Татьяна Лаас – Предзимье. Осень+зима (страница 86)
— Без проблем…
Тая погасила свет в номере, оставив только лампу на столе, за которым упрямый Илья писал список, внося фамилию за фамилией. У него был красивый почерк без излишка завитушек, ничего ненужного. Тая опять потрепала Илью по специально подставленной голове и пошла спать: переодеваться и чистить зубы в ванной. Правда, принимать даже душ она побоялась — феромоны все же не шутка.
— Не засиживайся, — пробормотала она, погружаясь в неглубокий сон. Что ей снилось, она не помнила. Что-то сумбурное и ненужное.
Тая проснулась среди ночи, потянулась за походником, чтобы посмотреть время, — телефона не было на тумбочке. Тая села, всматриваясь в полумрак — Илья еще не лег спать. Часы на стене показывали два часа ночи. Вот упрямец!
Илья по-прежнему сидел за столом, подогнув одну босую ногу под себя — так же неудобно сидеть, ноги затекают. Он то и дело кусал кончик ручки, как мальчишка-гимназист, и пересматривал собственные записи.
— Илья, — тихо позвала его Тая. — Ложись спать…
Он обернулся на нее:
— Спи!
— Тебе тоже нужно спать. Я люблю енотов — у них прикольные мордочки и черные очки вокруг глаз, но ты — змей, тебе тени вокруг глаз не пойдут.
Тая зевнула и демонстративно легла на самом краю, давая Илье больше места.
— Я не кусаюсь, Илья. Иди уже спать… Если волнуешься, что я увижу что-то лишнее, то я накрылась с головой.
— Лишнее… — проворчал он. — Можно подумать, после ритуала в цехе тебя можно чем-то удивить.
Она стащила одеяло с одного глаза:
— Можно. Например, своей послушностью.
— Еще одна хорошая черта, Тая. Заметила же? — Илья улегся, накрывшись пледом, который стащил с кресла. Тая наугад протянула руку назад и поймала его ладонь, переплетая свои пальцы с его.
— Тая? — Илья не скрывал удивления в голосе.
Она пояснила:
— Это чтобы не сбежал кошмарить Виноградова. И да, я заметила, какой ты покладистый и послушный, когда сонный. Спи…
Илья в кровати лежал почти по стойке смирно, как стойкий оловянный солдатик, зато Тая принялась крутиться, ища позу поудобнее для сна — все же отвыкла за четыре мирных года, что кто-то рядом спит. Илья терпел все её позы, только разок шикнув:
— Тая, я змей, но рука у меня не резиновая.
— Не отпущу, даже не надейся.
— Не отпускай, — разрешил Илья, нагло забирая свою руку и подсовывая другую Тае под голову: — так будет удобнее.
Тая из вредности покрутилась еще несколько раз на его руке, а потом, устроив голову в него в подмышечной впадине, крепко прижалась у нему и все же заснула. Илья бы теплый, нужный и совершенно, как змей, лишенный запахов. Купить ему одеколон в подарок, что ли? Шутка ли: почти первый юбилей — они встречаются ровно две недели. Жаль, что он об этом не думает. Парней такое не интересует.
Она, действительно, отвыкла спать с кем-то рядом за четыре года. Ей снилось что-то липкое, холодное, что-то обволакивающее её с ног до головы. Что-то удушающее. Она хрипела, пытаясь вырваться на свободу, но у нее не получалось. Все вокруг горело золотом, им же заливаясь в горло. И петли, всюду золотые петли… Руки тянули прочь тугие кольца и не справлялись. Еще чуть-чуть и…
— Тая… Таюша…
Её выдернул из кошмара мягкий голос Ильи.
Она открыла глаза, глядя в темноту и ничего не понимая.
— Ты меня… душил.
Его рука тут же отпрянула прочь из-под Таиной головы. Илья привстал на локте:
— Тая?
Глаза Ильи сияли золотом, заглядывая в душу:
— Это всего лишь сон.
Тая пыталась собрать воедино разбегающиеся в стороны, как мыши, мысли.
— Ты… Не ты! Змейка меня… — Тая замерла, снова поправляясь: — не меня… Виноградова! Змейка душила Виноградова!
Она резко села в кровати.
Илья сел рядом, ища походник на тумбочке. Оказывается, он спал в джинсах. Вот же поборник нравственности.
— Это пророческий сон?
— Нет. Мне не снятся пророческие сны…
Он встал и направился к окну, резко распахивая его и принюхиваясь. Феромоны! Только не это, вздрогнула Тая, натягивая на себя свитер и ища на полу джинсы с носками.
Илья тем временем кому-то звонил.
— Владимир, прости, что так поздно, ты сейчас где?..
Ответы парня Тая, конечно же, не слышала. Только Илью.
— Замечательно! Камера у озера. Сейчас или минут пять-десять назад…
Илья надолго замолчал — требовалось время Владимиру добраться до пульта «Безопасного города» и просмотреть нужные записи. Илья, неслышно ступая по полу босыми ногами, наворачивал круг за кругом по номеру. Из открытого окна несло осенью — особый дымный аромат топящихся в поселке за железной дорогой печей, сырость, холодок, запах смены времени года.
— Нет, стирать не смей! — Илья наконец-то замер, одной рукой опираясь на стол. Тот даже чуть скрипнул под его ладонью. — Сделай копию и отправь мне на почту… Ты уверен, что шансов нет?.. Тогда направь криминалистов и водолазов… Обо мне не беспокойся… Владимир, я серьезно — не рискуй. Просто делай, что должен. У меня есть свидетель, что там был не я. Все. Жду видео…
Тая стащила обратно свитер, бросила его на пол и забилась под одеяло. Опоздала. Снова опоздала. Виноградов был не безнадежен. Только зачем змейке убивать его? Она на феромоны не купилась бы. Снова откровенная подстава Ильи? За что его так ненавидит змеиная семья.
Илья тяжело опустился рядом, притягивая Таю к себе и укладывая её голову себе на руку — сейчас это было лишним, Виноградов с феромонами уже не был опасен, но Тая не стала возмущаться. Илья был теплый и уверенный в своих силах. Непоколебимый, как скала. Сейчас его уверенность была нужна Тае.
— Ты не виновата, осень, ни в чем. Это я не успел. Даже не думай себя в чем-то винить.
— Что с… Виноградовым?
— Золотой змей напал на него, удушая и сбрасывая в озеро. И все это нагло под камерами.
— Дежурный…
— Спал. Игнатьев разбаловал своих людей — я вернусь на службу и разберусь с ними. То же мне, безопасный город — город, в котором дежурные спят и все пропускают мимо…
— Илья…
Он снова упрямо повторил:
— Таюша, ты невиновата. Виноградов знал, на что шел. Думаешь, он там в четыре часа ночи просто так прогуливался?
Тая засопела, признаваясь в своей вине:
— Это я ему рекомендовала познакомиться с местной русалкой.
— Прости?
— Русалка. — Тая развернулась к Илье, упираясь ему в грудь. — В Круглом озере. Ты не знаешь эту легенду?
— Я знаю одну впечатлительную барышню, купившую себе на «Малинке-онлайн» силиконовый хвост и изображавшую для своих подписчиков в молнеграмме русалку. Ты о ней?
— Я о настоящей русалке, Илья.
— Такой в Круглом озере не обнаружили… — Он дипломатично добавил для вздрогнувшей Таи: — пока не обнаружили. Спи. А я покараулю твой сон.
Тая пробормотала:
— Только посмей сбежать… Только посмей мне проиграть бой змейке.
— Я помню — ты сделаешь из меня ремень.