Татьяна Лив – ХУДШИЙ ПИРАТ ГАЛАКТИКИ (страница 18)
— Она злится? — спросила Лира.
— Лапша — это единственное, что она любит на этом корабле.— объяснил Макс.
— Я заплачу за лапшу! — крикнула Лира в коридор.
— ЗАПЛАТИШЬ ЗА ВСЮ КОРОБКУ! — донеслось из рубки.
— Кхрр, — Глок заглянул на камбуз, увидел дым и попятился.
— Глок спрашивает, не горим ли мы, — перевёл КАРЛ.
— Нет, — сказал Макс.
— Пока, — добавил КАРЛ.
Бритва закончил тушить стену и аккуратно поставил огнетушитель на место.
— Капитан, — сказал он, — могу я высказать наблюдение?
— Валяй.
— Принцесса на корабле шесть часов. За это время: сломан стеллаж, переполнено ведро с охлаждающей жидкостью, Глок получил трубой по глазу, тостер уничтожен, последний пакет лапши сожжён. — Он помолчал. — Статистически, она опаснее метеоритного поля.
— Я слышу! — сказалаЛира.
— Я знаю, — невозмутимо ответил Бритва.
Макс сел на пол камбуза, прислонившись к стене. Пахло горелым пластиком и безнадёжностью. Бритва убирал следы пожара. Глок осторожно принюхивался из коридора. Где-то в рубке Зара оплакивала лапшу.
А принцесса стояла посреди камбуза с обугленным пакетом в руке и выражением лица человека, который впервые в жизни что-то сжёг.
— КАРЛ, — сказал Макс в потолок. — Сколько нам ещё лететь?
— Тридцать часов, — ответил ИИ. — Хотя мне кажется, это будут самые длинные тридцать часов в истории этого корабля. А у нас были плохие дни. Много плохих дней. Целая жизнь из плохих дней, если подумать.
— КАРЛ.
— Да?
— Не думай.
— Хотел бы. Но не могу. Это и есть депрессия.
Из рубки раздался голос Зары:
— МАКС! На радаре что-то есть!
Макс вскочил. Лира выронила обугленный пакет. Глок взвизгнул.
Макс влетел в рубку. Зара сидела за штурвалом, напряжённая, глаза прикованы к экрану. На радаре мигала жёлтая точка — позади них, но приближалась.
— Что это? — спросил Макс.
— Корабль. Один. Движется параллельным курсом. — Зара нахмурилась. — Быстрый. Намного быстрее нас.
— Класс?
— КАРЛ?
— Анализирую, — ИИ помолчал. — Лёгкий крейсер класса "Стриж". Имперский патрульный корабль. Экипаж — двенадцать человек. Вооружение — два плазменных орудия, торпедный аппарат. — Пауза. — Против нашего "Сокола" это как бульдозер против картонной коробки.
— Они нас видят?
— Пока нет. Мы в тени астероидного поля. Но если изменят курс на пятнадцать градусов...
— Зара, — Макс положил руку на спинку её кресла. — Глуши двигатели.
— Что?!
— Глуши. Всё. Полная тишина.
Зара посмотрела на него. Потом кивнула. Пальцы забегали по панели. Один за другим системы отключались. Двигатели замолкли. Свет погас — осталось только аварийное красное освещение. Вентиляция остановилась.
Тишина.
Настоящая, абсолютная тишина. Впервые за три года Макс не слышал гудения двигателей. Это было... жутко.
— Дрейфуем, — прошептала Зара. — Как мёртвый корабль.
— Именно.
Лира появилась в дверях рубки. В красном аварийном свете её лицо казалось багровым.
— Что происходит? — прошептала она.
— Имперский патруль, — тихо ответил Макс. — Молчи.
Она замолчала. Прижалась к стене. Глок забрался под штурманскую консоль и свернулся в клубок. Бритва замер в коридоре — отключил все некритичные системы, даже сенсоры приглушил.
— КАРЛ, — прошептал Макс. — Они нас видят?
— Работаю в пассивном режиме, — голос ИИ стал едва слышным. — Их сканеры... активны. Широкий луч. Они ищут.
— Нас?
— Неизвестно. Но если нас — то найдут через четыре минуты. Наш корпус фонит остаточным излучением двигателей.
Четыре минуты.
Макс смотрел на экран. Жёлтая точка ползла по радару. Медленно. Неумолимо.
Лира дышала тихо — почти не дышала. Макс слышал только своё сердце.
Три минуты.
— КАРЛ, — одними губами. — Температура корпуса?
— Снижается. Но недостаточно быстро. Нужно ещё две минуты до фонового уровня.
Две минуты. У них — три.
Две минуты.
Жёлтая точка ползла.
— Кхх, — еле слышно выдохнул Глок из-под консоли.
— Тише, — прошипела Зара.
— Он не может тише, — так же тихо сказал КАРЛ. — Это непроизвольная реакция.
— Глок, — Макс опустился на колени рядом с консолью. — Тихо. Пожалуйста.
Три огромных фиолетовых глаза смотрели на него из темноты. Испуганных. Но Глок кивнул и зажал рот обеими конечностями.
Одна минута.
Жёлтая точка на экране замедлилась. Макс перестал дышать.