Татьяна Егорова – Любовь включает звук (страница 8)

Одиннадцать лет спустя после получения этого письма я вспоминаю семью Боргелло, поднимаясь на вершину Таку неподалеку от Фантьета. Мама говорила, что Будда направляет к себе не только хороших людей, а еще и мысли о хороших людях. Я поднимаюсь на священную гору Таку, выполняя последнюю просьбу уже своей мамы – прикоснуться к ногам статуи лежащего Будды на вершине горы и попросить у него прощения от имени мамы.

Я слышала эту просьбу с детства. Мама обнимала меня крепко и шептала на ухо, как слова заклинания:

– Когда меня не станет, поднимись на Таку и попроси у Будды прощения от меня за то, что я жила в чужой стране, вышла замуж за чужака, поменяла веру и молюсь на чужом языке чужому Богу. Передай ему, что у меня есть одно-единственное оправдание – я полюбила.

И еще мама очень просила меня подняться пешком:

– Даже если тебе будет тяжело, иди сама. Ты поймешь, как это важно! Даже если ты сама будешь уже совсем старенькой, иди пешком, прошу…

Мама искренне верила, что проживет долгую жизнь рядом с любимым и оставит меня, когда мне самой будет за шестьдесят. Как же мы бываем порой наивны в своих мечтах и планах.

В декабре 2019 года родители оказались в Москве на юбилее маминых соотечественников. В числе гостей были жители Вьетнама и Китая. Значение слова «пандемия» знали тогда единицы из не имеющих отношения к медицине людей. Телевизионные новости о суматохе в китайском Ухане не воспринимались всерьез не только в России, но и на всей планете. После банкета родители остались в столице еще на несколько дней для встречи Нового года. Папа заболел первым, уверенный, что простудился во время запуска фейерверков. Возвращались домой в купе поезда, и состояние ухудшалось. Дома продолжали заниматься самолечением противовирусными, улучшения не наступало.

Накануне Рождества папа проснулся первым и сказал маме:

– Чауша, как хорошо дома-то… Ëлка, снежок пошел, на Крещение морозец ударит, пойдем с тобой на Стрелку окунаться, да? Лиенка приедет, «Медовик» испечешь мой любимый… Вот кто только не угощал меня любимым тортом, твой самый вкусный!

Мама потом рассказывала, что папа выглядел абсолютно здоровым и счастливым, когда вздохнул глубоко и замолчал.

Когда вспоминаешь первые месяцы ковида и пандемии в России, самым ужасным кажется даже не стремительный уход близких, а то, что тела не выдавали сразу, как положено по христианским и мусульманским обычаям. Это едва не сломило дух оставшихся в живых.

Мамы не стало в марте. Бабушки с дедушкой – летом. А я сходила с ума в Пекине от запрета покидать страну. Говорила по телефону с дедушкой Нхатом. Не говорила, кричала:

– Я ничего не могу сделать! Ничего не могу сделать для своих родных!

А дедушка отвечал мне тихим скрипучим голосом:

– Можешь, Лиен! Живи!

– Дед, мы с тобой одни остались на всем белом свете… – шептала зареванная я.

Дедушка снова меня поправлял:

– Не одни! Нас пока еще на свете больше семи миллиардов… Спой мне лучше мамину песню, чау гай (внучка).

– Ты да я, да мы с тобой… – запевала я вполголоса, представляя вместо человечков у оранжевой речки своих родных.

Сейчас, вспоминая охватившее меня отчаяние летом 2020 года, я приближаюсь к вершине Таку. Дорога через дикие джунгли заняла около двух часов. Мне некуда было торопиться, и я радовалась возможности произнести вслух имена всех дорогих моему сердцу людей, успокаиваясь и возвращаясь в состояние умиротворения. Мама была права. Я поняла, в чем смысл пешего подъема. Чем выше я поднималась, тем меньше думала о своем одиночестве в пути, понимая главное – уходя, любимые навсегда остаются рядом с нами.

Будда встретил меня блеском ослепительно белого, мокрого от небесной воды камня длиной сорок девять метров. Говорят, что статуя была выточена из цельного камня. Не могу не восхищаться мастерством создателей, признавая, что для меня статуя лежащего Будды – только памятник. Оставаясь православной со дня своих крестин, исключительно в память о маме я совершаю восхождение на Таку каждый раз, когда навещаю деда в Бау Чык. Подхожу к ступням божества, прикасаясь ладонями к прохладному влажному камню, проговариваю слова с просьбой о прощении мамы. Я буду делать это до тех пор, пока жива.

Спускалась с горы я уже на канатке, размышляя о древних временах потухшего вулкана, которым была Таку, и наслаждаясь завораживающими видами тропического леса на склонах. У подножия горы на стоянке я отыскала свой байк Suzuki и начала движение в сторону Фанранга. Во Вьетнаме у меня нет машины, гораздо комфортнее передвигаться на скутерах. Я полюбила эту дорогу, зная, что в конце пути дома меня ждет дедушка Нхат.

Имя Нхат имеет два значения – долгая жизнь и солнце. Имя дедушке выбрал отец – мой прадедушка Винь (залив), родившийся в рыбацкой семье в устье реки Кай, воды которой впадают в залив Фанранг. Лихорадка рано оставила маленького Винь без родителей, и ребенок-сирота стал ловить рыбу наравне со взрослыми.

Маленький Винь мечтал о семье и о доме, представляя красивую девушку у очага своей лачуги. Однажды на рынке он повстречал девушку по имени Хонг (роза), влюбился с первого взгляда, ходил за ней по пятам, выпрашивая хотя бы один взгляд в его сторону. Когда пришло время праздновать вьетнамский Новый год Тет, прадедушка Винь преподнес возлюбленной розу и сказал, что всю свою жизнь готов терпеть уколы шипов самой Хонг, только бы она позволила ему любоваться своей красотой и стала его женой. Девушка ответила согласием.

Через шесть месяцев, когда Винь услышал от жены известие о беременности, произошло событие, навсегда изменившее жизнь молодоженов и их потомков. В сети Винь каким-то чудом оказалась морская ракушка, больше похожая на камень со дна залива. При внимательном осмотре Винь заметил разницу и, убедившись, что поймал все-таки ракушку, решил показать добычу жене. Дома на глазах у Хонг рыбак раскрыл ракушку и понял, что стал обладателем целого состояния в виде очень крупной жемчужины. Повернувшись к жене, Винь сказал с улыбкой:

– Если родится девочка, назовем ее Чау – жемчужина.

Родился сын, которого назвали Нхат, желая ребенку долгой жизни. Мальчик рос любознательным, много времени проводя на берегах залива, лепил из мокрого песка посуду и с гордостью показывал маме.

Винь предложил отдать сына в подмастерье одному из гончаров деревни Бау Чык. Нхат учился быстро, будучи внимательным и смекалистым, в юном возрасте выполнял поручения взрослых мастеров, без гончарного круга изготавливая керамическую посуду и украшая свои изделия ракушками.

Нхат любил гончарное дело. Глина чувствовала истинную любовь в прикосновениях юного подмастерья и «нашептывала» ему во время работы увлекательные истории про могущество древнего королевства Чампа, на бывшей территории которого и возникла деревня Бау Чык. Жители Чампы исповедовали индуизм и бережно хранили культуру предков – единственную культуру материковой Азии с океаническими чертами. Именно поэтому для Нхата было так важно продолжать традиции предков, используя в работе морские дары.

Ремесленная деревня Бау Чык считалась самым старым центром керамической посуды во всей Юго-Восточной Азии, и для Нхата было честью получать знания гончарного искусства у знаменитых мастеров. Родители Нхата гордились успехами сына, и в день его двадцатилетия Винь подарил ему жемчужину со словами:

– Мы с Хонг берегли это сокровище для тебя – нашего единственного сына. Сегодня мы передаем жемчужину в надежде увидеть тебя настоящим мастером в своей собственной мастерской. Пусть деньги от продажи жемчужины станут тебе опорой – первой ступенью в лестнице процветания своего дела. Продолжай учиться, стань одним из лучших и учи других. Получая добро, важно и другим отдавать добро, сынок.

Месяц назад дедушке Нхату исполнилось восемьдесят девять. Он продолжает работать в своей мастерской, построенной на полученные за жемчужину деньги, бережно сохраняя традиции гончаров древней Чампы, и делится знаниями с учениками.

Я люблю слушать его рассказы про украшения для посуды, выброшенные на берег волной:

– Цените щедрость природы. Ведь даже обыкновенный обломок перламутра может стать драгоценностью в руках настоящего мастера своего дела.

Впервые слова про щедрость природы я услышала от дедушки во время своей первой с ним встречи после моего переезда в Китай. Мы говорили про галерею, про мои собственные желания сделать это место особенным для жителей и гостей Пекина. Я делилась своими противоречивыми чувствами:

– Меня завораживает культура Азии и сделанные без помощи чудес прогресса произведения искусства. Здорово иметь под рукой 3D-принтер и получить желаемое за пять минут. И меня восхищает разум создавших такую технику людей. Но про ручной труд мастеров прошлого я не могу говорить слово «восхищает». Искренне и совершенно без пафоса я могу заменить это слово на выражение «вызывает чувство глубокого уважения». Дед, ну мне правда хочется поклоняться всем этим людям из прошлого, которые с помощью самых примитивных инструментов, без знания математики, геометрии и даже грамоты делали своими собственными руками красоту. И спустя столетия мы всë стараемся понять, как, как они это сделали?

– Может быть, им любовь помогала? Может, они делали именно то, что любили, или для тех, кого любили? – уточнил дедушка и улыбнулся с грустью, как каждый раз, когда вспоминал жену.