Татьяна Бурцева – Русичи: Семеро храбрецов (страница 11)
– Спустите его, пусть на земле проветрится, – брезгливо бросил Доброслав.
Сход, между тем, продолжался.
– Ну, так что делать будем?
– Отдадим все?
– Мож, повоюем?
– Да кто воевать станет?
Никанор стоял чуть в стороне от самых бойких участников спора. Ему не было резона вмешиваться. В его жизни все было просто. Как боярин решит, так он и поступит. Но сейчас, молчание Доброслава приводило его в недоумение. Он не знал, как себя вести и что думать.
– Воинов нам бы с десяточек…– чуть слышно произнес он.
Однако сосед Никанора услышал его речь.
– Нам бы воев нанять, – возвысил голос он.
На торгу на мгновение замолчали.
– На что кормить станем? – тут же нашелся кто-то.
– Все одно, что наемникам мзду собирать, что разбойникам.
– Придут чужие люди, дочек по сеновалам растащат, бедокурить начнут…
– Разбойнички-поди лучше! Они-то наших дев не тронут!
– Может, вправду воев поискать? Авось за прокорм согласятся пару неделек у нас погостевать. Как знать, вдруг и разбойники тогда рисковать не станут?
Боярин, который с умыслом давал всем высказаться, чтобы страсти вырвались наружу, решил, что пришла пора вмешаться.
– Какие вои? – с презрением в голосе выкрикнул он. – Кто согласится отдать жизнь, за плошку каши, да еще без сала? Хватит глотку попусту драть! Все одно делу не поможете. Еще с утра я отправил гонца, чтобы пришли княжьи люди. Кто нас лучше князя оборонит?
Над площадью повисла тишина. Однако продлилась она недолго. Сход и на эти слова нашел аргумент.
– Пока те гонцы до Холма доскачут, нас уже тати пожгут и добро вывезут!
Эти слова были словно ушат воды, вылившийся на горячие головы. За спорами люди позабыли как мало у них времени.
– Нужно попытать счастья.
– Авось защитники найдутся.
– Станем выкуп собирать.
– Ага, тати выкуп возьмут, а потом, что осталось.
Тут слово взял молчавший до того священник. Он уже разобрался в том, что происходит и посчитал, что тоже должен высказаться.
– Опомнитесь люди! – произнес он, и споры на мгновение прекратились. – Нельзя же нажитым добром измерять ценность жизни. Не за добро должно биться. Земные блага преходящи, тяжко наживаются, но легко уходят. Если бы мы знали, что тати заберут выкуп и уйдут, не стоило бы сокрушаться. Но мы не знаем этого. Защищать нужно жизни наших близких, детей, стариков. Как мы справимся с этим? Пусть наместник скажет. Он в ответе за нас перед князем.
Боярин кинул в сторону священника неприязненный взгляд.
– Хорошо, – ответил он. – Решим так: отправим людей на поиски наемников, казну я дам, а сами соберем выкуп, кто сколько сможет. Придут тати, будет видно, как нужно поступать. Тем более, что я до сих пор в ночных разбойников не верю.
Загудели одобрительные голоса.
– Кто поедет-то?
Боярин не замешкал с ответом.
– Никанор, старшой мой пусть едет, возьмет пару охранников. Кому как не ему сладить с наемным людом.
– Ладно говоришь!
– Все правильно!
– Так и поступим…
Никанор почувствовал, как спокойствие возвращается в его душу. Он долго ждал от боярина этих слов. Никанор был готов исполнить свой долг. Правда, было одно «но». Доброслав в этот момент смотрел на несчастного юношу. Взгляд его был полон искренне неприязни.
– Пусть Николку с нами отпустит, – негромко произнес Никанор.
Сосед услужливо повторил слова старшого.
– Пусть мальца с собой возьмут, может, узнает кого в дороге!
Боярин побагровел.
– Берите и этого, – выдохнул он, – меньше болтать станет. Все!
Доброслав резко развернулся и сбежал с помоста. Дворня последовала за ним.
Сход стал потихоньку расходиться, однако то там, то здесь оставались еще кучки людей, оживленно жестикулирующих и выкрикивающих какие-то фразы.
Решение было принято.
***
Отправились в путь еще до конца дня. Конечно, ждать, когда Никола наберется сил никто не стал. Не было времени. Никанор рассудил, что молодость юноши возьмет свое и тот оклемается в дороге.
Никола забрел в родную хату, молча выслушал причитания матери, наскоро собрался, и повел коня со двора.
– Куда ты? Куда собрался?
Объяснять не было ни сил, ни желания.
– В дорогу. С Никанором. Воев искать поехали, скоро будем.
– А работа как? А ну как пропадешь? Что делать станем?
«Мы все скоро пропадем», – подумал юноша, но вслух произносить ничего не стал.
– Не беспокойся, с работой все решим, – сказал он. – Через пару дней вернемся. Я отработаю.
С легким трепетом въехал на двор боярина. Никанор и два его подручных, те, что били его накануне, уже ждали.
– Поехали, – на их лицах было написано равнодушие.
Они не испытывали к нему ничего – ни сочувствия, ни ненависти.
Все четверо повернули коней к воротам.
Вдруг на самом верху терема скрипнула дверь. Никола невольно поворотил взгляд.
Наталка. Она жалась к косяку и смотрела на юношу.
В ее глазах не было жалости и презрения. Только страх за него и что-то еще…
Никола выпрямился в седле. Теперь у него была причина победить в неравной битве, что их ожидала вскорости.
Никанор перехватил взгляд юноши, но на его лице ничего не отразилось. Все переживания он давно прятал глубоко внутри.
***
Лишь один Никанор знал, куда они ехали. Сам в прошлом княжеский дружинник, а теперь наемник, он знал, где можно поискать людей. Заезжали на постоялые дворы, спрашивали в корчмах, но пока никого не находили.