Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 55)

— Мил, давай вернемся к нашей теме. Ты выследила нас с Денисом до самого ресторана, да?

— Ага. Кстати, мне было интересно, поведет он тебя туда в наручниках, или все-таки снимет, — снова захихикала девчонка, но поймав мой строгий взгляд, посерьезнела. — Просто, я увидела ваше общение и поняла, что между вами что-то есть. Вы смотрели друг на друга так… так… Как будто герои из сериала. Мне стало любопытно узнать, кто ты такая. Я пошла за тобой в туалет, но не думала, что ты там разрыдаешься. Я так растерялась. Мне тебя жалко стало. По виду сразу поняла, что ты добрая. Хотела сначала подойти, помочь, но испугалась и сбежала.

— А потом выбила из рук мои визитки и одну утащила, — продолжила я.

— Ага. Я услышала, как вы ругались, что Денис взял одну. Тогда я поняла, что это лучший способ узнать, кто ты такая и не прогадала. Оказалось, что ты адвокат. Вот у меня и возникла идея нанять тебя, чтобы оправдать папу.

— Ох, Мила… — вздохнула я, решаясь сказать, что все-таки малышка прогадала и я не та, кто ей нужен.

— Не надо, Алис… Я понимаю, не твой профиль, мало опыта и прочая чушь… Но не поэтому же я к тебе так пристала. Мне нужен помощник, чтобы докопаться до правды, а ты лучший вариант, — произнесла девчонка слишком взрослым голосом, и я поняла, как долго на самом деле она все продумывала, как упорно шла к цели и теперь не отступит.

— Тогда что, Мила? Почему я?

— Потому что ты лично заинтересована в этом деле. Ты же хочешь найти истинного убийцу родителей мужчины, которого любишь?

— Я не…

— Не ври, а? Не знаю, что вы там намудрили… Говорят, что подростки без мозгов. А вы? Сохнете друг по другу. Знаешь, после вашей встречи Дена словно подменили, а со своей девушкой он постоянно ссорится.

— И мирится… — вырвалось у меня.

— Ревнуешь, значит, — усмехнулась она. — Ага, а сама Викинга мучаешь.

— Я не мучаю Костю, а с Денисом у нас ничего не может быть. Все слишком сложно. Тебе не понять.

— Если поможешь мне открыть правду, то это будет самое лучшее, что сделаешь для Дена — продолжала настаивать Мила. — Ты юрист. У тебя есть возможности достать дело Власовых из архива. А еще это будет добрый поступок! Алис, пожалуйста…

— Мил… — я прикрыла глаза, собираясь с силами. — Мила, а что, если твой отец действительно виновен? Мы говорим о серьезных вещах, и я буду с тобой откровенна. Не зная всего, опираясь только на слова мамы…

— Это не только ее слова. Бабушка, дед… Мамины родители. А еще есть семейные видео. Я покажу тебе, и сама убедишься, что папа нас любил. Он не мог притворяться.

— Это самая большая глупость, но… хорошо. Я попробую тебе помочь, только ничего не обещаю, — сдалась я, и девчонка неожиданно бросилась мне на шею.

— Спасибо, Алиска!

— Ну, хватит… — засмеялась я. — Мил, а что скажет твоя мама? Она же не знает, во что ты влезла?

— Мама… Она сама когда-то хотела во всем разобраться, но потом… В общем из-за отчима не стала. Он не любит вспоминать о том, что у его жены был когда-то муж, — вздохнула девочка. — Ты не подумай, он вроде как неплохой, но о папе говорить не разрешает. Он тоже о нем плохого мнения.

— Если так, можешь устроить встречу с твоей мамой?

Я ожидала, что Мила начнет искать отговорки и отказываться, но она сразу же согласилась. Это могло означать только то, что девочка сказала правду, что и ее мать уверена в невиновности первого мужа. Правда, была еще одна проблема — Костя. Как объяснить ему, что за дело я взяла, тем более, оно прямо касалось Дениса? Я не стала лгать и поделилась с Милой своими опасениями.

— Не говори ему, что это связано с Денисом, и все. Я тебя наняла, но взяла слово о неразглашении, — довольно проговорила Мила. — Он же не станет тебя пытать, верно?

— Кстати, об этом… — я поднялась с диванчика, подошла к столу и достала конверт с деньгами. — Держи.

— Что это? — удивилась девчонка, забирая конверт.

— Твои деньги. Откуда у тебя столько? — строго спросила я.

— Ты что думаешь, что я украла? — обиженно вопросила Мила, кладя конверт на столик. — Это планшет, золотой браслет и айпод.

— Ты продала все это, чтобы меня нанять? — удивилась я.

— Я деловой человек, Алиса. И понимаю, что за все нужно платить, — гордо заявила она и придвинула ко мне конверт.

— Что ж, деловой человек. Хорошо. Я возьму с тебя плату, но не деньгами.

— А чем тогда?

Возможно, было нехорошо использовать подростка в своих целях, но учитывая, что сейчас мне нужно было разруливать ситуацию с Денисом, а значит, часто уходить, пришлось пойти на это.

— Мне нужно будет периодически отлучаться из офиса. Решать кое-какие вопросы. Надеюсь, много времени это не займет, но я должна буду как-то объяснить свое отсутствие в бюро.

— К Власову на свиданки? — недовольно пробормотала Мила. — А говоришь, что у вас ничего нет.

— У нас ничего нет, и это не свидания. Мне действительно нужно будет отлучаться из-за него, но это совсем другое дело, — видимо, Мила не была в курсе того, что Денис в больнице. Так даже лучше, чем меньше ей будет известно, тем лучше.

— Хорошо. Я тебя прикрою.

— Тогда договорились, — я протянула руку своей нанимательнице, и она ее пожала. — Буду ждать звонка, чтобы назначить встречу с твоей мамой.

— Сегодня же поговорю с ней, — радостно проговорила девчонка.

— И деньги забери…

Снова просить не пришлось. Мила схватила со стола конверт и быстро спрятала его в своем рюкзачке. Она достала небольшую пудреницу и наспех стерла спонжем потекшую тушь.

— Надо заглянуть к твоему Викингу, — деловито заявила она.

— Зачем?

— Как зачем? Я же должна выполнять свою часть договора, пусть удостоверится снова, что ты на меня работаешь.

— Костя мне и так поверит, — с грустью ответила я, понимая, что в который раз буду врать человеку, который мне полностью доверяет.

— Как знаешь, — Мила поникла на глазах, а у меня промелькнула догадка, что ее рвение увидеть моего жениха, было связано отнюдь не с чувством долга. И девчонка словно прочитала мои мысли. — Ты себе там ничего не надумывай.

— Не буду, — усмехнулась я.

Я проводила Милу до лифта, где мы снова условились созвониться. Краем глаза я видела, как за нами наблюдала Лидочка, которой совсем не понравилась моя новая клиентка. Но мнение секретарши меня волновало в последнюю очередь. Сейчас предстояло разобраться во всей неразберихе, в которую превратилась моя жизнь.

Возможно, мне не стоило соглашаться на просьбу Милы Красовской. Возможно, я зря подпитала ее надежды насчет отца. Но поступить иначе не могла. Как никто другой, я понимала, какими болезненными могут быть переживания шестнадцатилетней девушки. У меня была другая ситуация, но никогда не смогу забыть ту боль, которую испытала и удушающее чувство одиночества, лишающее жизнь смысла. Эта решительная девочка, при том, что в тысячу раз сильнее прежней меня, в одиночку пытается бороться с ветряными мельницами. А что, если она права? Что, если ее отца без вины сделали козлом отпущения, а на Милу и ее маму поставили клеймо семьи убийцы? Я не знала, да и не верила, что в моих силах докопаться до истины, но в одном была уверена — девочку не оставлю. Жить — значит жить для других. Все мы питаемся друг от друга. Пусть хоть иногда теплится огонек доброты. Доброта придает человеку силы, если ему трудно живется.[5] В глубине души возникло чувство, что, помогая Миле, я спасаю себя, а моя никчемная жизнь приобретает смысл.

Тем не менее, я вдруг оказалась в паутине лжи, которую сама и сплела. Движимая благими намерениями, я громоздила одно вранье на другом и, что самое печальное, переставала слышать голос совести. Сообщая Косте про новое дело, необычную клиентку и необходимые частые отлучки, я не чувствовала вины, как прежде. А он верил… Продолжал верить.

— Элис, не расскажешь, что это за дело? — закрывая дверь на замок, поинтересовался он.

— Мила просила не распространяться. Это их семейный случай. По сути, я больше как консультант, — ответила я, с опаской глядя на запертую дверь, не понимая, чего хочет Воронов.

— Я горжусь тобой, родная. Уже появляются свои клиенты, не по наводке бюро, — проговорил он, надвигаясь на меня.

— Кость?..

Он резко подхватил меня и усадил на свой стол, а сам навис надо мной. Дыхание перехватило, а сердце забилось сильнее, только почему-то от страха. Я уловила его настроение и не была уверена, что смогу поддержать, вот только… только выбора не было. Нельзя, чтобы Костя усомнился во мне.

— Мы же на работе… Сюда могут войти.

Моя слабая попытка сопротивления была пресечена страстным поцелуем, и все опасения меня разом покинули. Как бы то ни было, а рядом с Костей я находила спокойствие, даже когда страдала по другому. Неправильно, некрасиво, даже отвратительно… Но чувствам не прикажешь. К тому же, мне нужно было делать хоть что-то, чтобы заставить себя вновь полюбить жениха. Мне отчаянно нужна была его близость, ведь тело все еще помнило касания Дениса.

Он не ослаблял напора, и я не заметила, как оказалась в совершенно неприличной позе на его столе, и тут ударом хлыста по обнаженной душе вспомнила, что точно также было с Денисом.

— Не здесь, — решительно сказала я, обхватывая ладонями его лицо и отстраняя от себя.

— Элис! — прорычал мой мужчина, уверенный, что я снова иду на попятную. Ошибся.

— На столе неудобно, — улыбаясь, проворковала я и, соскользнув со столешницы, взяла Костю за руку и повела к дивану, краем глаза подмечая, что он доволен, как мартовский кот.