Татьяна Осина – Дом с трещиной (страница 4)

Марина перевела взгляд на купольную камеру над стойкой.

— Монтаж, — повторила она. — А камера висит.

— Висит, — согласился Андрей. — Но запись могла не вестись.

— “Могла” или “не велась”? — Марина не дала ему спрятаться за неопределённость. — И где хранятся записи?

Андрей чуть дольше, чем нужно, задержал взгляд на Елене.

— Елена Сергеевна, давайте решать вопросы через официальные органы. Не надо превращать вашу трагедию в… — он подбирал слово, — …кампанию.

Елена вздрогнула, как от удара.

— Я слышала, что вы говорили охраннику, — выдавила она. — “Ни слова про трещины”.

Андрей замер. В эту секунду Марина увидела в нём не уверенного представителя, а человека, который не ожидал, что кто-то запомнит точную фразу.

— Вы ошиблись, — сказал он наконец, и улыбка стала тоньше. — В стрессовой ситуации люди слышат не то.

Марина шагнула ближе, так, чтобы Андрей понял: теперь он разговаривает не с вдовой, а с юристом, который будет резать его фразы на цитаты.

— Тогда вы не откажетесь повторить: трещины нет, угрозы нет, доступа на техэтаж нет, камер нет, ответственности нет, — перечислила Марина. — И подпишете это.

— Я ничего подписывать не буду, — резко сказал Андрей. — И вообще вы сейчас нарушаете порядок.

— Порядок чего? — Марина не подняла голос, но каждое слово стало тяжелее. — Вашей внутренней дисциплины или закона?

В этот момент двери лифта открылись, и из кабины вышел мужчина в серой куртке — тот самый, что сидел на лавочке. Он шёл уверенно, как человек, который “случайно” оказался в нужном месте. Марина отметила его обувь: на подошве налипшая влажная штукатурка, свежая, сегодняшняя.

Он посмотрел на Андрея, затем на Марину, и задержал взгляд на Елене.

— Тут проблемы? — спросил он, и голос был тихим.

Андрей мгновенно сменил тон.

— Нет-нет, всё под контролем, — сказал он. — Просто адвокат хочет устроить допрос в холле.

Марина повернулась к незнакомцу.

— Вы кто? — спросила она.

— Жилец, — ответил он слишком быстро.

— Квартира? — Марина произнесла слово так, будто это обычная формальность, но взглядом уже зафиксировала: в руке у него связка ключей, где блеснул универсальный магнитный брелок.

Мужчина улыбнулся уголком рта.

— Вам не кажется, что вы превышаете?

Марина почувствовала, как внутри складывается картинка: не один “представитель УК” и не один “жилец”. Здесь кто-то держит подъезд как пространство контроля, а не как место жизни. Она повернулась к консьержке.

— Вызовите полицию, — сказала Марина. — Скажите: конфликт, препятствие доступу родственника, возможное давление.

Консьержка побледнела.

— Мне… нельзя.

— Тогда я вызову, — Марина достала телефон, но не успела набрать.

Её аппарат коротко завибрировал: входящий звонок с номера “Неизвестно”. Марина не любила отвечать на неизвестные, но сейчас это выглядело слишком точно, чтобы игнорировать. Она приняла вызов и включила запись разговора на втором устройстве — старая привычка, которую она держала “на крайний случай”.

— Соколова? — мужской голос звучал спокойно, почти лениво. — Вы уже в доме?

Марина не ответила сразу. Она смотрела на мужчину в серой куртке и понимала, что голос в трубке может принадлежать человеку рядом, а может — тому, кто стоит чуть дальше.

— Кто говорит? — спросила она.

— Неважно, — сказал голос. — Важно, что вы сейчас делаете ошибку. Вы думаете, это дело про трещину. А это дело про подписи.

Марина почувствовала, как у Елены дрогнула рука. Андрей сделал шаг, будто хотел услышать, о чём разговор. Мужчина с ключами остановился чуть сбоку — так, чтобы в любой момент перекрыть выход.

— Вы угрожаете? — спросила Марина в трубку.

— Я предупреждаю, — ответил голос. — Поверните назад. Вы не первая, кто “копает”. И не последняя, кто падает.

Связь оборвалась. Марина убрала телефон и не показала виду, что в груди стало теснее. Она посмотрела на Елену и коротко, почти буднично сказала:

— Мы уходим. Сейчас.

— Куда? — прошептала Елена.

Марина уже видела, как Андрей пытается улыбаться, а мужчина с ключами оценивает расстояние до двери.

— Туда, где у них меньше ключей, — ответила Марина и взяла Елену под локоть. — И где их слова начнут стоить дороже.

Они двинулись к выходу, и Марина услышала за спиной мягкие шаги — не быстрые, не агрессивные, а ровные. Шаги людей, которые уверены: дом всё равно на их стороне.

Глава 3. «Снаружи — не их территория»

Марина вывела Елену из подъезда так, будто они просто передумали подниматься в квартиру. Она не ускорялась до бега — быстрые движения привлекают внимание и дают повод “успокаивать силой”. Но в каждом её шаге была точность: держать Елену ближе к себе, не оставлять за спиной слепых зон, не позволить никому встать между ними и выходом со двора.

На крыльце Марина на секунду остановилась и оглянулась. Андрей с папкой не пошёл следом, зато мужчина в серой куртке вышел из подъезда и замер у двери, будто сторожевой пёс на цепи. Он не улыбался, только смотрел — спокойно, оценивающе, как смотрят на вещь, которую уже записали в расходы.

— Дышите, — сказала Марина Елене. — Медленно. Смотрите на меня.

— Он… он же пойдёт за нами? — Елена произнесла это так, словно боялась, что сам вопрос привлечёт беду.

— Если пойдёт, тем лучше, — ответила Марина. — Пусть идёт там, где камеры города, а не их подъезда.

Она повела Елену не к такси, а к будке охраны у въезда. Это был намеренный поворот: охранники чаще всего боятся, но иногда именно они видят больше остальных — и ошибаются в одну сторону, оставляя следы там, где “представители” ничего не оставляют.

Пока они шли, Марина заметила мелочь, которую обычный человек бы не заметил: тот же мужчина в серой куртке двигался параллельно, держась на расстоянии, которое удобно для контроля и неудобно для прямого разговора. Он изображал прогулку по двору, но его маршрут повторял их траекторию слишком ровно.

У будки сидел тот самый молодой охранник с КПП. Увидев Елену, он напрягся, как будто ждал удара по шее за то, что вообще её пропустил. Марина постучала по стеклу коротко — не просительно, а как по рабочему инструменту.

— Нам нужно две минуты, — сказала она, когда он открыл дверь. — Без руководства, без Андрея, без “жильцов”. Я адвокат, это важно.

Охранник помялся, взгляд дёрнулся в сторону двора. Марина проследила направление и увидела: серый стоит уже ближе, у ближайшего фонаря, и снова “листает телефон”.

— Я… мне нельзя, — выдавил охранник.

— Нельзя вам, а последствия будут у Елены, — Марина наклонилась ближе. — Вы видели тело первым?

Охранник сглотнул и кивнул почти незаметно.

— Видели кого-то рядом? — продолжила Марина. — До полиции. До скорой.

— Я… — он уставился в пол. — Приехал Андрей. Быстро. Я даже… не успел.

Эта “не успел” была важнее всей его фразы. Марина не дала ему уйти в общее.

— Кто ему позвонил? Вы?

— Нет, — охранник мотнул головой. — Старший смены. У нас так… принято.

— Фамилия старшего смены? — спросила Марина.

Охранник замолчал. Елена вцепилась пальцами в ремешок сумки, будто в трос.