Татьяна Никандрова – Не пара (страница 8)

Илона разражается гомерическим хохотом, а я обеспокоенно покусываю губы. Учитывая наше прошлое, желание Рокоссовского вновь меня видеть и впрямь кажется странным. Вдруг он решил, что я какая-то легкодоступная девица? Одна из тех эскортниц, которыми кишит Москва? Он же сам говорил, что я слишком красивая для того, чтобы быть умной… Вдруг это был намек?

— Что он тебя хочет? — вторя моим мыслям, интересуется Илона.

— Деловую встречу назначил, — отвечаю растерянно.

— Ого! — она аж подпрыгивает на стуле от удивления. — Как думаешь, зачем?

— Без понятия…

— Что, вообще никаких предположений? — допытывается.

— Не-а, — мотаю головой. — Никаких.

— Может, он хочет дать тебе эксклюзивное интервью? Или поручит написать какую-нибудь статью? — гадает Илона. — Или это просто такой подкат?

— Подкат? У Рокоссовского? — я снова верчу эту гипотезу в голове. — Да нет… Вряд ли.

— А почему? Он что, уже старый?

— Вроде не старый… — отзываюсь я. — Ну, сорока, по крайней мере, точно нет.

— Женат?

— Кольца на пальце не заметила.

— Симпатичный? — никак не угомонится Илона.

— Нормальный, — пожимаю плечами. — Я как-то не думала о нем в этом смысле…

Тут я немного лукавлю. Потому что, положа руку на сердце, Рокоссовский феерически красив. Прямо как бог, сошедший на грешную землю. В нем чувствуется порода, стать и какой-то неосязаемый налет величия. Наверняка такой в свое время был у царствующих монархов…

Смотришь на этого мужчину и по каким-то неочевидным признакам понимаешь, что перед тобой представитель настоящей элиты. Не той, которая выбилась в люди пару поколений назад, а той, в венах которой тысячелетиями течет голубая кровь. Дело то ли в развороте плеч, то ли в горделивой осанке, то ли в прямом спокойном взгляде, на дне которого плещутся едва уловимые нотки надменности…

Да, Рокоссовский, несомненно, другой. Радикально отличается от мужчин, с которыми я прежде имела дело. Мог ли такой аристократ, как он, запасть на простую девушку вроде меня? В теории это не исключено. Но на деле все же маловероятно.

— Ты договорилась о встрече сегодня, да? В два часа? — в глазах Илоны искрится любопытство.

— Ага.

— Тогда тебе пора собираться, подруга. Иначе опоздаешь.

Кидаю взгляд на часы и понимаю, что она права. До встречи осталось чуть меньше двух часов. А мне еще нужно успеть привести себя в порядок.

Глава 10. Ева

Когда я, слегка подрагивая от волнения, направляюсь в кабинет к Рокоссовскому, то мысленно воображаю, что увижу за дверью. Золотую мебель? Лепнину на потолке? Хрустальную люстру размером с кровать?

Однако на деле все оказывается куда скромнее. В центре просторного светлого помещения стоит массивный стол из красного дерева. К нему пристроена брифинг-приставка для посетителей. Два кресла. Один небольшой шкаф. Изображение российского герба на стене. Никакой вычурности. Я бы даже сказала, минималистично.

— Добрый день, Ева, — Рокоссовский поднимается на ноги, приветствуя меня кивком. — Рад вас видеть.

Он по обыкновению хорош. Одет с иголочки. Прическа безупречна. Темная щетина, покрывающая нижнюю часть его лица, ловко балансирует на грани между элегантностью и небрежностью.

— Здравствуйте, Максим Андреевич. Взаимно.

Стараясь не робеть, прохожу вглубь кабинета и притормаживаю у стола. Чувствую себя немного скованно, потому что взгляд Рокоссовского, сосредоточенный на моем лице, кажется чуть более пристальным, чем обычно.

— Прошу, присаживайтесь, — он указывает на стул для посетителей.

И я медленно опускаю ягодицы на шелковую обивку.

— У вас в голове, наверное, уйма вопросов, — непринужденно роняет мужчина, садясь напротив. — Что мне нужно? Зачем я вас пригласил? Не так ли?

— Ну… В общем-то да, — решаю не юлить.

— Что ж, тогда не буду вас мучить. Перейду сразу к сути, — Максим Андреевич опирается локтями в столешницу и сцепляет пальцы с идеальным мужским маникюром в замок. — Я ознакомился с результатами вашей деятельности и хочу предложить вам работу.

Несколько секунд мы беззвучно пялимся друг на друга. Рокоссовский — с вызовом, я — с недоумением.

— Работу? — переспрашиваю наконец не в силах скрыть изумление в голосе.

— Именно. Хочу, чтобы вы какое-то время потрудились в моей команде.

— Эм… И на какой должности? — я все еще не могу понять, шутит он или говорит серьезно.

— На должности спичрайтера, разумеется.

Мои глаза становятся еще шире, так и норовя вывалиться из орбит, а Рокоссовский тем временем продолжает:

— Наше министерство готовит крупный международный проект. Так называемую экологическую инициативу. Ее суть уже изложена в соответствующем документе, но я бы хотел, чтобы в моя речь была чуть более живой. Все-таки сухой язык закона не совсем подходит для публичных выступлений, понимаете?

— Публичных выступлений? — я вопросительно изгибаю бровь.

— Да. Планируется ряд поездок. Как по территории России, так и за рубеж. Работать нужно будет быстро и эффективно. Оплата достойная.

— И в чем же суть этой экологической инициативы? — мне становится по-настоящему интересно.

— Если кратко, то речь пойдет о климатической адаптации и биоциклической экономике, — отвечает он. — Это такая экономика, которая подразумевает…

— Я знаю, — перебиваю с улыбкой. — Биоциклическая экономика подразумевает эффективное обращение с органическими отходами и предотвращение продовольственных потерь.

— Да, Ева, — Рокоссовский одобрительно кивает. — Именно так.

— И с чего вы взяли, что я подойду на эту должность?

— Я же говорю, я ознакомился с результатами вашей деятельность, — уголки его губ дергаются вверх. — Вы подходите. Вне всяких сомнений.

Я солгу, если скажу, что его слова не льстят моей профессиональной самооценке. Уже больше восьми лет я неустанно работаю над тем, чтобы заслужить право называться серьезным журналистом, и подобный поворот событий, определенно, доказывает, что я двигаюсь в нужном направлении.

— Я так понимаю, нужно будет много разъезжать?

— Да. График командировок довольно плотный.

— И как долго?

— Точно пока неизвестно, но ориентировочно несколько месяцев.

— Я смогу ознакомиться с полным текстом инициативы?

— А как же иначе, Ева? — усмехается. — Вам нужно будет не просто ознакомиться, но и основательно вникнуть в суть.

Отвожу взгляд к окну и беру паузу на раздумья.

Предложение, безусловно, заманчивое. Нет, даже не просто заманчивое, а прямо-таки соблазнительное. Участие в столь крупном проекте несет в себе огромное количество плюшек. Во-первых, качественно новый опыт. Во-вторых, позитивное влияние на профессиональный имидж. В-третьих, возможность познакомиться с крупнейшими экологическими деятелями мира. В-четвертых, уйма нового материала для блога. В-пятых, приятная прибавка к доходу.

На первый взгляд, все просто волшебно. Но есть ли какие-то подводные камни?

— Я согласна, — спустя, наверное, минуту молчания возвращаю внимание к Рокоссовскому. — Но у меня есть несколько условий.

Максим Андреевич если и удивлен, то виду не подает. Коротко кивает и с достоинством произносит:

— Я вас слушаю, Ева.

— Спать я с вами не буду, — чеканю я, глядя ему в глаза. — Ни при каких обстоятельствах.

На секунду лицо Рокоссовского озаряет широкая, почти ребяческая улыбка:

— Этого и не требуется.