Татьяна Бердникова – Знак феникса. Тайна Бабочки (страница 8)
- Кто? Что? Какая… - он примолк, слушая ответ и, продолжая хмуриться, мотнул головой, - И чего?.. ЧТО?!
Последний выкрик сыщика был таким громким, что ни Дэм, ни Франц не удивились бы, услышь их обитатели домика и выгляни они навстречу.
Очевидно, Курт тоже это понял. Собеседник продолжал что-то говорить, даже более – оживленно тараторил, но мужчина уже не слушал. Он раскашлялся, сплюнул себе под ноги и решил прекратить беседу.
- Я на работе, - бросил он и, заметно пересиливая себя, прибавил, - Перезвоню.
После чего решительно убрал телефон от уха и сбросил вызов, выразительно кивая стоящему ближе всех к двери Варжику. Тот глубоко вздохнул и, наконец, надавил на кнопку звонка.
***
Ждать пришлось долго. Они стояли, внимательно вслушиваясь в звуки за дверью, и слышали лишь тихий шум машин вдалеке, да негромкий шорох ветра в кронах окружающих дом деревьев. Внутри горел свет, дом явно был обитаем, даже смутные тени чудились за занавесками – но открывать никто не спешил.
Прошло несколько минут, прежде, чем Франц, тяжело вздохнув, протянул руку к звонку снова. И в ту же секунду дверь распахнулась.
Курт чуть заметно сузил глаза. Приближающихся шагов сыщик не слышал, и это уже внушало ему подозрения – ни один человек с чистыми помыслами не будет скрываться, не будет передвигаться нарочито бесшумно. Если же этот парень, сейчас замерший на пороге, скрывается – значит, у него есть на то причины. Значит, у самого Рейнвальда есть веская причина для подозрений.
- Чем могу помочь?..
На пороге стоял человек лет тридцати или старше, с землистым лицом и маленькими глазками. Ничего особо примечательного в нем не было, никакими особыми чертами природа его не наделила, но впечатление почему-то создавалось отталкивающее. Пожалуй, если бы не нужда, ни один из пришедших к его порогу людей не пожелал бы водить с ним знакомство.
По крайней мере, насчет себя Курт был уверен. Он в принципе не любил заводить близкие знакомства с кем бы то ни было, ненавидел близко сходиться с людьми, и был свято убежден, что окружающие его взгляды разделяют. Когда на пути сыщика встречалось опровержение этого убеждения, он всегда очень изумлялся.
Впрочем, этот парень, похоже, разделял мнение лучшего из лучших. Никакой радости ни в землистом лице, ни в маленьких глазках заметно не было, более того – смотрел незнакомец настороженно и почти подозрительно.
Рейнвальд прищурился сильнее, сдерживая привычное першение в горле.
- Ты кто?
- Что значит – «кто я»? – собеседник даже немного отступил, - Вы пришли ко мне домой и спрашиваете, кто я??
Курт негромко фыркнул и, переведя взгляд с одного из своих спутников на другого, сделал мгновенный выбор.
- Каттервуд! Покажи-ка ему значок. Ты его, надеюсь, не забыл, как наручники?
- Не забыл, - слегка огрызнулся молодчик и, отодвинув полу куртки, продемонстрировал полицейский значок. Он, по счастью, у стажера имелся, а то Курт уж начал просчитывать, как вести себя, если таким щенкам не выдают значки. На Варжика-то точно надежды нет, а сам Рейнвальд вообще с боку припека, помощник и не более того.
Впрочем, вопрос решился сам собой. Недоумевающий парень замотал головой, хмурясь и сделал неловкое движение, будто хотел закрыть дверь. Передумал на середине движения и оставил ее распахнутой.
- Но что полиции может быть нужно от нас? – он вдруг понизил голос, - Если вы… по поводу отца…
- Давай-ка я вопросы задавать буду, парень, - Курт бросил окурок на аккуратный газон и безжалостно раздавил его мыском тяжелого ботинка, - А то мороки не оберешься. Итак, кто ты?
Собеседник, проследив его действие, угрюмо вздохнул. Видимо, здесь не приветствовалась порча зеленых насаждений.
- Фрэнсис Райт, - буркнул он, - Джим Райт был моим отцом. Его, как, думаю, вам известно, убили. Вы же поэтому?..
На сей раз Курт не стал спорить. Он церемонно кивнул, прочищая горло и, оттеснив плечом Франца, вышел вперед.
- Значит, сынок… А жена Джимми где?
- Мама в комнате, - Фрэнсис нахмурился, - Послушайте, сэр, я не понимаю, что вы…
- Герр, - привычно поправил мужчина и, перекинув косичку через плечо, тотчас откинул ее назад, - Герр Курт Рейнвальд. Не то, чтобы к вашим услугам и не то, чтобы очень приятно… Разговор есть. Пропустишь в дом?
Фрэнсис, совершенно сбитый с толку таким напором (собственно, Рейнвальд этого и добивался), неуверенно отступил, делая приглашающий жест в сторону коридора за своей спиной. Франц и Дамиан за спиной сыщика быстро переглянулись, обмениваясь безмолвным мнением об этой сцене. Курт ничего не заметил. Он пер вперед с упорством носорога, хладнокровно снося любые преграды.
- Итак, Фрэнсис, - заговорил сыщик вновь, только уже зайдя в дом, - Что вы можете рассказать нам о… ну, начнем стандартно – о врагах вашего родителя?
Райт-младший запнулся на ровном месте и ошарашенно уставился на мужчину. Чем-то вопрос того изумил, даже шокировал его, но чем – навскидку понять было сложно.
- Каких врагах?.. – ошалело пробормотал он, - Папа директором детского сада работал! Какие у него враги могли быть?
- Может, кто-то из недовольных родителей… - Варжик вздохнул и опустил взгляд. Курту почему-то показалось, что слова его были шуткой, и теперь незадачливый комиссар пытается скрыть это. Фрэнсис, тем не менее, принял все за чистую монету и активно замотал головой.
- Папа всегда все лучшим образом обустраивал для всех! Никто слова худого… - он шмыгнул носом, - И… и когда это случилось, на похоронах, знаете… много было из родителей кого. Все его уважали, любили…
- Фрэнсис!
…
Высокий, нервный голос с напряженными нотками в нем, раздавшийся из-за одной из закрытых дверей, выходящих в коридор, мигом отвлек всех от беседы. Райт-младший торопливо вытер глаза и, выпрямившись, нахмурился в сторону сыщика, конспиративно понижая голос.
- Мама очень тяжело это перенесла, - прошептал он, - Так что не надо с ней, как со мной, хорошо? Пожалуйста, будьте помягче!
- Хорошо, - Дамиан, вступая в игру, решительно протиснулся вперед. Себе в деле ведения более или менее мягкого разговора парень доверял значительно больше, чем Францу Варжику и, уж тем более, Курту Рейнвальду. Последний для культурной беседы, по мнению юноши, вообще не был приспособлен.
Дверь распахнулась, являя взору незваных гостей худощавую немолодую женщину, закутанную в теплый халат, с наброшенным на плечи платком. Глаза ее лихорадочно блестели, лицо осунулось и вообще создавалось впечатление, что миссис Райт серьезно больна.
- Кто эти люди, Фрэнсис? – говорила она, тем не менее, хорошо поставленным, надменным и властным голосом. Дэм не без злорадства отметил, что даже Рейнвальд впечатлен.
- Мы просим прощения за беспокойство, мэм, - заговорить, тем не менее, парень решил сам, - Мы из полиции. Расследование по поводу гибели вашего мужа было возобновлено, и поэтому…
- У нас возникла острая необходимость поговорить с членами его семьи, - оборвал его Курт и тут же закашлялся. Дэм незаметно поморщился. Конечно, никогда не может удержаться, чтобы свои три копейки не вставить…
Миссис Райт перевела на сыщика задумчивый, тягучий взгляд и немного вытянула шею, становясь похожа на дремлющую змею.
- Что ж, извольте, - она по-прежнему говорила надменно и властно, но Курта этим уже, похоже, не смущала. Да, этого вообще сложно прошибить – толстокожий, эгоистичный, как такого только земля носит!
- Изволяю, - настырно заявил сыщик и полез за сигаретами, - Давайте-ка сразу к делу. Ваш сын утверждает, что врагов у Джимми не было и быть не могло. Но, учитывая, что кто-то его все-таки грохнул, можно сделать неоспоримый вывод, что враги у него все-таки были. Что можете сказать вы?
Что сказать, миссис Райт нашлась сразу же, и ответу ее Дамиан едва не зааплодировал.
- Не курите в доме, - холодно процедила она, - Мой муж терпеть не мог запах сигарет, особенно
Курт фыркнул и, сунув добытую пачку обратно в карман, демонстративно кашлянул, после чего перекинул косичку на грудь, нервно теребя ее. Заядлому курильщику без дозы никотина было явно некомфортно.
- Так что там насчет врагов?
Миссис Райт выдержала приличествующую случаю паузу, делая вид, что размышляет. Впрочем, не исключено, что она и в самом деле размышляла, но выглядело это все настолько театрально, что волей-неволей ощущалась фальшь.
Фрэнсис все это время молча сутулился у противоположной стены коридора. Он, вероятно, знал свою мать и не желал мешать ей ставить незваных гостей на место.
«Маменькин сынок», - с невольным омерзением подумал Дэм, но развить мысль не успел. Женщина вновь подала голос.
- Должна сказать вам, молодой человек, ваш вопрос вызывает во мне изрядное смущение. Мы с мужем всегда были порядочными людьми, и дел с теми, кого могли бы впоследствии назвать врагами, не имели. Но я не могу оспаривать вашу правоту – раз кто-то поднял руку на Джима, значит, враги у него действительно были. Возможно, он держал их в тайне, хотя мне неприятно думать так. От меня у Джима секретов не было.
Фрэнсис у стены как-то очень выразительно вздохнул, и Дэм внезапно понял,