Tатьяна Дьяченко – Опасный нарцисс. Книга пятая. Романтические отношения с нарциссом (страница 13)

Мстить можно только тем, кто тебя обижает или раздражает. Нарцисс пытается принизить тех, кто лучше его – ему невыносима сама мысль, что он может быть хуже кого-то. И он пытается доказать и себе, и другим собственное всесилие.

Сильный и самодостаточный человек не нуждается в том, чтобы утверждать свою силу, свое господство за счет других. Тот, кто пытается самоутверждаться таким образом, изначально в глубине души понимает свою слабость и ущербность, и пытается компенсировать это местью окружающим, пользуясь тем, что эмпатичные люди просто не ожидают от него такой низости. Фактор внезапности гадящего кота, так сказать…

Причем Владимир догадывается, что до всесилия ему на самом деле далеко:

«Я умею соблазнять. Я окружал себя только соблазненными – сплошной аутизм».

То есть тех, кто его раскусил (а их, как можно догадаться, было гораздо больше), он из своего круга общения исключил – иначе они бы сломали ему всю картину его власти над душами. Зато в окружении, которое состоит только из соблазненных и брошенных им женщин, он мог чувствовать себя властелином мира.

Но все имеет свою цену.

«Если бы ты знала, до какой степени меня ранило осознание того, что… у меня сбилось либидо. Это состояние иначе, как паническим, не назовешь», – пишет Владимир матери об одном из эпизодов своей жизни. Со здоровьем и либидо у Владимира, по его словам, пока все в порядке – откуда же такая паника?

Еще одна цитата из того же письма: «Моим главным чувством, самым базовым, которое я испытываю перманентно, в явной или скрытой форме, является стыд. Стыд и страх. Именно эти чувства, как самые яркие, приобрели у меня отчетливо сексуализированную форму. Меня возбуждают состояния стыда и страха, как свои собственные (мазохизм), так и спроецированные – чужие (садизм)». И Владимир в красках расписывает, как он компенсирует свой страх и стыд, издеваясь над другими, в том числе и сексуально.

Зачем нарциссу это надо? Пытаясь объяснить матери проблемы нарциссов, Владимир пишет: «…базовой чертой пограничных (в том числе и нарциссических) пациентов является базальная неуверенность в полноте своего существования, хрупкость их тщательно выстроенной идеальной идентичности. Именно поэтому подобная самоуверенность часто соседствует с глубинным и непреходящим бичом тревоги».

Вот она, причина параноидальной зацикленности нарцисса на своем либидо: ему страшно и стыдно, и он выворачивает свой страх и стыд наизнанку, чтобы через сексуальные оргии доказать себе свое всесилие – но в глубине души продолжает страшно бояться, что в какой-то момент это все рухнет, и все будут смеяться над его ничтожностью и бессилием – и еще больше пускается во все тяжкие, чтобы заглушить и компенсировать свой страх и стыд.

Нарцисс подобен плохому велосипедисту, который вынужден ехать по прямой все дальше и дальше, чтобы не упасть, и любая необходимость притормозить или сделать маневр может закончиться для него падением и полным крахом. Малейшее сомнение в себе, любое осознание необходимости пересмотреть свое поведение, критически отнестись к себе и изменить способ жизни закончится для него крахом своей идентичности.

По этой же причине, малейшее сомнение в собственном сексуальном всесилии может закончится для нарцисса банальной импотенцией. Страх бессилия и стыд своей ничтожности, если они победят хрупкий грандиозный образ, попросту раздавят нарциссическое либидо, не оставив от него и следа.

Сексологи хорошо знают, что в подавляющем большинстве случаев причина сбоя либидо кроется в психологии пациента, и заключается в страхе оказаться «не на высоте». Тело реагирует на укоренившийся в подкорке страх, и выдает болезнь в соответствии с этим страхом. В таком случае, по идее, пациенту надо проходить психологическую терапию: болезнь, созданная силой мысли, силой же мысли может быть исцелена. Однако в случае нарцисса, подобного Владимиру, корни болезни находятся в том самом нарциссизме, который он так в себе любит. Избавиться от страха стать импотентом можно только вместе с избавлением от зацикленности на идее сексуального всесилия – эти две мысли тесно связаны, поскольку страх бессилия является лишь отражением, обратной стороной жажды всесилия. Но для Владимира его бредовые идеи всемогущества и власти над смертными – это стержень его нарциссической личности, и избавление от этого стержня он считает своей смертью.

А потому Владимир, балансируя на тонкой грани, изо всех сил пытается удержать от падения свой грандиозный образ и доказать, что «я еще могу быть сверхчеловеком». Сверхчеловеком в своем понимании. В понимании здоровых людей – обыкновенным сексуально озабоченным нарциссом, трясущимся над своим мнимым сексуальным всесилием и эрекцией, и готовым изгадить жизнь людям вокруг себя.

Женская аноргазмия в отношениях с нарциссом

(видео 127)

Я получила письмо от Алины, она пишет:

«Здравствуйте, Татьяна! Слежу за Вашими видео и, посмотрев „Сексуальность нарцисса“, поразилась, насколько все похоже на бывшего мужа. Пишу Вам просто для того, чтобы Вы знали, какого плана еще бывают нарциссы. Этот „ТОВАРИЩ“ по профессии программист, но имеет послушание в церкви (алтарник) и очень религиозен (не путайте с верующим)».

Как складывались их сексуальные отношения?

«До венчания секса не было („не положено!“), хотя брак был и у него, и у меня не первый. Думала, что, раз у него была уже жена, то ТАМ все в порядке. В первую брачную ночь я стеснялась и немного оттягивала момент, а он, в сущности, применил силу (потом перевел все в шутку). Секс ему был не интересен, если я была инициатором. А вот если он знал, что я больна, неважно себя чувствую, или „женские“ дни, или просто после конфликта опустошена и очень обижена, то ему очень было надо. Доходило до физической силы (очень сильный был). Знал, что я откажусь, и будет конфликт, и будет основание меня наказать. Он тем самым как бы провоцировал конфликт, так как в остальном ко мне негде было придраться. Он, принуждая меня к сексу, мог, например, цитировать Апостола Павла: „Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа.“ Вот такие выкрутасы могут происходить в человеческом сознании, чтобы оправдать свое насилие. Я развелась как раз в тот момент, когда поняла, что мое тело мне не принадлежит, у меня даже голос и походка изменились».

Сексуальное насилие – самый тяжелый вид насилия, когда жертве не принадлежит свое тело, когда поруганы ее самые глубинные природные потребности.

«Ходили перед разводом к сексологу по причине моей аноргазмии (муж называл меня „тупая фригида“), тот велел мужу принимать антидепрессанты» – очевидно, врач оказался грамотным и разобрался в ситуации. — «Муж сказал, что я „хочу посадить его на колеса“, и мы развелись по моей инициативе. Долго мстил. До сих пор срывается (общий ребенок, приходится общаться). Такая история. Очень грустная, так как я хотела построить православный брак, видела, что человек не пьет, не курит, не „гуляет“, ходит в церковь, а в итоге получила „кота в мешке“, хуже не бывает. Монстр».

Алина приводит примеры поведения своего супруга:

«После кесарева сечения мне нельзя было долго, а ему прям так не терпелось, так уговаривал, настаивал. Я, конечно, не согласилась. Дулся. Я, дура, еще и вину испытывала.

Еще говорил, что женился на старухе (он на пять лет меня младше), что я «сердешница и печоношница» (у меня в детстве операция на сердце была)».

И еще Алина, глубоко верующий и интеллигентный человек, приводит свои наблюдения и размышления:

«Может, моя история кому-нибудь поможет. Можете, если желаете, привести мой пример у себя в работе, так как стали учащаться случаи, что женщины вступают в брак с, якобы, считающим себя православным мужчиной, который на самом деле, больной на всю голову. Надо искать доброго и трудолюбивого, а вера придет сама…

Я поняла, что, прежде чем вступать в близкие отношения, нужно человека знать минимум год. Я же вышла замуж через три месяца после знакомства. Его мама оказалась моей учительницей, я решила – этого достаточно, она же приличная женщина, интеллигенция… блин! То, что я знала свекровь с юности, повлияло на поспешный поход в ЗАГС».

Это не первый случай в моей практике, когда женщины, оказавшиеся в ситуации домашнего насилия, жалуются на то, что у них пропадает сексуальное влечение. В чем тут дело?

Это явление может быть объяснено работой симпатической-парасимпатической нервной системы. Это автономная нервная система, которая запускает некоторые процессы в организме, в том числе и связанные с сексуальными желаниями. Когда человек находится в состоянии стресса, у него активизируется симпатическая нервная система, которая служит выживанию организма. Активизируется кровоток, учащается дыхание и сердцебиение, кровь приливает к мускулам, в кровь поступает адреналин. Все направлено на выживание: спасайся, борись, убегай. В этой ситуации организму не до секса, и сексуальное влечение полностью подавляется. Сексуальное влечение возможно только тогда, когда, наоборот, активизируется парасимпатическая система: в этом состоянии организм расслаблен, дыхание глубокое и спокойное, вы можете отдыхать. Именно на этом спокойном фоне работы парасимпатической системы возможно полноценное сексуальное возбуждение.