Татьяна Алхимова – Сага о Тёмных Воинах (страница 45)

– Не надо. Я обещал, значит, помогу, – Флэк направился к двери. – Идём?

– Да. Чтобы было быстрее Оливер перенесет нас, спускайся в гостиную.

Они вышли из комнаты и в мрачном и волнительном молчании зашли в гостиную, где их уже ждал Оливер. Спустя мгновение Воины стояли перед домом Даяны, поливаемые дождем. Всадник мгновенно вернулся в убежище, чтобы не вызывать подозрений и не мокнуть. Вик и Флэк зашли в дом. Сегодня здесь было темно и тихо. Медленно они прошли в дальнюю комнату.

На широкой кровати лежала бледная Даяна, на прикроватном столике горел тусклый светильник, за окном стучал дождь, и легкий ветер задувал в открытое окно, капли падали на пол, собираясь в лужицу. Даяна увидела Вика и слабо улыбнулась ему.

– Как ты? – подбежал к ней Вик, взяв за руку. – Хуже?

– Пока терпимо, – еле слышно произнесла она. Губы её были бледными, похоже, что схватки начались достаточно давно, и она порядком утомилась.

– Может, врача? – спросил Флэк. Его настолько поразил беспомощный вид Даяны, что он забыл свою ненависть к Злате и всем людям. Единственным желанием было – помочь этой женщине, избавить её от боли и мучений.

– Нет! Это может быть слишком опасно, я не позволю вам так рисковать, – запротестовала Даяна.

– Если что-то пойдет не по плану, я приведу доктора. Пока справимся сами, – Вик ласково провел бледной рукой по лицу Даяны, заметив, как она напряглась и закрыла глаза, пытаясь справиться с болью. – Флэк, принеси-ка воды и полотенце.

Флэк вышел в кухню, набрал воды, захватил полотенце и, бросив тоскливый взгляд на аккуратные занавески, вернулся в комнату. Даяне становилось хуже с каждой минутой, она не могла лежать, сидеть или стоять. Вик помогал ей принять удобное положение, шептал что-то на ухо, утешал. Она часто дышала, а иногда и вовсе задерживала дыхание. Флэк больше не мог смотреть на эти мучения и вернулся на крыльцо. Дождь всё ещё шёл, скоро ночь перевалит за половину, возможно ли в такой час найти врача, если Даяне понадобится помощь?

Странник сел на верхнюю ступеньку и осматривал двор – по листьям цветов и кустов стучали капли, дорожка и вовсе превратилась в маленький водяной поток, никакого движения вокруг. Вдруг Флэк представил вместо Даяны свою мать, которая в мучениях родила двоих детей – у неё не было надежды на помощь. Она могла бы погибнуть или сама, или вместе с ребенком. Разве новая жизнь стоит таких страданий? И как она после всего этого могла любить своих детей? Почему любовь именно такая, не приходит сама по себе, а только после мучений? И как самоотверженно ведет себя Вик, помогая и участвуя во всём. Смог бы он, Флэк, поступить так же? Если бы Мэй была на месте Даяны, а он на месте Вика? Нет. Странник помотал головой, прогоняя странные мысли. Он никогда не заставит Мэй страдать. Конечно, он не мог знать, что Вик успел отправить ворона с сообщением для неё о том, что с Флэком совсем плохо, а она ответила кратко: «Пусть приходит».

Странник закрыл глаза и просто слушал дождь. Он сосредоточился на звуках окружающего мира, чтобы не думать, не вспоминать. Ему казалось, что прошла целая вечность, когда на его плечо опустилась тяжелая рука Вика.

– Побудь с ней, нужен врач. Боюсь, что без помощи нам не справиться. Что-то пошло не так, – голос Вика дрожал, как и руки.

– Что мне делать? – Флэк с трудом возвращался в привычный мир.

– Ничего! Просто будь рядом, я быстро, – с этими словами Вик обернулся большим черным вороном и улетел в ночь.

Флэк торопливо вернулся к Даяне. Выглядела она гораздо хуже, чем некоторое время назад. Лежала почти без движения, бледная, мокрая. В углу комнаты он заметил окровавленные простыни.

– Даяна, – прошептал Флэк, боясь подойти ближе.

– Странник?..

– Да, это я. Вик полетел за доктором, всё будет хорошо. Вы… Ты только держись, пожалуйста.

– Спасибо, – вздохнула Даяна и крепко вцепилась в край кровати, сжав зубы. Флэк не знал, что делать и просто стоял и смотрел на мучения этой милой женщины.

Он видел, как она борется с болью, с самой собой, не давая себе шанса вскрикнуть. Вены на её висках напрягались и выпирали страшными синими буграми, на руках видны были все мышцы и сухожилия, готовые порваться от напряжения. Флэк, глядя на неё вдруг ощутил всю боль Даяны, как свою собственную, и бросился к ней. Опустившись на колени рядом с кроватью, он схватил руку Даяны в свою и крепко сжал её.

– Держись, пожалуйста! Вик уже скоро. Ты должна справиться! Он так любит вашего ребенка и тебя, Даяна!

– Я больше не могу… – еле шептала она. – Сил нет.

– Мы не позволим тебе умереть! Ты выдержишь! – Флэк чувствовал, как его губы трясутся, всё тело дрожало. Ну, где же Вик?

Наконец, в коридоре послышался шум, и в дверях появилась женщина средних лет, по виду – вампир, черные волосы, бледное лицо с маленькими узкими глазами, практически лишенными ресниц. Она несла с собой небольшой чемоданчик и на ходу засучивала рукава.

– Так, что у нас тут? – по-деловому спросила она.

– А где Вик? – удивился Флэк.

– Сражается. Сказал, что справится. А вы будьте тут, Странник. Напали на нас по дороге, засада, – женщина говорила четко, просто, по-будничному, будто рассказывала, как сходила на рынок за продуктами.

– Лучше я пойду! А он должен быть здесь, с Даяной!

– Стоять! Ты нужен тут, слово Вика для меня – закон. Иначе не буду помогать этой бедняге.

– Что нужно делать? – смиренно спросил Флэк, не представляя, чем вообще может помочь в такой ситуации.

– Сейчас разберемся, – обтерев руки вонючей спиртовой салфеткой, акушерка принялась осматривать Даяну. Флэк отвернулся, чтобы не смущать её, да и боялся увидеть что-то шокирующее. – Странник! Иди сюда.

Женщина поманила его рукой в сторону и зашептала:

– Плохо всё, будем резать. Иначе она не родит никогда, помучается ещё немного и всё. Сейчас я вколю ей обезболивающее, подожду немного и начну оперировать. Делать всё надо быстро. Приготовь пока что-нибудь, во что можно запеленать ребенка и будь готов выполнять всё, что я скажу! Понял?

– Да, – Флэк открыл шкаф, и пока акушерка вкалывала Даяне лекарство, отыскал там одеяло и кучу полотенец, сложил на стул около кровати и стал ждать.

Женщина ходила вокруг Даяны, проверяла пульс, дыхание, раскрыла живот и стала обтирать всё той же салфеткой. Флэк отвернулся, вид огромного живота, внутри которого было живое существо, а возможно – вампир, пугало его. Он сел на пол рядом с изголовьем кровати и гладил Даяну по голове, желая только одного, чтобы Вик вернулся поскорее и сменил его. Лекарство подействовало, и акушерка приступила к операции. Флэк встал, чтобы быть готовым помочь, но продолжал держать Даяну за руку. Она иногда открывала глаза и пустым взглядом смотрела по сторонам.

– Давайте я позову Вика! Он должен быть тут, – не выдержал Флэк.

– Ты забыл, что я сказала? Стой здесь и жди.

– Да что бы вас, он отец, не я! И сражается он гораздо хуже меня.

– Ты что глупый такой? О тебе нехорошая слава идет, а тут сражение в самом крупном городе, ночью… Не понимаешь? Не привлекай внимания! Вик на службе, его смена – ночью! Ты сделаешь только хуже, если отправишься туда. И подставишь Ворона.

– Я не подумал об этом, – прошептал Флэк.

– Вот именно! Думаешь только о битве и славе. Всё, не мешай мне.

– Она выживет?

– Да, куда ж денется. Правда оправится не скоро. Ей бы вообще не рожать…

– Не говорите ничего, не хочу знать лишнего. Роды не мужское дело! – Флэк теперь уже боялся повернуть голову.

– Конечно! Все вы так говорите, не мужское… Вот из-за большой любви она так мучается. Понял? – акушерка явно злилась, и Флэк прекрасно понимал её, он помнил разговор с Виком.

– Флэк, – спустя минут пять услышал он за спиной, – давай одеяло или что там у тебя. Быстро!

Странник отпустил руку Даяны и схватил одеяло. Повернувшись к женщине, он увидел в её руках грязный, окровавленный комок, больше похожий на какого-то лысого зверька, чем на человека. От его живота тянулась длинная синеватая пуповина. Акушерка перевернула ребенка на живот в своей ладони и с размаху хлопнула по спинке и ягодицам. Малыш издал странный булькающий звук, закряхтел, а потом заплакал.

– Девочка! – объявила женщина с довольным видом и положила её на руки Флэка, ловко перерезала пуповину и закрепила её у живота. – Бери полотенца, обтирай её и уноси. Я тут сама справлюсь.

Флэк бросил взгляд на растерзанную Даяну, подавил возглас ужаса и, схватив полотенца, вышел из комнаты с плачущим ребенком на руках. Сколько он видел безобразных трупов, отвратительных существ, но не испытывал ничего похожего на то, что ощутил сейчас. Нет, не было среди его чувств отвращения, только страх, жалость, граничащая с всепоглощающим горем. Она, Даяна, лежала там без чувств, даже не зная, что произвела на свет нового человека. Её жертва слишком велика, и Флэк никак не мог принять мысль о том, что ради вот этого сморщенного человечка, она была готова идти на самоубийственные действия в виде беременности и родов.

Странник вышел на кухню, уложил ребенка на стол и стал осторожно вытирать полотенцем. Девочка надрывно пищала, суча ручками и ножками. Флэк смотрел на неё и пытался найти черты Вика или Даяны. Редкие черные волосы, чуть заостренные ушки, беззубый рот, крошечные красные пальцы и худые ножки. Большими были только живот и голова. Осторожно завернув девочку в одеяло, Флэк неловко взял её на руки и, не зная, как успокоить, стал ходить по кухне. Малышка всё плакала и плакала, дождь не заканчивался, акушерка не выходила. От отчаяния Странник начал что-то нашептывать девочке, покачивать её, умоляя успокоиться.