Татьяна Чеснокова – Выжившие. Что будет с нашим миром? (страница 55)

М. Дж. Акбар: Давайте разберемся в природе демографии. Совершеннейший миф – что мощь страны зависит от числа ее жителей. В Великобритании было 20 млн человек, и они в одной Индии правили 300 млн. Во времена Екатерины Великой и Александра Благословенного численность России едва ли была больше 19 млн человек, а прирост территории осуществлялся с огромной скоростью. Так? Рим правил миром, а какого размера был сам Рим и какого размера были территории, которыми он правил?

Мощь государства никак не связана с количеством его подданных, мощь зависит от знаний, присущих этой нации или этому государству, и возможности претворить эти знания в технологии, промышленность и так далее.

10 лет назад население Индии и Китая было таковым, что невозможно было просто прокормить такое количество людей, и их наличие было слабостью государства, отрицательным фактором, а не его силой, это было финансовое обязательство, а не актив. Сегодня населения Индии и Китая больше миллиарда в каждой – это уже актив этих стран, сильная сторона. В чем заключается разница? В том, что 10 лет назад мы не могли превратить наше население в производственную силу, они не созидали экономический рост, промышленный рост. Сейчас, когда мы умеем это делать, нам нужны дополнительные рабочие руки.

Самая крупная ошибка, совершенная Китаем, – это введение политики «одна семья – один ребенок». По имеющимся оценкам, в 2030 году количество пожилых людей в Китае будет гораздо выше, чем молодежи, а в Индии тогда, по оценкам, 60% населения будут именно молодые люди.

Жан-Франсуа Ришар

Экономист с мировым именем. В течение долгого времени сотрудник Всемирного банка, в последние годы вице-президент Всемирного банка по делам Европы. Всего за время своей деятельности во Всемирном банке поработал в шестидесяти странах мира, выступал в качестве экономического консультанта правительств многих стран по всему миру.

Автор нового подхода к управлению: идеи создания неправительственных экспертных структур, обладающих репутационной властью и работающих над поиском ответа на основные глобальные вызовы человечеству. Эта концепция изложена в книге Ришара «На переломе» (Двадцать глобальных проблем и двадцать лет на их решение), которая вышла в том числе и в России.

Участник проекта «Мировые интеллектуалы в Санкт-Петербурге», по приглашению ИА «Росбалт» посетил Санкт-Петербург и выступил с публичной лекцией в СПбГУ. Интервью подготовлено в рамках проекта.

Россия могла бы стать новым моральным лидером мира

– Нельзя сказать, что в России хорошо осведомлены о работе Всемирного банка. Каков объем средств, предоставленных Всемирным банком в прошлом году развивающимся странам?

– Порядка 25 миллиардов долларов. Надо сказать, что из-за слова «банк» часто возникает путаница, на самом деле это, собственно говоря, не банк, а, скорее, международный институт развития, созданный в 1944 году с единственной целью – борьбы с бедностью. Мы разрабатываем программа для развивающихся стран и предоставляем кредиты под низкий процент для осуществления этих программ, предоставляем гранты.

– В России широко обсуждалась вышедшая в свет в 2005 году книга международного экономиста-эксперта Джона Перкинса «Исповедь экономического убийцы», который представил международные финансовые организации как инструмент правительства США, с помощью которого развивающиеся страны жестко привязываются к американской политике. Знакомы ли вы с этой книгой?

– Да, я пытался читать эту книгу. Но буквально на десятой странице мне стало очевидно, что этот человек не знает предмета, о котором пишет, так что я бросил это чтение. Всемирный банк безусловно не является инструментом правительства США. Но разного рода спекулятивные разговоры идут вокруг банка с самого начала его работы. Зачастую с именем Всемирного банка связывают проекты, к которым он не имеет никакого отношения. Я, например, много слышал о том, что банк финансирует супердорогостоящий проект в Китае – строительство дамб для развития гидроэлектростанций, говорят туда вложено порядка 30 млрд долларов, но это не имеет никакого отношения к Всемирному банку, и непонятно откуда берется такая информация…

Мне кажется, спекулятивные разговоры вокруг Всемирного банка это отчасти результат того, что люди в целом не очень хорошо относятся к банкам и переносят это отношение на Всемирный банк.

В банке работают порядка 12 000 человек, и примерно 5000 из них – это лучшие в мире эксперты по разнообразным проблемам развития – от витаминизации детей до построения хайвеев в Африке и развития системы высшего образования. Эти эксперты, безусловно, ни в коей мере не являются проводниками какой-либо идеологии, единственный критерий – что помогает решить проблему, а что не помогает. Эксперты помогают развивающимся странам с получением денег, но это не главное, главное – обобщая имеющийся опыт, они дают советы, что может помочь в данной ситуации и в данной стране. Многие ошибочно видят во Всемирном банке машину по зарабатыванию денег, но на самом деле это машина по передаче знаний и умений. Разумеется, Всемирный банк совершает ошибки, как и все люди, как и все организации, но это именно ошибки, а не идеологические диверсии. Авторы книг, подобных той, про которую вы говорили, совершенно не упоминают такие проекты Всемирного банка как спонсирование миллионов операций по излечению от катаракты в Индии и витаминизации детей во всех бедных странах…

– В своей работе вы всегда тесно взаимодействуете с правительствами тех стран, где работаете. Ваш проект создания глобальных исследовательских сетей как структур, параллельных с национальными правительствами, это результат опыта, показывающего, что в нынешних условиях правительства отдельных стран неэффективны в качестве «менеджеров» для решения важнейших мировых проблем?

– Всемирный банк – одна из немногих организаций, где люди абсолютно не концентрируются на национальной принадлежности. Я сам никогда не задумываюсь, кто этот сотрудник – индиец или итальянец. Мы действительно выше уровня национальных игр. При этом мы работаем по всему миру. Я за время своей работы в банке успел поработать в шестидесяти странах – от Перу до Бангладеш, от Саудовской Аравии до Вьетнама. Одновременно приходится работать в абсолютно разных секторах экономики и социальной жизни, заниматься и начальным образованием, и глобальным потеплением, и медицинским обслуживанием, и сельским хозяйством…. И при этом, работая по всему миру и имея дело с разными секторами хозяйства, получаешь возможность встречаться с руководителями и политическими лидерами разных стран, топ-менеджерами крупнейших корпораций.

Из этих трех составляющих – восприятия себя вне национальности, знакомства с разными секторами жизни и лидерами разных стран и экономических структур – в конце концов складывается ощущение, что ты находишься в «кабине пилота», там, где осуществляется управление нашей планетой. И вот в один прекрасный момент вдруг понимаешь, что пилота-то в этой кабине нет или, иными словами, что «король голый». Разумеется, есть национальные правительства, есть множество международных объединений – более 45 различных международных организаций, но этими силами не решить вставшие сегодня перед цивилизацией проблемы.

Я выделил 20 самых неотложных проблем, проблем, которые требуется решить в течение ближайших двадцати лет. В течение долгого времени они постепенно нарастали, и сегодня мы на пороге периода, когда их глубина начнет нарастать гораздо быстрее, чем раньше.

Экологические проблемы: глобальное потепление, снижение биоразнообразия, истощение рыбных запасов, сведение лесов, нехватка чистой воды, загрязнение прибрежных вод.

Социальные проблемы: бедность, локальные конфликты и терроризм, низкий уровень образования, глобальные инфекции, информационно-технологический разрыв между богатыми и бедными странами, разрушения, связанные со стихийными бедствиями.

Правовые проблемы: необходимость новой глобальной системы налогообложения, регулирование биотехнологий, необходимость глобальной финансовой системы, незаконный оборот наркотиков, необходимость совершенствования правил торговли и инвестирования, вопросы интеллектуальной собственности, вопросы электронной торговли, разработка единых трудовых норм и правил миграции.

Это период очень сложной навигации для нашего земного корабля, и старыми системами управления мы с этими проблемами не справимся. Дело в том, что все национальные правительства действуют с одной стороны в рамках защиты интересов определенной территории, а с другой – в рамках своего избирательного цикла, как правило, это четыре года. Но нынешние проблемы человечества выходят далеко за пределы этих лимитов: для их решения требуются действия на территориях, охватывающих десятки и сотни стран и в течение не четырех, а ста лет. Таким образом, возникает противоречие между территориальными и временными характеристиками управляющих систем – правительств и территориальными и временными характеристиками проблем, которые требуется решать.

К сожалению, как показывает опыт, создание некоего Мирового правительства, которое давило бы сверху на национальные правительства и обеспечивало приоритет общемировых интересов над национальными, невозможно. Две сотни государств с разной ментальностью, историей и идеологией не сумеют договориться о создании такого правительства, которое каждая из стран будет считать легитимным. Принципы представительной демократии здесь не работают. И тогда у меня возникла другая идея – пойти по пути экспертных сетей. Ведь любой предпочтет, чтобы в кабине были пилоты, а не представители пассажиров… Конечно, тут встает вопрос, как создать такие сети экспертов, которые бы отражали интересы всего человечества. Мне кажется, можно было бы воспользоваться опытом существующих международных организаций, которые работают с экспертами, эти организации могли бы быть инициаторами создания сетей. Сами же Глобальные исследовательские сети должны состоять из экспертов, делегированных разными странами, бизнесом и гражданским сообществом.