Татьяна Грачева – Босиком за ветром. Книга 2 (страница 50)

Крис опустился на пятки прямо за спиной Славки, долго смотрел, как она лепит очередного кошмарика, усердно детализируя всё, кроме лица. Нащупал в траве деревянный гребень и удивился – именно в эту секунду вспомнил, как расчёсывал длинные волосы Шиатид и выпутывал из них следы её приключений. Всё так же молча он расплёл смоляные косы и принялся расчёсывать, пропуская гладкие пряди сквозь пальцы. Она не поворачивалась, но и не отталкивала. Когда он касался её спины или шеи, замирала, затылок и плечи обсыпало мурашками, а дыхание заметно учащалось.

Заметив, что Славка перестала лепить, Крис качнулся вперёд и посмотрел на законченную фигурку.

– Кто это?

– Чахаох. – Она нежно погладила кошмарика пальцем, а потом грубо смяла, превратив в грязный ком глины.

Крис проснулся и сразу скривился от боли в боку. Он лежал на одном из кубиков, второй держал в ладони. Засунув кости в карман, выглянул из палатки. Надо же, ещё не стемнело, он проспал меньше получаса. Он снова увидел Славку, и сон этот был такой же яркий и сочный, как тот давний, с лодкой и яблоками. У него снова получилось. Он бросил взгляд на белеющий в углу палатки роуч, нащупал холодные игральные кости и снова задумался. Может, это работает в комбинации? Ещё и место особенное. Не зря же в переводе Ставамус Чиф означает Гора вождя Ставамуса, да и энергия тут искрит в каждом камне, кривой сосне и даже в воздухе. Славке бы тут точно понравилось.

На следующий день Крис встал на стропу последним. Нарочно не смотрел на хайлайн других спортсменов, не вышел к завтраку, расписал красками лицо, надел роуч, только потом приблизился к станции. Хайлайнеры притихли, не окликнули его и даже не поздоровались. Молча снимали на телефоны фри-соло, утаивая смутное желание увидеть если не падение, то хотя бы пару соскоков. Крис не был первым, кто пошёл на этот разлом без страховки, но в нынешней группе обошлось без сумасшедших экстремалов.

Когда он коснулся босой ногой гладкого слэка, в серый мир вернулись звуки и краски. Криса захлестнуло волной эмоций, они бурлили под кожей, выплёскивались из глаз и пережимали горло восторгом.

Со стропы открывался вид на разлёгшийся у подножья горы Сквомиш, остроконечные гранитные пики и лазурный залив Хау, укутанный туманом. Крис шёл уверенно, слегка покачиваясь, ощущал на коже скользящие касания ветра. Перья на роуче щекотали голую кожу, ласкались, словно пальцы Шиатид. На середине стропы Крис остановился и зажмурился. Простояв несколько секунд, он двинулся дальше, нарочно медленно. Каждый шаг отдавался вибрацией, от стопы до макушки его прошивало энергией. Он дошёл до станции, но не забрался на скалу, сразу же пошёл обратно. Когда наконец ступил на твёрдую поверхность, услышал одновременный вздох. Его кинулись обнимать и поздравлять не с удачным хайлайном, а с тем, что вообще дошёл живым.

Больше на стропу Крис не заходил. Вечером они спустились в Сквомиш, и он узнал, что его проход в роуче без страховки уже попал в интернет.

Вадим позвонил среди ночи, то ли забыл о разнице часовых поясов, то ли не хотел ждать. Начал без вступлений и приветствия:

– Ну, ты больной псих. Там высота такая, что выжить нереально. Останется кровавая лепёшка в перьях и плоский хохотальник.

Крис зевнул:

– Я не планировал падать.

– Никто не планирует падать, – он вздохнул, – пока я тут, тебя и ловить некому, больной ты псих. Вообще нет чувства самосохранения.

– Вот приеду, скажешь мне это в лицо.

– Когда приедешь? – заволновался Вадим, в его голосе проскользнула неприкрытая радость.

– С первого по седьмое мая в Кисловодске фестиваль Слэклайна. Я буду ставить рекорд с завязанными глазами. Знакомые ребята тоже приедут: Лёха, Тим, Денис и Рауль. Вылетаем через две недели.

– Вылетаем?

– Да, я буду с Машей. Она в России давно не была. Такая обстановка, сам понимаешь, одна боялась лететь.

Судя по неравномерному шороху шагов, Вадим прошёлся по комнате.

– Эх, хотел бы я там побывать, но пока с тростью кое-как передвигаюсь. Хочу ребят увидеть, и тебя в первую очередь, больной псих.

– Ты уже три раза это сказал. Я в любом случае заеду в Краснодар, так что не обязательно тебе тащиться в Кисловодск.

– Ладно, посмотрим.

– Ну, тогда до встречи.

– До встречи, больной псих.

– Четыре.

10 глава. Хаказбих

– Может, всё-таки уговорить её поехать к родителям?

Славка захлопнула шкаф, принялась перебирать вещи на стуле. Бросила короткий взгляд на Макса, застывшего в коридоре.

– Она не хочет. Говорит, что справляется. – Славка вернула одежду на место, только теперь вещевая куча выглядела ещё более кособокой. Перешла к комоду и открыла верхний ящик. – Всё-таки хорошо, что успела до родов в этот дом въехать. Там есть двор, гулять удобно и место красивое, озеро рядом. Олька твоя, конечно, красотка, но дама с характером. Спит только в коляске или на руках.

Макс прошёл в комнату, тоже открыл пару ящиков, чисто механически, думал вообще о другом.

– Плохо спит? А няня помогает?

– Няню Зойка отвергла, – Славка остановилась у кровати, немного подумав, опустилась на колени и заглянула под неё, – говорит, не хочет, чтобы в доме бродил чужой человек. В мае к ней мама приедет. А в июне – ты сам.

Макс прошёлся до окна, отдёрнул штору, оглядел подоконник.

– Я сам, ага. На три дня. Слав, чисто по-женски, она тебе ни на что не жаловалась? Успевает готовить, есть? Она точно что-то недоговаривает.

Когда Славка навещала Зойку, она не жаловалась, но то, что она забывает, какой нынче день, и пьёт чай только холодным, сказало гораздо больше, чем любые жалобы. Славка пробыла там две недели. Пока приглядывала за кудрявой смуглой дочкой Макса, Зойка успела съездить и к гинекологу, и на маникюр. Она действительно старательно делала вид, что всё у неё в порядке, но усталость вырубала её на середине предложения, порой Зоя останавливалась в центре комнаты, забыв, зачем туда пришла. Оля перепутала день с ночью и хорошо чувствовала раздражение невыспавшейся мамы. Славка чистила их сны от кошмаров, а днём вояжировала с коляской вокруг дома. К концу её пребывания сон Оли наконец-то выровнялся. Она стала спать хотя бы не по полчаса и просыпалась без крика.

За две недели до предполагаемых родов Зоя приехала в Краснодар. Так как Максим не мог быть рядом, он договорился заранее и с врачами, и с медсёстрами. Пока Зойка лежала на сохранении, он отправился в Славянск и подготовил дом. Закупил кучу всего нужного и ненужного, забил морозилку мясом и полуфабрикатами, заранее нашёл няню. Суетился и переживал гораздо больше самой будущей матери. Зойка родила на неделю раньше. Двадцатого марта на свет появилась смуглая удивительно кудрявая девочка с чернющими, как у отца глазами и веснушками как у мамы. В тот день Максим находился в Славянске, Славка стояла под окнами вместо него. Она и ещё человек двадцать его друзей. Максим умел дружить, легко покорял и располагал к себе даже временных знакомых. Всегда выручал то деньгами, то непосредственным присутствием, одалживал машину и пускал переночевать дальних родственников. И они в ответ выручали его так же легко и радостно.

Зоя подошла к окну и сразу же отпрянула. Она явно не ожидала увидеть такую толпу. А в день выписки роддом окружили связки воздушных шаров, персонал получил цветы и торты. Вокруг шептались, молодые мамочки завидовали и переговаривались. Пытались понять, какая важная персона родила ребёнка в обычном роддоме. Славка знала, что завидовать как раз нечему. Макс боролся с чувством вины, а Зойка охотно променяла бы все пышные поздравления и ликующую толпу под окном на его личное присутствие.

Славка закрыла все дверцы и задвинула ящики, замерла в центре комнаты с озадаченным выражением лица. Макс развёл руками:

– Что мы ищем?

– Расчёску.

Он вернулся в коридор. Открыл шкаф с постельным бельём и достал пропажу из нижнего ящика.

– В прошлый раз была в холодильнике.

Славка взяла расчёску и опустилась на пуф перед зеркалом. Поймала в отражении уставший взгляд Максима. Он вздохнул.

– Она злится на меня?

– Не на тебя. На ситуацию.

Телефон на столике однократно просигналил, «Рыжик» прислал сообщение. Макс подал Славке мобильник.

– Вы сейчас едете в Старолисовскую?

– В обед.

– Ладно. Я тогда в «Рогалик». Привет Зофье.

Славка кивнула и принялась расчёсывать волосы. Проводила деревянными зубцами быстро и грубо. Совсем не как в недавнем сне. Правда, там и не она расчёсывала. Криса она не видела, но совершенно точно ощущала его присутствие. Он нежно касался её волос, дышал на затылок и гладил пальцами шею. А потом заговорил. Славка хорошо помнила, как лепила кошмарик, но не могла понять, что за существо получается, пока он не спросил. Ответ «Чахаох» вырвался помимо её воли, она и не думала его лепить.

Почти год Крис не приходил в её сны. Она к нему заглядывала редко, очень долго его подсознание напоминало чёрную дыру. Такие сны бывают у смертельно уставших или людей без сознания. Она знала о том, что случилось с Вадимом, об этом писали в интернете, обсуждали в парке местные слэклайнеры, а потом появился ролик. Она пыталась войти в сны Криса, но их укрывала чёрная непроглядная смола. Он не хотел видеть сны и изматывал себя до состояния бесчувственного бревна. В декабре она наконец-то пробилась сквозь густой туман и наткнулась на кошмар.