Татьяна Мужицкая – Зоопарк в твоей голове 2.0. Еще 25 психологических синдромов, которые мешают нам жить (страница 27)
– Как бы вы оценили схожесть ваших взглядов на воспитание ребенка, на модель семьи, на политику?
На этот раз отвечает Изольда, а кивает Тристан:
– В целом мы очень похожи. Я не могу сказать, что у нас есть какие-то заметные расхождения. Нам нравятся одни и те же фильмы, одни и те же книги, голосуем мы тоже одинаково.
– А что с сексом?
Оба в один голос:
– Хорошо!
Потом Тристан добавляет:
– Когда у нас на него есть силы. Мы очень устаем.
А Изольда в отчаянии восклицает:
– Я не могу понять, в чем дело! Ведь у нас же нет никаких проблем!..
– Что ж, – отвечаю я, – проблема все-таки есть, раз вы пришли ко мне. И проблема в том, что вы – родители.
На профессиональном языке это называется родительским выгоранием. В англоязычном оригинале – parental burnout.
Что такое родительское выгорание?
Родительское выгорание – это специфическое состояние вымотанности, в котором могут оказаться родители (один или оба). Оно заметно по трем маркерам:
1. Тотальная усталость. Родители чувствуют себя обесточенными каждую секунду взаимодействия с детьми. Они буквально не в силах несколько минут поиграть или даже просто пообщаться с ребенком.
– Погодите, – говорит Тристан, – у меня нет выгорания. Я нормально себя чувствую на работе, в моих руках все горит.
– Я сейчас не работаю, – подхватывает Изольда, – но у меня есть хобби – учить французский по книгам Дюма и Верна. Когда дочка засыпает, я с удовольствием читаю несколько страниц.
– Все верно, – соглашаюсь я. – Родительское выгорание тем и отличается от депрессии или профессионального выгорания, что затрагивает только одну сферу жизни. Только родительство. В остальных областях все может быть хорошо, а усталость проявляется лишь во взаимодействии с ребенком. Родительское выгорание – это совершенно отдельное явление.
2. Эмоциональное отдаление. Родители занимаются детьми только в контексте «накормить/одеть/умыть». Эмоциональные потребности ребенка не удовлетворяются. Нет сил.
– Например, – говорю, – одна моя знакомая, мама двойняшек, пряталась от детей в ванной, чтобы хоть на несколько минут не общаться с ними. Она называла это «залечь на дно».
3. Обесценивание себя как родителя. Мамы и папы начинают отрицать свои успехи в родительстве, считают себя плохими. К вероятности новой беременности они относятся с ужасом.
– Та же знакомая, разумеется, очень быстро погрязла в самобичевании. Ведь хорошая мать не должна прятаться от детей Хорошая мать, по ее мнению, всегда рада ребенку и заряжается энергией от родительских хлопот.
Тристан задумался:
– У меня коллега на дух не переносит детей, всегда говорит, что будет ужасным отцом. Разве у него родительское выгорание?
– Конечно, нет. О родительском выгорании можно говорить тогда, когда до рождения ребенка подобной усталости не было. И возникает она не сразу, а накапливается постепенно.
Кстати, накопление – это не метафора. Бельгийские ученые психологи Мария Елена Брианда, Изабель Роскам и Мойра Миколайчак в 2020 году опубликовали статью, в которой описали как раз эффект накопления родительского выгорания.
Они изучили концентрацию кортизола в волосах. В научном мире повышенный уровень кортизола считается ярким признаком хронического стресса. Поскольку волосы в среднем растут примерно на один сантиметр в месяц, анализ длинной пряди может дать информацию о большом промежутке времени.
Ученые сравнили родителей, у которых родительское выгорание установлено, с теми отцами и матерями, которым повезло избежать подобной участи. Результат подтвердил догадки – у родителей, страдающих от родительского выгорания, уровень кортизола в волосах был в два раза выше чем у тех, кто выгоранием не страдал…
К чему приводит родительское выгорание?
Вред от родительского выгорания очень велик.
Во-первых, родитель стремится сбежать как можно дальше. Например, в волшебный мир соцсетей. Хотя возможен и алкоголь, и видеоигры, и что угодно другое.
Во-вторых, родитель обращает на ребенка слишком мало внимания. Пренебрегает им. Это вредно для детей, так как им нужен теплый и отзывчивый родитель. Особенно в раннем дошкольном возрасте.
В-третьих, родитель становится агрессивнее. Да, родительское выгорание приводит к тому, что мамы и папы бьют своих детей, кричат на них, часто наказывают. Увы.
В-четвертых, родитель меньше и хуже спит, его здоровье ухудшается, а хронические заболевания обостряются.
В-пятых, страдает пара. Конфликтов становится больше, хочется развестись. Ошибочно кажется, что вне брака станет лучше.
– Мы нашу дочку и пальцем не тронули! – запротестовала Изольда. – Мы не такие!
– Я не утверждаю, что вы ее бьете. Я лишь говорю, что это характерно при родительском выгорании. И, увы, чем оно сильнее, тем выше угроза насилия со стороны родителей.
В любом случае, уж ссор-то точно становится сильно больше. В моей практике статистика такова – если в изначальном запросе, который я получаю на почту, люди пишут, что стали много ссориться, в 70 % случаев у них есть маленький ребенок двух-трех лет.
Во всем виноват ребенок?
К этому моменту Тристан не выдерживает:
– Так что же, это получается, что виновата наша дочь? Если бы не она, у нас было бы все хорошо? Получается, что ребенок родился и все испортил?
Его голос звенит, кулаки сжаты. Еще немного – и он кинется в бой.
– Разумеется, нет. Дочь здесь если и играет какую-то толь, то только самую последнюю. Все дело в среде.
Возьмем большое исследование международной группы ученых-психологов под руководством знакомой нам Изабель Роскам. В этом исследовании участвовало 95 ученых (не опечатка – девяносто пять!), которые собрали данные в 42 странах, на выборке в 17 с лишним тысяч родителей.
В 2021 году они опубликовали свои результаты, которые показали, что родительское выгорание очень неравномерно. В одних странах его много, в других мало.
Отчего это зависит? В целом – от культуры. Как пишут авторы исследования, больше всего родительского выгорания фиксируется в евроамериканской культуре. Так произошло потому, что в этой культуре за последние 50 лет резко выросли требования к родителям. Мамам и папам нужно больше вкладываться в ребенка, активнее соблюдать различные правила и требования. Родительство стало гораздо труднее, чем во времена, например, наших бабушек.
Процитирую исследование: «Ожидания в отношении родителей резко изменились за последние 50 лет, до такой степени, что родителей, которых 50 лет назад считали хорошими и внимательными, теперь назовут, в лучшем случае, безответственными».
От родителей ждут идеальности. Современные мамы и папы должны оградить ребенка от всех опасностей и одновременно развить его наилучшим образом. Ну, вы знаете все эти «злятся только плохие родители», «занимайтесь с младенцем с первого дня рождения», «кормите грудью до садика», «английский надо начать изучать в три года» и так далее. Получается такой черно-белый подход. Если ты чего-то хорошего для ребенка не делаешь, ты ему вредишь. Полезно кататься на коньках? Полезно. Ты не учишь этому ребенка? Ты плохой.
Все эти требования появились не от злого умысла. Их основа – стремление к счастливому детству.
Но, увы, это тот самый случай, когда благими намерениями вымощена дорога в ад.
Ни один родитель не может соответствовать этим предписаниям. Не получится нивелировать все опасности, посещать все кружки, научить нескольким языкам. Это недостижимые идеалы. Вроде бы и хочется остановиться, но современные требования продолжают довлеть. Вот родители и ломаются. И детям – вот так парадокс – становится только хуже.
Как возникает родительское выгорание?
Теперь, когда понятно, что дело не в детях, нужно разобраться в причинах родительского выгорания. По всей вероятности, дело в соотношении рисков и ресурсов. Сейчас поясню.
Риски – это то, что условно можно назвать трудностями родителя. Собственная неопытность, повышенная загруженность домашними делами, отсутствие поддержки от другого родителя, нехватка свободного времени, тяжелые условия жизни, бедная инфраструктура и так далее.
Ресурсы – это все, что облегчает жизнь мамам и папам. Опыт, свободное время, участие второго родителя в заботах о ребенке и доме, его эмоциональная поддержка, няня, доставка еды, помощь родственников и так далее.
Перечислить все риски и ресурсы невозможно, т. к. они до определенной степени индивидуальны. Ключевой момент – родительское выгорание происходит, если ситуация долго перекошена в сторону рисков.
– Погодите, – задумывается Изольда, – значит, я зря старалась развивать дочку всякими кружками и бассейнами?
– Тут лучше будет сказать так, – поправляю ее я, – кружки и бассейны хороши в том случае, если их посещение это не сверхусилие… Если для вас это привычная рутина, на которую вы не тратите все свои ресурсы, то проблемы не будет. Ее не будет, даже если вы иногда что-то делаете через силу. Но – и это важно запомнить! – только иногда.
Есть и еще один важный момент. Отсутствие риска не является ресурсом само по себе. Вот один из родителей рассказывает второму, что тот плохо занимается ребенком. Это риск? Да. Но что, если этот родитель будет держать свое мнение при себе? Будет ли его молчание ресурсом? Увы, нет. Это лишь отсутствие риска. Ресурс появится там, где первый родитель поддерживает второго.