно поднял ружье, прицелился. Лось был великолепен – мощный, статный, настоящий хозяин леса. В прицеле отчетливо виднелась грудь зверя, чуть позади лопатки – туда нужно было целить для верного выстрела.

Палец лег на спусковой крючок…

И тут лось повернул голову и посмотрел прямо на охотника. В темных глазах зверя было что-то почти человеческое – мудрость, достоинство, спокойное принятие судьбы. Лось не убегал, не пытался спрятаться. Он просто стоял и смотрел, словно говорил: "Ну что ж, человек, решай".

Игорь замер с ружьем у плеча. Что-то внутри него дрогнуло, какая-то струна, о существовании которой он и не подозревал. Лось был так прекрасен, так гармонично вписывался в окружающий пейзаж, что убить его показалось… кощунством.

Несколько секунд человек и зверь стояли друг против друга, не отрывая глаз. Затем Игорь медленно опустил ружье. Лось замер, словно проверяя обстановку, и, убедившись, что опасности нет, спокойно развернулся и скрылся в чаще леса.

Игорь остался стоять на поляне, не понимая, что только что произошло. В городе он без сомнений подписывал документы о вырубке лесов для новых микрорайонов, покупал меха и кожу, ел мясо, не задумываясь о его происхождении. А здесь не смог выстрелить в лося. Почему?

Может быть, дело было в том, что здесь, в лесу, смерть воспринималась по-другому? В городе она была абстрактной, отдаленной. Здесь – конкретной и осязаемой. Здесь каждая жизнь имела вес.

Игорь вернулся к снегоходу задумчивый и слегка растерянный. Часы показывали половину двенадцатого. Пора было возвращаться – он обещал деду быть дома к обеду.

Но когда он завел мотор и собрался ехать обратно, заметил еще один след – волчий. Крупный отпечаток лапы отчетливо проступал на свежем снегу всего в десяти метрах от тропы.

Игорь заглушил двигатель и подошел поближе. След был огромным – лапа размером с его ладонь. Дед говорил о матером вожаке, и, судя по размеру отпечатка, это был именно он.

Любопытство победило осторожность. Игорь пошел по волчьему следу, держа ружье наготове. Волк – это уже совсем другое дело. Это хищник, прирожденный убийца. Встреча с ним была бы настоящим приключением.

След петлял между деревьев, временами теряясь в густых зарослях, потом появляясь снова. Волк явно никуда не торопился, шел размеренным шагом, иногда останавливался – видимо, принюхивался.

Игорь шел по следу уже полчаса, когда заметил, что снег стал падать гуще. Хлопья стали крупнее, ветер чуть усилился. Но до настоящей непогоды было еще далеко – так, обычный снегопад.

Он взглянул на GPS. От снегохода он отошел почти на километр, петляя по волчьему следу. Пора было возвращаться, иначе дед будет волноваться.

Игорь развернулся и пошел обратно по своим следам. Но через несколько минут понял, что что-то не так. Его собственные следы куда-то пропали, засыпанные свежим снегом. А вокруг были одни деревья, очень похожие друг на друга.

Он не паниковал – в кармане лежал GPS, который точно показывал направление к снегоходу. Игорь включил навигатор и пошел по указанному маршруту. Но через десять минут понял, что идет по кругу – он уже видел эту сломанную березу.

Странно. GPS никогда его не подводил. Игорь остановился, внимательно изучил показания прибора. Все вроде бы правильно – координаты, направление, расстояние. Но почему тогда он ходит по кругу?

Снег усиливался. Ветер крепчал, завывая в еловых кронах. Дедовы предостережения уже не казались такими безосновательными.

Игорь ускорил шаг. Нужно было быстрее добраться до снегохода и уехать домой. Погода явно ухудшалась, а заблудиться в лесу во время метели – сомнительное удовольствие.

Он шел уже час, когда между деревьями мелькнуло что-то темное. Снегоход! Игорь почти побежал, но через несколько шагов замер.

Перед ним зияла черная дыра в земле – старая заброшенная шахта или штольня. А его снегоход стоял на противоположной стороне провала, в тридцати метрах от него.

Игорь подошел к краю обрыва и посмотрел вниз. Глубина была около пяти-шести метров, стены – из замерзшей земли и камня. На дне виднелись старые доски и ржавое железо, остатки каких-то конструкций.

Обойти провал оказалось несложно: по краю шла узкая тропа. Игорь осторожно шел по ней, держась за кусты. Снегоход был совсем близко, всего несколько метров…

Вдруг доска под ногой предательски хрустнула и обломилась.

Игорь успел только вскрикнуть, прежде чем полететь вниз, в черную пасть заброшенной штольни. Последнее, что он помнил, прежде чем потерять сознание от боли, – это хруст собственных костей и мысль о том, что дед был прав.

А наверху снег продолжал падать все гуще, а в лесу протяжно завыл волк – то ли от голода, то ли почувствовав запах человеческой крови.

Глава 5. Ловушка времени

Игорь пришел в сознание от пронзительной боли в правой ноге. Сначала не мог понять, где находится – вокруг была полутьма, пахло сыростью и гнилым деревом. Потом память вернулась резким, болезненным толчком: провал, хруст досок, падение…

Он лежал на спине среди обломков старых конструкций. Сверху, словно из другого мира, сквозь неровные края провала просвечивало серое небо. Снежинки медленно падали вниз, некоторые долетали до самого дна и таяли на его лице.

Игорь попытался пошевелиться и застонал от боли. Правая нога была явно сломана – он чувствовал это каждой клеточкой тела. Острая, режущая боль пронизывала голень, а попытка согнуть ногу в колене вызывала такую агонию, что перед глазами заплясали красные круги.

– Спокойно, – прошептал он сам себе. – Спокойно. Паника – худший враг.

Он осторожно ощупал себя, проверяя на предмет других повреждений. Левая нога была цела, руки тоже, голова болела, но, кажется, серьезного сотрясения не было. Только правая голень… По ощущениям, закрытый перелом, возможно, со смещением. В больнице это лечится, но здесь, на дне заброшенной штольни…

Игорь с трудом сел, опираясь спиной на земляную стену. Осмотрелся внимательнее. Штольня была неглубокой, метров пять-шесть, но стены были почти отвесными. Когда-то здесь добывали что-то – может, золото, а может, простую руду. Теперь старая выработка превратилась в ловушку.