Татьяна Никандрова – Не пара (страница 7)
— Кхм… Да, — Рокоссовский поправляет область паха, — я понял.
Оклемавшись от шока, он подает мне руку и помогает принять вертикальное положение. Держится в целом неплохо, но по лицу видно, что тоже смущен.
Ну еще бы! Чокнутая девица чуть не оторвала ему мужское достоинство!
— Еще раз извините! — прошу с придыханием. — Я случайно, честное слово. Просто туфля за подол зацепилась и…
— Ничего страшного, Ева, — перебивает он. — Даже если бы вы сделали это специально.
На его губах появляется провокационная дьявольская ухмылка, а я чувствую, как мое и без того горящее от стыда лицо приобретает цвет красной фасоли.
— Знаете, Максим Андреевич, по-моему, нам больше не стоит общаться, — вздыхаю сконфуженно.
— Почему же? — Рокоссовский полностью взял себя в руки и держится с привычным княжеским достоинством.
— Потому что рядом с вами я снова и снова падаю лицом в грязь.
— Такое происходит только рядом со мной? — уточняет недоверчиво.
— Ну…
— Давайте сделаем вид, что ничего не было, — предлагает он. — Ни той нелепой аварий, ни вашего нечаянного покушения на особо чувствительные части моего тела.
— Вам было больно, да? — сочувственно кошусь на его пах.
— Терпимо, — усмехается. — Но скажу так: я привык к более нежному обращению.
Его шутливый тон и непринужденность, с которой он относится к этой патовой ситуации, помогают мне воспрянуть духом. Все-таки везет мне на адекватных людей! Хотя о моей неуклюжести уже можно слагать легенды…
— Спасибо за понимание и за то, что не сердитесь, — говорю с улыбкой. — Я ваша должница.
— Ловлю на слове, Ева, — подмигивает он.
А затем спокойно продолжает путь вверх по лестнице.
Глава 9. Ева
— А как насчет того, чтобы позвать на интервью Алену Васильковскую? — неожиданно предлагает Илона, моя подруга и по совместительству редактор блога.
— Это ту, что в космос летает?
— Ну да.
— Мне кажется, ее будет очень трудно добиться, — задумчиво покусываю карандаш. — Она такая занятая.
— Но попытка не пытка, верно? — настаивает Илона. — И вообще, кто может лучше продемонстрировать достижения феминизма, чем женщина-космонавт?
— Ты права, — ее воодушевление передается и мне. — Давай попробуем.
Мы с Илоной прекрасно понимаем, что у моего блога не только развлекательная, но и просветительская миссия. Согласно опросам, феминизм поддерживают лишь треть россиян, хотя за стремление к полному равенству прав женщин и мужчин выступают шестьдесят два процента опрошенных.
О чем это говорит? О том, что люди в большинстве своем просто не понимают смысла такого движения как феминизм. Они ошибочно полагают, что он про враждебность к мужчинам, небритые подмышки и отказ от семейных ценностей.
Но на самом деле истинная суть феминизма в борьбе против дискриминации по половому признаку. Феминистки не хотят ущемлять мужчин, они лишь хотят остановить притеснение женщин. Если копнуть глубже, то становится ясно, что феминизм — это о защите, о надежде на сохранение свобод, возможностей и ценностей, о праве самостоятельно выбирать свой жизненный путь и распоряжаться своим телом.
Он о возможности быть собой.
Многие женщины с пренебрежением относятся к феминизму, но при этом с удовольствием пользуются правами, которых феминистки добились за последние полтора века: учатся, работают, носят брюки, владеют имуществом, голосуют. Это только кажется, что так было всегда, но на самом деле еще сто пятьдесят лет назад многие общедоступные сегодня возможности были верхом дерзости и неприличия.
Понятно, что у любого движения есть радикальные грани и крайности, но в своем блоге я говорю о феминизме здорового человека. Об его адекватном проявлении и пользе, которую он несет для современного общества.
— Тогда я попробую связаться с представителем Васильковской, — сообщает Илона, распахивая ноутбук.
— Хорошо, — киваю я. — И сразу обозначь темы, которые мы будем поднимать. Думаю, ее это заинтересует.
Илона погружается в работу, а я вновь возвращаюсь к своему эссе, над которым бьюсь уже третий день. Вообще-то я хорошо дружу с русским языком, но порой бывает такое, что слова отказываются складываться в правильные предложения. Правильными я считаю те, что не просто несут смысл, но и вызывают эмоции. А этого добиться труднее всего.
Лежащий на столе телефон оживает. На экране высвечивается незнакомый номер.
— Ева у аппарата, — шелестя бумагами, прижимаю мобильник плечом к уху.
— Ева Витальевна, здравствуйте! — произносит мелодичный женский голос. — Меня зовут Виктория, и я являюсь секретарем Рокоссовского Максима Андреевича.
При звуках знакомого имени нутро натягивается тугой тетивой, а дыхание непроизвольно задерживается.
— Добрый день, чем обязана? — спрашиваю я, сгорая от любопытства.
— Максим Андреевич хочет пригласить вас к себе в офис. На деловую встречу. Как вы на это смотрите?
Нижняя челюсть медленно отъезжает вниз. Сказать, что я обалдела, — ничего не сказать. Рокоссовский приглашает меня? На деловую встречу? Это какой-то прикол, которого я не понимаю?
— Простите, — хриплю я, прокашлявшись, — мне не совсем ясно, зачем моя скромная персона вдруг понадобилась Максиму Андреевичу?
— У него к вам есть предложение, которое он хочет озвучить лично.
Ну и дела. Все чудесатее и чудесатее.
— Эм… Ну хорошо, — судорожно соображая, отзываюсь я. — Когда мне нужно подъехать?
— Как насчет вторника? Вам будет удобно?
— К сожалению, нет. Во вторник меня не будет в Москве.
— Тогда могу предложить пятницу. Или… Так, минуточку, — слышу, как Виктория щелкает компьютерной мышкой. — Сегодня в четырнадцать часов. У Максима Андреевича как раз отменилась одна встреча.
Беру несколько секунд на раздумья, мысленно взвешивая все «за» и «против», а затем на одном дыхании выпаливаю:
— Я приеду сегодня. К двум.
Лучше разделаться с эти побыстрее, верно? А то к пятнице я сойду с ума, гадая о том, чего господин Рокоссовский от меня хочет.
— Отлично. Значит, я вас записываю, — довольно произносит Виктория. — И большая просьба не опаздывать. Максим Андреевич — крайне занятой человек.
Пф… А то я без нее этого не знаю!
— Я буду вовремя.
— Спасибо вам. Адрес офиса скину сообщением.
Откладываю телефон и какое-то время сижу в полном недоумении. Случившееся до сих пор не укладывается в голове. Рокоссовский — именитый политик. Я — журналист-блогер провинциального розлива. Какие у нас могут быть общие темы?
— Ты чего такая удивленная? — подает голос Илона. — Кто звонил?
— Секретарша Рокоссовского, — несколько заторможенного отвечаю я.
— Кого?! — Илона отрывает взгляд от ноутбука.
— Замминистра природных ресурсов и экологии РФ. Помнишь, я тебе про него рассказывала?
— Это тот чувак, в тачку которого ты въехала?
— Ага.
— И которого потом схватила за яйца?
— Да, — киваю. — Случайно.