Татьяна Алхимова – Море в облаках (страница 16)

– Ну, вот я и дома, – весело проговорил Жан и открыл калитку. – Пошли?

– Ух… Пошли, – Офелия несмело шагнула на дорожку.

Жан уже был далеко впереди, он легко вбежал по ступенькам крыльца, дождался Офелию, передал ей банку со звездами, и без стука открыл дверь. На крыльцо и сад упал яркий луч света, девочка зажмурилась и наблюдала. Жан крикнул «Всем привет!», и тут же со всех сторон стали появляться люди. Первой выбежала ему навстречу мама, как поняла Офелия. Высокая стройная женщина с темно-каштановыми волосами, одетая в легкое желтое платье, с повязанным поверх него белым фартуком. Она бросилась к Жану и крепко обняла его, приговаривая:

– Ну, наконец-то! Мы уже заждались, опаздываешь! И как же я соскучилась! – женщина говорила сразу обо всём, то отстраняя от себя сына, то снова притягивая объятиями. – Ты опять вырос! Жан! Скоро отца обгонишь. А я даже не приготовила тебе новой одежды, старая наверняка будет мала! – и тут её взгляд упал на Офелию. – Ой, а это что за девочка?

– Мам, это Офелия. Я пригласил её на ужин, – Жан повернулся к подруге и задорно подмигнул.

– Ой! – женщина всплеснула руками, – Жан, мог бы предупредить! Посмотри, в каком я виде! Ну, ты же мужчина, веди себя приличнее, позоришь нас. Безобразие, – она подошла к Офелии и протянула руку, – добрый вечер, малышка. Я Роза, мама Жана. Очень рада с тобой познакомиться!

Офелия не успела ничего ответить, потому что в прихожей появился высокий мужчина, отдаленно напоминающий своей улыбкой Жана. В одной руке он держал блюдо с дымящимся пирогом, а в другой – бутылку вина.

– О! Жан! Как бы мне пожать тебе руку, – мужчина, не обращая внимания на Офелию, отдал бутылку жене и подошёл к сыну, протягивая ладонь. – Горжусь, мне руководитель только что писал о твоих успехах. Но почему опаздываешь? Бабушка вне себя от негодования, – он говорил и улыбался, широко, весело.

– Пришлось немного задержаться, заходил за Офелией, – Жан пожал руку отцу.

– А… Офелия? – только теперь мужчина заметил девочку, растерянно стоявшую в дверях. – Юная художница? Рад, очень рад знакомству. Ваши рисунки чудесны. Будьте как дома, друзья Жана – наши друзья. Ивар, – он подошёл к Офелии и протянул руку. Отец Жана был таким высоким, что девочка невольно присела, когда отвечала на рукопожатие.

Родители Жана не выглядели как те взрослые, которых она привыкла наблюдать. В них была какая-то особенная легкость и сила, они были наравне со своим сыном, но вызывали уважение и трепет. С виду простые и добродушные, но внутри, Офелия чувствовала это, они твердые и решительные. Жан проводил подругу в гостиную, а сам убежал наверх, чтобы переодеться.

Девочка поставила банку на стол и рассматривала обстановку, не переставая удивляться. Она никогда не бывала в таких домах. Большую часть гостиной занимали огромные диваны, расставленные вокруг деревянного овального стола, застеленного белой скатертью. На нём громоздилась стеклянная ваза с цветами. Все стены занимали сотни фотографий в разнокалиберных рамках. Большие и маленькие, круглые, овальные и даже ромбические – они были выкрашены в разные цвета, а внутри – целая жизнь. Улыбающиеся люди, плачущие и смеющиеся дети, семья среди цветов, семья на море, большие корабли, маленькие дома. На некоторых фотографиях Офелия узнавала Жана и его родителей, на других – просто догадывалась, что изображены его сестры и бабушка с дедушкой. Дня не хватит, чтобы просмотреть всё! За спиной послышался шум и громкий разговор, Офелия обернулась. В комнату зашли сестры Жана, сомнений быть не могло. Старшая первой поздоровалась с Офелией:

– Привет! Я Дина, сестра Жана. Он наверняка говорил тебе обо мне, – девушка с такими же пшеничными волосами, как у брата, протянула руку девочке. Её глаза смеялись, с интересом рассматривая гостью.

– Да, говорил. Рада знакомству, – Офелия несмело пожала руку. Необычная семья, все такие радостные и добрые. Вот и Дина – невысокая, но аккуратная девушка. Воздушное голубое платье делало её похожей на морскую пену. Офелия никак не могла отделаться от этого образа.

– А я – Ная, – девочка лет двенадцати тоже подошла ближе. И Офелия сразу узнала её – длинные, светлые, почти белые волосы, заплетенные в косу до пят. Да, именно она хотела собирать звезды.

– А я Офелия, если Жан не говорил вам, – скромно добавила Офелия.

– Ну как же, не говорил! – Ная пробежала к дивану и плюхнулась в подушки. – Все уши прожужжал! Как ты красиво рисуешь, как слушаешь его дурацкие истории, – девочка засмеялась легким, серебряным смехом. И заметив банку на столе, добавила удивленно, – не забыл про мою просьбу, ура! – она прислонилась лбом к стеклу, пару секунд посмотрела на морские звезды и быстро спросила, повернувшись к Офелии. – А ты же его девушка, да?

– Ная! – Дина запустила в неё маленькой подушкой-думочкой, заметив, как смутилась Офелия, – разве можно задавать такие вопросы гостям? Тебя мама не воспитывала?

– Нет, мы просто друзья, – тихо пролепетала Офелия, смущаясь ещё больше. Она не знала, куда деть себя, куда пристроить руки и скромно стояла, стараясь не поднимать глаз.

– Просто друзей не приглашают на семейные ужины, – не унималась Ная.

– Вот же безобразница! – Дина подошла к Офелии. – Не слушай её, она хулиганка ещё та! Мы с Жаном потом с ней разберемся. Бабушке всё расскажу! – девушка, несмотря на свой возраст, повернулась к сестре и показала ей язык. И добавила, обращаясь к гостье, – не обращай внимания, она у нас самая младшая и самая избалованная. Мы знаем, что ты подруга Жана, всё остальное – не наше дело.

– Как это не наше? – Ная подскочила к девушкам. – Очень даже наше. Извини, Офелия. Ты очень красивая и чудесная! Так здорово, что Жан с тобой дружит!

– Балда, – Дина легко щёлкнула сестру по лбу.

– Эй! Мне же больно, – Ная состроила кривую рожицу и рассмеялась. – Скорей бы уже позвали к столу, я такая голодная!

Из коридора послышались громкие голоса, и сестры Жана увлекли Офелию за собой. Подле лестницы стоял седой мужчина, немного сгорбленный тяжестью времени, отчаянно сжимающий в объятиях счастливого Жана. Юноша улыбался сестрам и многозначительно указывал глазами на мужчину.

– Дедуля! Отпусти его, ты же задушишь моего единственного брата! – Ная кинулась оттаскивать дедушку от Жана.

– Он мой внук в первую очередь, выдержит, – дедушка рассмеялся, совсем как Жан, и захватил Наю.

– А у нас гости! – девчушка не унималась, – подруга Жана! Офелия! Смотри, какая красивая.

Дедушка отпустил внуков и повернулся к дверям гостиной. Офелия улыбнулась ему и подошла ближе, чтобы поздороваться. Она уже немного осмелела, да и присутствие Жана добавляло ей уверенности.

– Добрый вечер, – негромко сказала она, протягивая руку дедушке.

– Ну, здравствуй, красавица, – мужчина тепло улыбнулся и посмотрел сначала на Офелию, остановился взглядом на заколке, а потом перевел взгляд на Жана. – Молодец, что пригласил подругу.

– Ага, я знал, что никто не будет против.

– Мы же твоя семья, Жан. Да и девочка она хорошая, сразу видно.

Дедушка говорил так, словно здесь никого кроме них с Жаном не было. И всем стало ясно, что настоящий разговор был вовсе не словесный, внук и дед разговаривали глазами, читали мысли друг друга. Из соседней двустворчатой двери раздался громкий голос Розы, звавший всех к ужину. Ная убежала вперед, увлекая за собой дедушку, Дина медленно проплыла мимо Офелии, на ходу потрепав Жана по голове.

– Ну, как ты? Познакомилась с девчонками? – шепнул Жан, провожая Офелию в столовую.

– Ага… Они очень милые.

– Да ладно? Эта мелкая шкодница – милая? Офелия, у нас дома можно говорить так, как есть. Не бойся.

– Нет, я совершенно честно тебе говорю, что они очень милые. И вообще, вся твоя семья какая-то необычная. Но мне нравится у вас, – Офелия остановилась в дверях большой кухни-столовой.

Яркое, светлое помещение было занято гигантских размеров столом с одной стороны, и кухней с другой. Здесь пахло домашними пирогами, совсем как в пекарне у Лили, ещё чем-то невероятно вкусным, и Офелия вдруг поняла, что проголодалась. Стол, застеленный цветастой скатертью, ломился от тарелок с угощением. Из распахнутых окон веяло вечерней свежестью. Вокруг лампы, висевшей над столом, вились мошки. Каждый занимал своё место – во главе стола сидел дедушка, по правую руку от него Ивар и стоял свободный стул, предназначенный Жану. За ним расположилась Дина. С другой стороны стола, по левую руку от дедушки расположилась женщина в возрасте, в темно-бордовом платье, с причудливой брошью в виде неизвестного цветка. Черные с проседью волосы уложены в пучок, а внимательные, бледно-голубые глаза, как у Жана, сосредоточенно изучали Офелию. Рядом с бабушкой на стул опустилась Роза, отбросив фартук на подоконник, Ная уже давно сидела на своём месте и ерзала. Жан проводил Офелию к столу и усадил на почетное гостевое место – ровно напротив дедушки. От девочки не укрылось, как бабушка, вскинув бровь, задала немой вопрос внуку, и как Жан легко улыбнулся.

– Так! Раз все собрались наконец-то, и наш Жан вернулся домой, то можно приступать к праздничному ужину, – громко провозгласил Ивар и встал, чтобы открыть вино.

– Папа, скорей давай, есть очень хочется! – выпалила Ная.