Татьяна Алхимова – Сага о Тёмных Воинах (страница 47)

– Я не проиграю. Ни Правителю, ни Ронгу, ни самому себе, – твердо прошептал он.

Флэк дождался, пока солнце поднялось совсем высоко, скинул с себя анорак, пропитавшийся за ночь потом и запахом ребенка, надел простую черную рубашку, и спустился вниз. Ему ужасно хотелось есть и пить. В последние недели обычные человеческие нужды отошли на второй план и Флэк чувствовал слабость вперемешку с постоянным голодом. На кухне было пусто, несмотря на поздний час. В холодильнике Странника не оказалось еды, и ему пришлось заглянуть к Оливеру и Ториусу. Найдя съестное, Флэк принялся спокойно и почти безразлично готовить себе завтрак, он, не задумываясь, резал мясо, жарил яйца, наливал в кружку молоко. Эти обыденные действия успокаивали его, придавали уверенности. Да, он убедился в том, что хочет жить обычной жизнью, не хочет ни применять свою силу лишний раз, ни развивать её. Пусть он и может использовать её в мирных целях, как намекала Мэй, но не будет этого делать. Слишком велика притягательная сила мощи фиолетовых молний. Душа Флэка не готова сопротивляться искушению. Приготовив завтрак, он с удовольствием съел его, смакуя каждый кусочек. Спешить всё равно некуда, Странник был уверен, что за ним придут и самому ему никуда не придется для этого выдвигаться.

После завтрака, Флэк обошёл убежище и убедился, что в доме никого кроме него нет. Чтобы занять себя хоть чем-то, он зашёл в гостиную, раздвинул все шторы, пуская яркий солнечный свет в мрачную комнату, достал меч и начал тренировку. Стулья и кресла служили мишенями, он рубил их в клочья, вокруг разлетались куски ткани и щепки, а Флэк видел кровь врагов. Скоро всё помещение превратилось в свалку, ни одного целого предмета мебели не осталось. Странник с удовлетворением осматривал сломанные стулья и жалел, что их слишком мало. К нему опять возвращалось привычное мрачное состояние, за которым умело скрывалось желание разрушать. Оставив всё, как есть, он снова вернулся в свою комнату. «Надо что-то делать, они не проявят себя, пока я не выйду навстречу», – размышлял Флэк. Бездействие тяготило. Кое-как ему всё же удалось договориться с собой дождаться Вика и тогда что-то решать.

Время тянулось бесконечно. Флэк успел пару раз сходить в душ, сам не понимая, зачем, он спал, снова ел, точил меч, перебирал одежду в шкафу, смотрел в окно. Никто не возвращался, город продолжал шуметь в окна, которые Странник раскрыл по всему дому. Наконец, солнце начало клониться к закату. Убежище залил золотой свет, а Флэк стоял, застыв у окна в своей комнате, и ждал возвращения Воинов. Всё ниже и ниже опускалось солнце, город укрывал полумрак, звуки стихали, ещё немного и всё вокруг погрузится во тьму. А пока есть ещё час или два, рабочие успеют вернуться домой, заводы закроют свои двери, торговцы уберут лотки.

Из коридора послышался легкий шорох, будто ткань струилась по полу. Флэк не двигался с места, выжидая. В дверном проеме появилась высокая фигура в длинной черной накидке и капюшоне, накинутом на лицо. По изящным кистям рук, видневшимся из рукавов, Флэк понял, что его снова посетила Злата. Он не стал здороваться, а продолжал стоять у окна. Пусть сама начинает разговор, если уж решилась вернуться после вчерашнего.

– Флэк, – тихо прошептала Злата. – Я пришла просить прощения.

– Да? Интересно, за что? – Флэк и, правда, был удивлен. Она не добилась поставленных целей и пошла другим путем или Правитель приказал ей выполнить задание любой ценой? Почему бы просто не прекратить попытки?

– Я недооценивала тебя. С тобой нельзя так, как со всеми остальными. Ты совершенно другой, – Злата говорила тихо, извиняющимся тоном и медленно подходила ближе, не поднимая лица.

– Хватит. Если ты пришла петь мне дифирамбы, то можешь уходить. Я же сказал тебе вчера всё, что хотел. Просто уходи, – он отвернулся. Ему неприятно было смотреть на Злату. В его памяти всплывали моменты вчерашнего вечера, и он сам себе становился противен, тот Флэк был чужим и гадким.

– Не прогоняй меня, пожалуйста, – Злата подошла совсем близко и сняла капюшон. Флэк увидел заплаканное лицо, грустные пустые глаза, шею закрытую высоким воротом платья. – Я смогу искупить свою вину. Скажи, что можно сделать для тебя?

– Ничего. Ты меня бесишь, возвращайся к Правителю и скажи ему, что Флэк Странник не нуждается в обществе чужестранок.

– Подожди, не отказывайся так быстро… – Злата резко сделала шаг вперед и, опередив движение Флэка, крепко обняла его, впилась в губы и стала горячо целовать. Странник пытался вырваться из её объятий, но они были слишком крепкими. Он чувствовал, как на его спине движется рука Златы. Нож! Наверняка у неё в руках оружие. Флэк с удвоенной силой старался оторвать её от себя, но руки девушки словно сковали тело.

– Флэк!!! – раздался крик от двери. В комнату вбежали Оливер и Ториус. У Всадника в руках были мечи, готовые к бою.

Монах и Оливер бросились на Злату и с силой оторвали её от Флэка, отбросив в сторону. Странник стоял в некотором замешательстве, в руке у девушки действительно был кинжал.

– Ты надеялась меня так просто убить? – спросил Флэк. Злата лежала на полу, не поднимаясь.

– Вставай! – крикнул Монах и подошёл к ней. – За покушение на жизнь Воина тебя ждёт казнь.

– Злата, как ты вообще дошла до такого? Зачем так унижаться? – Оливер с горечью произносил каждое слово, лицо его исказилось страданием.

– Да из-за вас это всё, – Злата неожиданно заговорила голосом Ронга. Все с удивлением смотрели на встающую с пола фигуру. Рост стал ниже, плечи шире. Человек повернулся, и Воины узнали Лицедея. К горлу Флэка подступила тошнота. – Не делай такое лицо, Флэк, будто тебя сейчас вывернет наизнанку. Вчера здесь был не я. А сегодня… Ну прости, пришлось. Целовать мужчину – отвратительно. Особенно тебя.

– Убью… – прошептал Флэк и схватил меч.

– Попробуй! – крикнул Ронг, и бросился бежать, скидывая на ходу плащ.

Флэк кинулся за ним, отталкивая Оливера и Ториуса. Они побежали следом. На середине лестницы Ронг исчез, переместившись на улицу. Флэк последовал его примеру. Монах и Всадник переглянулись и тоже выбрались из убежища. Они видели, как Странник скрылся в толпе, и побеждали за ним.

– Стой! – кричал Флэк. – Ты же Воин! Где твоя честь, Лицедей? Я же всё равно тебя догоню, и тогда будет ещё хуже! – он расталкивал людей, откидывая их в сторону, как мешки с картошкой, сверкая мечом. Прохожие узнавали его и сами сторонились.

Ронга впереди видно не было, он каждую минуту менял свою внешность: то перед Флэком бежала молодая девушка, то крепкий мужчина, то сам Ронг. Странник распалялся всё больше, его ненависть и обида на Лицедея росли с бешеной скоростью, глаза наливались кровью. Он четко осознавал, что снова превращается в монстра, готового нести смерть любому встречному. По рукам пробегали молнии, меч начинал светиться. Ещё немного – и он догонит Ронга, возмездие неотвратимо!

Внезапно Лицедей обернулся маленьким ребенком и свернул в сторону, Флэк старался не терять его из виду, но Ронг ловко проскальзывал между людьми, и в этой толпе разглядеть его было трудно. Странник взревел и ворвался в толпу. Люди в панике разбегались, создавая ещё большую неразбериху. Флэк едва сдерживал себя, чтобы не начать рубить мечом всех подряд. Жгучая злоба закипала в нём, сзади кричали Ториус и Оливер, но он старался не замечать их. Его целью был Лицедей, больше всего сейчас Флэк желал разделаться с ним раз и навсегда. Он даже позабыл о том, что это – преступление, за которое, скорее всего, его казнят.

Улица пустела. Странник увидел бегущего ребенка и прибавил шагу. Десять метров, пять и вот его спина – это точно Ронг, таким он и прикинулся – маленьким, чуть больше метра ростом с пепельными волосами, в кургузой курточке и серых штанах.

– Стой, Лицедей! – крикнул Флэк и, догнав ребенка, положил ему меч на плечо. Мальчик обернулся и застыл перед Странником с выражением дикого ужаса на лице. Оно было таким же круглым и неприятным, как у Ронга.

Тяжело дыша, Флэк наслаждался победой. Ужас, который он видел у ребенка, радовал его. Вот теперь настал момент, когда нужно принимать решения моментально. Сзади он слышал спешные шаги Монаха и Всадника, с ними был ещё кто-то. Странник обернулся – Вик с трудом догонял товарищей. Значит, здесь собрались все. Толпа молча взирала на Воинов.

– Флэк! Остановись! Это может быть не Лицедей, – крикнул Ториус.

– Надо всё проверить! – вторил ему Оливер.

– Нет. Ничего проверять не надо, верно, Ронг? – обратился Флэк к мальчику. Не дождавшись ответа, он замахнулся мечом и снес ему голову. Она отлетела как мяч в сторону и приземлилась на мостовую, тело упало к ногам Странника, заливая всё вокруг кровью. Толпа ахнула, женщины завизжали от ужаса, некоторых стошнило. А Флэк стоял и смотрел на труп. По его щекам снова текли черные слезы.

Вик подбежал к телу мальчика и опустился на колени. Он понимал, что уже ничего нельзя сделать, и бессильно смотрел на лужу крови.

– Господи, Странник! Что ты наделал? – Монах схватил его за руку и развернул к себе. – Ты в своём уме?! Это же просто ребенок, посмотри! С чего ты взял, что он Лицедей?!

– Видел, как Ронг превратился, – Флэк опустил меч и продолжал ронять черные слезы.