Татьяна Котова – Лагерь (страница 15)

— Артемьев думает, что он приехал сюда в бирюльки играться, — процедила Наталья Петровна. — В семнадцать лет да не сообразить, как пользоваться картой и рацией.

— Но наша рация была испорчена! — не выдержала Настя. Наталья Петровна занудно загудела:

— Мы произвели тщательную проверку оборудования вчера вечером.

— Верно, — удивленно сказал Арнольд. — Рации проверяли, а про карты забыли. Дайте-ка глянуть, ребята.

Он протянул руку, чтобы взять у Леши карту, но Яна Борисовна пресекла движение и ловко выхватила карту.

— Нечего там смотреть! Это ваша вина, — вспылила вожатая и покраснела, как бурак. — Поучили бы детей ориентироваться на местности, а не в выбивалы играть!

Арнольд шутливо ахнул и схватился за сердце, изображая дикий испуг.

— Так и знал, что ты от меня что-то скрываешь.

— Ваше поведение отвратительно неуместно при детях, — отрубила Яна Борисовна.

— Яночка, мне показалось, или запахло приглашением в уединенное местечко?

Яна Борисовна возмущенно фыркнула и ушла. Наталья Петровна смерила физрука уничтожающим взглядом и отправилась к Анне Васильевне, а Настя утащила Лешу на трибуны. Команда обмахивались всем, что хоть немного разгоняло застоявшийся парной воздух.

— Что нарыли? — лениво сказал Леша, плюхаясь на сиденье. Антон повернулся, с трудом отвлекшись от Яны Борисовны, стоящей в паре метров.

— У нас — не за горами, у Олеси — не за плечами, сударь. Есть предположения?

— Хотите, угадаю, что у вас? — спросил Матвей, садясь рядом с Лешей.

— Спорим, не угадаешь? — ожил Леша, выставляя ладонь для заключения пари.

— Спорим. Разбей, Антоха. Там «смерть».

— Откуда ты знаешь?!

— Вы чего, ребята? — поразился Матвей. — Смерть не за горами, а за плечами. Между прочим, весьма известная поговорка.

— Первый раз слышу, — очнулась Жанна.

— Не удивлена, — мрачно сказала Олеся. Леша громко засмеялся.

— Смерть не за горами, а за плечами. Мы разгадали, проиграли, расходимся.

— А ты, я вижу, очень рад проигрышу, — проворчала Жанна и со злостью разорвала бесполезный пергамент.

— А ты, я вижу, хочешь поговорить об этом? — дерзко спросил Леша.

— Это всё она! — крикнула Жанна и ткнула в Настю пальцем. — Думаешь, я не знаю, чем вы занимались в лесу?

Антон, снова засмотревшийся на Яну Борисовну, ревностно подскочил.

— Жанна, мы сбились с пути, — попробовала объясниться Настя, но Жанна не послушала и замахнулась на Настю оборванной поговоркой:

— Выметайся из моей комнаты, предательница, не то я в полной мере применю послание к тебе. Это ты! Ты всё подстроила!

— Жанна, нас надули, эти рации поддельные! — встал на защиту Насти Леша.

— Поддельные, это вы поддельные! Мы с Матвеем и Антоном всю дорогу переговаривались, лгуны несчастные!

Жанна выкрутила Настино запястье. Назревала нешуточная драка. Одноклассницы, сочинявшие несуществующие пословицы, покрутили пальцем у виска и, пробормотав «придурочные», отсели.

— Да оставь ты нас в покое! Да, я хотел насолить тебе и задержаться, но в наши планы не входило переться к вонючей развалине.

— Плохое совпадение, — вскликнула Настя, вырывая покрасневшее запястье.

— Ах, совпадение? — встала на дыбы Жанна. Она с размаху толкнула Настю в грудь. Настя пошатнулась, не удержала равновесия и рухнула на Жанну, придавив ногой свисающий сверток. Под напором бумага разорвалась. В пергаменте образовался карман, скрепленный клеёными швами.

— Она двойная? — поразился Леша.

— Это чтобы придать вес бумаге, — занудил Матвей. — Чтобы не унесло ветром, в случае чего.

Леша запустил руку в карман и выудил оттуда бумажку, сложенную вдвое.

— Придать вес? А письмецо на ней тоже придать вес?

Ребята зачарованно изучали послание, не отваживаясь прочесть. Первой решилась Жанна. Она распрямила бумажку и с выражением прочла:

— Избавься от фотоснимка.

Детский, неровный почерк.

— Что за…? — побледнел Леша. — Кто это сделал?

— А это что, тоже совпадение? — прошипела Жанна. — Я вас предупреждала, Эркюли Пуаро фиговы!

— Закрой рот, — одернул ее Леша и уставился на разорванный лист, прямо на черную надпись «за плечами». — За плечами… Смерть не за горами, а за плечами… — бестолково повторял Леша. — Кто, кроме нас шестерых, знает про фотографию?

— Смею заверить Вас, сударь, никто, — ответил Антон.

— Крест вам, ребята, я ни сном, ни духом, — сказал Матвей, молебно сложив ладони.

— Ребята, как бы я ни хотел порой огреть кого-нибудь из вас батареей по башке, вы остаетесь моими друзьями, — с тревогой произнес Леша. — Я доверяю вам и надеюсь, что вот это (Леша потряс запиской) — розыгрыш, жестокая шутка. Нам осталось выяснить, кто решил поиздеваться. Давайте начистоту, вы кому-нибудь говорили о фотографии?

— Тебе уже сказали, нет! — разозлилась Жанна.

— Тогда кто-то без спроса лазил в Настином телефоне! Других вариантов нет.

— Кто? — равнодушно спросил Антон и, не дождавшись ответа, развернулся в пол-оборота, узрев рыжую косичку Яны Борисовны. Вожатая поднималась к верхнему ряду, сверяя поговорки с оригиналом. Верная тактика, учитывая то, что девочки по соседству получили в итоге «Держи всяк свои рубежи», исправив букву «В» в слове «всяк» на заглавную. Девочки хмурили лбы и сосредоточенно думали, к какому столетию отнести странное имя «Всяк».

— Раньше люди звались по-другому, — умно растолковывала Катя, соседка Олеси «за стенкой». — Баян или Борщ.

— А также Гусли и Рассольник, — сказала Яна Борисовна, незаметно приблизившись к девочкам. — Вынуждена огорчить, Екатерина, ваша команда проиграла. А вот вы немного не дотянули до бронзы. — Яна Борисовна спустилась и протянула Леше карточку с номерком четыре, затем задержала внимание на пословице и неестественно содрогнулась: — Ну и ужастики придумывали предки, правда?

— Можно позаимствовать Ваш листик с правильными ответами? — спросила Настя. — Хочу кое-что проверить.

— Что дозволено Юпитеру — не дозволено быку, — сказала Яна Борисовна и ушла. Антон напрягся до состояния кипящего самовара. Поерзав с полминуты, он бросил друзей и побежал за Яной. След не простыл, как Жанна развязала язык:

— Антон влип в Янку, караулит ее ночью на вожатской лестнице, записки пишет, там такое…такое!

— Интересненько, что ты забыла у VIP — этажа среди ночи? — спросил Леша. — Небось сама залипла на Келлера?

— Дебил, — стукнула его по шее Жанна. — Это не я, это девочки сплетничали!

— Ребята, хватит, — встряла в перепалку Настя. — Если кто-то брал мой телефон — и специально открывал галерею — значит, он знал, что там есть…это.

— Есть люди, которые берут позвонить — и шарят всюду, — возразил Леша и бросил косой взгляд на Жанну. Она закатила глаза. — Вспоминай, кто-нибудь звонил по твоей «трубе» за последние пару дней?

— Да зачем?! — воскликнула Настя. — У всех свои телефоны.

— Кто бы это ни был — он быстро разобрался. Вы точно никому не говорили про фотографию?

Настя украдкой взглянула на Яну Борисовну. К ней клещом прицепился яростно жестикулирующий Антон. Он расставил руки и загородил вожатой проход к ненагражденным участникам.

Нет-нет-нет. Яна Борисовна не могла. Исключено. Она — друг. Могила секретов. Она не будет трезвонить на каждом углу.

Леша вновь перечитал записку, и вновь, а потом сказал:

— Ладно, вашу честность легко проверить. Мы установим посменное дежурство над Настиным телефоном. Не дай Бог то, о чем мы все знаем исчезнет. Я за себя не ручаюсь. График ждите сегодня вечером. Заступаем на пост этой ночью. Всем ясно?

— А чего это ты раскомандовался? — ощетинилась Жанна. — Я не то, что ночевать — в руках дрянь такую держать боюсь.