Татьяна Иванова – Любить вопреки 2 (страница 10)

Из-за деревьев вышел человек. Высокий, в тёмном пальто — в такой темноте я не могла разобрать лица, только силуэт. Но походку я узнала. Ту самую — уверенную, плавную, хищную.

— Вам не говорили, — раздался знакомый бархатный голос, — что в лесу после заката собирать цветы опасно?

Он подошёл ближе, и свет луны упал на его лицо. Белые волосы, светлые глаза — почти прозрачные в темноте, резкие скулы, спокойная полуулыбка.

Влад.

Я выдохнула, но не от облегчения — скорее от неожиданности. Сердце колотилось где-то в горле, и я никак не могла понять: это страх или что-то другое.

— Вы… — я сглотнула. — Вы что тут делаете?

— Искал вас, — ответил он так буднично, будто это было само собой разумеющееся. — Клавдия Петровна позвонила. Сказала, что её драгоценная пациентка забрела в лес и, видимо, решила проверить, насколько медведи голодны в этом году.

— Она позвонила вам? — не поверила я. — У неё же только домашний телефон.

— У меня есть все номера, которые мне нужны.

Он сделал шаг вперёд, протянул руку.

— Идёмте. Тут недалеко, метров 100.

— Я не пойду с вами, — я попятилась, наткнулась на пенёк и чуть не упала. — Я не знаю вас. Вы какой-то… странный.

Он усмехнулся. В темноте блеснули зубы.

— Странный — это мягко сказано. Но вы замёрзнете, начнётся приступ, и Клавдия Петровна мне голову оторвёт. А она это умеет, поверьте.

— Откуда вы знаете про приступы? — насторожилась я.

— Я много чего знаю, Александра.

Он первый раз назвал меня по имени — и у меня по спине побежали мурашки. Не от страха. От чего-то другого, чему я не хотела давать название.

Влад терпеливо ждал, рука протянута, глаза в упор.

— Идёмте, — повторил он. — Я не кусаюсь.

— А вдруг вы маньяк? — выпалила я.

Он замер, потом тихо рассмеялся — низко, грудью.

— Если бы я был маньяком, вы бы уже давно лежали в овраге. А так… я просто доведу вас до калитки. И всё.

Я посмотрела на его руку. Потом в темноту леса — непроглядную, пугающую.

Выбирать не приходилось.

— Ладно, — буркнула я, игнорируя его ладонь. — Но если что — я буду орать.

— Договорились.

Он опустил руку и пошёл первым, чуть впереди. Я — за ним, стараясь не отставать и не смотреть под ноги. Кроссовки уже давно превратились в две грязные тряпки.

. *****

Лес в сумерках оказался другим.

Днём он казался зелёным, уютным, почти сказочным. А теперь это была стена из теней, где каждый куст мог оказаться зверем, а каждая ветка — чьими-то пальцами.

Я шла и считала свои шаги, чтобы не думать о страшном. На пятом десятке Влад заговорил.

— Вы всегда такая недоверчивая? — спросил он, не оборачиваясь.

— Только с незнакомцами, которые трогают меня за лицо, — огрызнулась я.

— Вы до сих пор обижены?

— Я не обижена. Я в бешенстве.

Он хмыкнул. Мне показалось, что он улыбнулся, но в темноте не разобрать.

— Извините, — сказал он после паузы. — Не сдержался. Вы очень похожи на одного моего… старого друга.

— На женщину? — уточнила я.

— На девушку.

В его голосе промелькнуло что-то тяжёлое. Я замолчала. Не хотелось лезть в чужую боль, даже если этот чужой — странный блондин в дорогом пальто, который бродит по лесу и спасает заблудших горожанок.

Мы обходили поваленное дерево. Я споткнулась о корень, взмахнула руками — и в следующий миг Влад оказался рядом, подхватил меня за локоть.

— Осторожнее, — сказал тихо.

Его рука была тёплой даже через ткань куртки. И пахло от него — чем-то горьковатым, лесным, как смола или можжевельник.

— Я сама, — выдернула руку.

Он не спорил. Отпустил, сделал шаг назад.

— Как скажете.

Мы пошли дальше. Тишина сгущалась, и слышно было только хруст веток под ногами да моё сбивчивое дыхание.

— Вы правда основатель этого места? — спросила я, чтобы нарушить тишину.

— Правда.

— Зачем вам эта дыра?

Он остановился. Я чуть не врезалась в него спиной.

— Почему вы называете это «дырой»? — спросил он, поворачиваясь. Луна осветила его лицо — спокойное, без тени обиды. Просто любопытство.

— Ну… — я запнулась. — Дорог нет, магазинов нет, развлечений — ноль. Одна знахарка с курицей-идиоткой.

— У вас странные критерии счастья, — он снова пошёл вперёд. — Магазины и развлечения.

— А какие правильные?

— Тишина. Звёзды. Возможность начать сначала.

Я вспомнила, что он уже говорил что-то подобное сегодня. Или не сегодня? Может, мне приснилось.

— Вы часто говорите загадками? — спросила я.

— Только когда хочу, чтобы меня не поняли, — честно ответил он.

Я открыла рот, чтобы съязвить, но в этот момент мы вышли на опушку. Вдалеке показались огоньки — жёлтое пятно окна дома Клавдии Петровны.

— Ну вот, — сказал Влад. — Живы и почти невредимы.

Он остановился у самой калитки, не заходя внутрь. Я тоже замерла, чувствуя странную неловкость.

— Спасибо, — выдавила я. — За то, что нашли.

— Я всегда тебя найду, Александра, — ответил он тихо. Настолько тихо, что я не была уверена — расслышала ли правильно.

А потом он развернулся и ушёл в темноту, бесшумно, как человек, который делал это тысячи раз.