Татьяна Панина – Время снимать маски (страница 56)

Пятая пуля прошла мимо двери. Шестая врезалась в замок и вышибла его. Купер посмотрел на своих, подняв бровь.

– Главное, друзья, найти подход.

Он аккуратно толкнул дверь и заглянул в помещение. В дальнем углу полнотелый мужчина с покрасневшей от выпивки физиономией судорожно перезаряжал револьвер. Патроны выпадали из трясущихся рук, но подбирать их было некогда. Тогда он щелкнул не до конца заполненным барабаном и попытался вскинуть руку. Однако Купер был уже на месте, перехватил оружие, и толстяк вскрикнул от боли в резко выкрученном запястье.

Когда табачника приволокли к таверне, он уже не отбивался, только на крыльце снова уперся подошвами грязных сапог, как будто надеялся на последний шанс. В следующую минуту он уже стоял на четвереньках перед губернаторским столом и злобно косился в сторону своих стражников.

– В чем дело? – задал вопрос Клиффорд, нахмурив седые брови. – Чего ради вы устроили перестрелку в центре города?

Табачник облизал губы. По его пьяному лицу Купер отчетливо видел, как лихорадочно проносились в пустой голове обрывки мыслей и как безуспешно он пытался выловить хотя бы одну из них. Видел это и Шутер, появившийся за спиной.

– Никакой перестрелки не было, сэр, – ответил за арестованного Купер. – Просто хозяин лавки придумал новый способ отпирания дверей. Он делает это, не вставая со стула.

– Надо было прикончить тебя п-первым, шутник, – прошипел тот и попробовал подняться, но его закачало так, что пришлось сесть обратно на пол.

Губернатор бросил на него возмущенный взгляд и грозно произнес:

– Признавайтесь, в кого вы стреляли?!

Арестованный оживился. Уголок его рта пополз вверх. Блестящими глазами он отыскал свою цель, а когда нашел, идиотская улыбка быстро сползла с влажного лица.

Губернатор проследил за его взглядом. Шутер. Стрелок держался так, словно речь шла не о нем, а каком-то другом человеке: левая рука покоилась в кармане, а правая крутила незажженную сигару. Спокойно, но холодно он наблюдал за участниками процесса. Клиффорд приподнялся на стуле.

– Убить Генри Бланко?! Зачем?!

Голоса затихли, все ждали ответа. Духота стояла такая, какой не было здесь даже в самый разгар пьяного веселья. В открытые окна влетал слабый ветерок и растворялся в воздухе, не успевая добраться и до середины зала. Губернатор ждал, забыв про лист бумаги, которым обмахивался минутой позже, виски блестели от пота, но глаза были живыми и внимательными. Шериф сидел неподалеку, бросая исподлобья враждебные взгляды.

– Мое дело заг-гнивает, – начал толстяк и предпринял еще одну попытку встать на ноги, более успешную. – Да, мне нужны деньги. Я бы неплохо заработал…

– Да что мы слушаем этого пропойцу?! – вскинулся шериф. – Он же языком еле шевелит! Один дьявол знает, что может взбрести в его пьяную голову! – Прайс прикусил собственный язык и, стараясь взять себя в руки, уже тише добавил: – Извините, сэр, вся эта ситуация ужасно действует на нервы. Позвольте мне отдать приказ, и этого психа запрут в клетку.

– Не торопитесь, мистер Прайс, я еще не все услышал.

Шериф передернул плечами и сел.

– Итак, – губернатор снова обратился к арестованному: – Вы хотели заработать.

– Конечно, хотел! Много кто хотел, только они, трусы, и пальцем не пошевелили. Всучили мне бракованный револьвер…

В зале раздался смех. Шутер не сдержал улыбки. Купер затрясся в беззвучном хохоте.

– И все мои попытки провалились, – закончил тот.

– Кто назначил награду? – продолжил допрос губернатор.

– Шериф, конечно! Кто же еще? – Табачник повернулся к представителю закона. – Скажи ему, Прайс, ведь так и есть. Я всего лишь выполнял твое поручение.

– Что ты мелешь, идиот?!

– Ты же сам сказал…

– Ничего я не говорил, пьяная скотина!

– Гарет Прайс! – прервал их перепалку Томас Клиффорд и продолжил чуть дрогнувшим голосом: – Вы действительно объявили о награде за смерть Бланко?

– Сэр! – Шериф встал, поправляя воротник. – Вчера я рассказал вам обо всем, что творили здесь ночные крысы. О сборище монахов, предводителем которых был некий человек по имени Алькон. Естественно, я объявил его в розыск. То, что этот убийца оказался вашим знакомым, не избавляет его от ответственности за совершенные преступления!

Клиффорд перевел тяжелый взгляд на Шутера. Стрелок вышел из-за спины Купера, неспеша преодолел расстояние между ним и Прайсом и остановился, пристально всматриваясь в физиономию шерифа. Тот опустил глаза к поясу противника, заметив металлический блеск торчащего из кобуры револьвера, и как бы невзначай тронул пальцем собственное оружие.

– Преступления, – повторил за ним Шутер. – Какие?

– Губернатор знает, что я имею в виду, – ответил Прайс, стараясь сдерживать порывы злости.

– Скажи это мне, Гарет Прайс. – Он сунул сигару в зубы, зажег спичку, но ко рту не поднес. – У меня короткая память.

Огонек угрожающе шипел. Прайс смотрел на спичку. Шутер смотрел на Прайса. На Шутера смотрели все остальные. Нервно извиваясь, огонек добрался до пальцев и потух, встретив препятствие. Рука даже не дрогнула.

– Это все? – нарушил молчание стрелок, будто только что выслушав собеседника. Пальцы разжались и обугленная спичка полетела на пол. – Теперь моя очередь. – Он не отрывал глаз от шерифа, только опустил руку, опасно приблизив ее к оружию. – Ты солгал, назвав меня убийцей. Бог тебе судья. Но раз уж мы вспомнили о мертвецах… – Он вынул изо рта сигару и отправил в карман. – Позволь напомнить о тех, к чьим смертям ты приложил свои длинные руки. И если в тебе осталась хоть капля совести, ты не посмеешь отрицать свою вину перед лицом всех этих людей. – Шутер сделал паузу, заглядывая в самую глубь наполненных яростью глаз. – Начнем с курьера. Он увозил из города деньги, вырванные тобой из рук обедневших горожан.

– Это всего лишь налоги! – упрямо произнес шериф. – Я отправлял их с проверенным человеком, чтобы не ехать самому, – стойко отбился Прайс. – А потом ты его убил, подстроив несчастный случай.

– Бог свидетель, твой проверенный человек на ровном месте застрелил честного малого.

– Он защищался от грабителей!

Шутер усмехнулся.

– Пара солдат, нарвавшиеся на Ксавье и получившие пулю в сердце. Ты взял в помощники всю его банду и не только его.

– Вранье! Никого я не брал!

Стрелок повернулся к губернатору:

– Ксавье сейчас в тюрьме. Думаю, вам будет интересно узнать всю историю из первых уст.

Тот кивнул, а Шутер снова впился в шерифа.

– Больная женщина, лишенная помощи врача. Ты чуть не повесил его на глазах мальчишки.

Взгляд Прайса пробежался по лицам собравшихся людей. Сандерс, находившийся тут же, чуть повел плечом. Его глаза из-под очков прожигали шерифа ненавистью и жаждой справедливой мести. А тот продолжил отпираться:

– Он такой же бандит, как и…

– Я, – закончил за него стрелок и перешел к следующей жертве: – Бенито, погибший от рук твоего помощника.

– Старик напал первым! Люди видели это и то, как ты сам стрелял в офицера!

– Офицер выжил, – глухо сказал Шутер.

– Всего лишь везение!

– Да, – согласился стрелок. – Везение. К сожалению, другой человек оказался не таким везучим. Ему пришлось поймать сразу несколько пуль. Зачем ты его убил? Испугался кнута?

В глазах шерифа вспыхнул огонь. Он прошипел под нос тихое ругательство и с трудом заставил себя промолчать. Его порывало в эту минуту обратиться к губернатору с требованием поддержки, но он боялся, что, несмотря на объединяющую их – Клиффорда и Прайса – сторону закона, все-таки может увидеть в нем не заступника, а врага. Этот раунд был проигран. Однако шерифу не пришлось отвечать на дерзкий вопрос стрелка, потому что на крыльце вдруг раздался громкий топот солдатских сапог и в зал вошли люди.

Глава 54. Оуксвилл

Обстановка разрядилась благодаря приходу солдат, которые привели с собой пленников, все это время просидевших в тюрьме. Среди них оказался и Люк. Уставший после бессонной ночи и пешей дороги в город, он выглядел небрежно и помято. На нем все еще была надета старая ряса. На грубой ткани застыла грязь, а к рукаву пристала сухая трава. Эту ночь он провел, лежа на земле. Ксавье, нагло ухмыляясь, высокомерно оглядел зал и сплюнул на пол. Его не заботили темы разговоров. Бандит думал только о том, как проще и побыстрее отсюда сбежать.

Оставив на время разрешение возникшего конфликта, губернатор приступил к допросу пленников. Первыми отвечали два бывших солдата, по-прежнему считавшие себя сторонниками шерифа. Их уверения в преданности мистеру Прайсу и букве закона в целом не сильно заинтересовали Клиффорда, поэтому он быстро перешел к следующему человеку.

– В чем вы провинились, мистер?..

– Каррингтон, сэр, – вставил Люк и смело посмотрел в лицо губернатора, отчего тот вдруг дернул бровью. – На мне нет никакой вины.

– Почему же вы сидите за решеткой? – с ноткой удивления проговорил Клиффорд. – За что вас арестовали?

– Меня не арестовывали, сэр, но все же я оказался там против воли.

– Странные вещи вы говорите. – Губернатор вынул платок и провел им по лбу. – Может быть вы, мистер Прайс, объясните данное обстоятельство?

– Извините, но мне неизвестна причина, по которой он там оказался, – пробормотал тот, все еще отходя от обвинений, полученных в свой адрес.

– Еще как известна! – возразил Люк. – Если только у тебя не отшибло память!