Таша Танари – Университет Чароплетства. Ворон. Книга 2 (страница 31)
– Откуда?…
Я нахмурилась: теперь отмахнуться тем, что она лишь умело играет роль, уже не получится. Предположение, будто прорицательница узнала обо мне заранее, тоже выглядело абсурдным. Неужели действительно видит?
Она усмехнулась, словно прочитав мои мысли.
– Имя твое откуда знаю? А ты подойди, не бойся, все-все расскажу.
Мною завладело чувство нереальности происходящего, было одновременно и страшно, и любопытно. Ну что может случиться со мной в людном месте? Мужчина справа яростно торговался за головку сыра, ребятня слева выпрашивала у родителей сладости. Такая мирная жизнь, в которую совсем не вписывались страшные пророчества.
– У меня и денег почти не осталось, – неуверенно произнесла я, все еще не решаясь войти в палатку.
– Даже пары монет не найдется? – подмигнула женщина, убирая руки от шара. В нем клубился фиолетовый туман. – Мне много не надо.
– Ну… – я порылась в кармане, вытряхивая мелочь, – вот все, что есть.
Ее глаза алчно блеснули, я и опомниться не успела, как последние деньги перекочевали из ладони в карман прорицательницы, а саму меня крепко схватили за руку и утянули под навес. Здесь в тени, скрытая от глаз посторонних, прорицательница резко перестала казаться приветливой. Она потянула носом и, чуть ли не причмокивая, пробормотала:
– Какая сладкая девочка, так бы и съела.
Я отшатнулась, а она хрипло рассмеялась.
– Нельзя… помню-помню… девятая луна в доме кровавой зари, – ее речь все больше напоминала бред сумасшедшей. – Не зря хозяин выбрал именно тебя, сладенькая. Ничего… мы умеем ждать.
Я совершенно ничего не понимала и хотела было закричать, позвать на помощь, но горло сдавило спазмом.
– Что вам нужно? – с трудом просипела я.
Хватка женщины не соответствовала ее комплекции – синяки мне точно обеспечены. Попытки вырваться так и остались попытками, по-моему, эта безумная их даже не заметила.
– Хороший вопрос, – внезапно посерьезнев, одобрила она. – Повеселились и хватит! Видишь вон ту чашу?
Я посмотрела на витрину, на которую указала пальцем прорицательница. Там обнаружились три похожие чаши-пиалы, кубок с отбитым краем и несколько невзрачных мисок. Пришлось уточнить:
– Какую именно?
– Крайнюю слева. Возьми ее!
Выполнять приказ, а это был именно он, я не спешила. Видя мое замешательство, женщина взвизгнула:
– А ну бери, сказала! – И закончила уже приторно ласково, подкрепляя угрозу демонстрацией: – Или хочешь познакомиться с моим дружочком-коготочком?
«Дружочком» оказался острый даже на вид необычного вида нож, его сильно изогнутое лезвие действительно напоминало коготь. Полоснув им вблизи от моего лица, она холодно и четко повторила:
– Пошла и взяла крайнюю левую чашу, живо!
Съежившись, я подчинилась. Брала с осторожностью, ожидая какого-нибудь подвоха от безобидной плошки. Но нет, ничего особенного не произошло, разве что псевдопрорицательница довольно проворковала:
– Сразу бы так, какая послушная девочка. Ты же и дальше будешь меня радовать, да, Марти?
– Откуда вы меня знаете? – Речь по-прежнему давалась с трудом.
Игнорируя вопрос, она поманила к себе. Поскольку с места я не сдвинулась, подошла сама и вновь крепко ухватила за руку.
– Сейчас-сейчас, последний штрих, и маленькая бабочка будет свободна.
Палец прострелило нестерпимой болью, я вскрикнула, но получился лишь сдавленный писк. С изумлением посмотрела на капельку крови, медленно проступившую на коже. Мне-то показалось, что сумасшедшая полруки вспорола, а на деле получился всего лишь крошечный укол. Жутко представить, какие муки способно доставить это оружие, вздумай она сделать надрез побольше. Похоже, «коготок» создан именно для усиления боли у жертвы.
Женщина тем временем обмазала моей кровью края чаши изнутри, после чего выпустила пострадавший палец. Тонкая алая ниточка разводов впиталась в стенки посудины, словно ничего и не было.
– Замечательно, – довольно потерла руки незнакомка и нехорошо так уставилась на мое запястье, хищно. Ее ноздри затрепетали, глаза блеснули жаждой.
Проследила ее взгляд и заметила четко проступившую венку. Попятившись, уперлась спиной в витрину.
– А что, если немного?… – задумчиво пробормотала она, что-то прикидывая, и облизнулась. Затем тряхнула головой и к чему-то прислушалась, с неудовольствием заключила: – Нет, не успею.
Дальше события стали разворачиваться столь же стремительно, сколь и абсурдно. Дрожащую меня обняли и вытянули на свет. После сумеречной палатки прорицательницы солнечные лучи заставили зажмуриться и поморгать. А затем я буквально подавилась воздухом, не веря своим ушам и глазам.
– Приходи еще, милая. Всю правду расскажу, ничего не утаю, – прорицательница просияла доброй улыбкой. – Молодая, да щедрая! Не поскупилась на плату, так и мне порадовать приятно. Может, и вернешься когда.
Что? О чем она толкует? Да тех денег, что она забрала, лишь на пирожок бы хватило.
– Помогу всегда, коль откроется истина. И за подарок не благодари! Мне только в радость. Я же видела, как она тебе понравилась, – кивок на чашу, которую я продолжала сжимать в руках.
Точно безумная, на погосте я видела такие подарки! Сначала заставила взять, а теперь «не благодари». Само собой не собираюсь. И к чему вообще этот спектакль? Хотела тут же выбросить чашу, но…
– О, Марти! Куда ты запропастилась? – окрикнула меня Вехель.
Я обернулась и с облегчением помахала друзьям.
– У меня много диковинок разных, проходите – выбирайте, – сделала приглашающий жест улыбчивая хозяйка. – И погадать могу, на судьбу, на суженую, – она подмигнула Киру.
– Что тут такого? – заинтересованно посмотрела на чашу в моих руках Вехель.
– Не знаю, понравилась, – совершенно искренне поделилась я. – От нее будто стариной веет.
– Это точно, – скептически покачала головой подруга. – Марти, ты меня удивляешь.
– Много ты понимаешь, – фыркнула я, любовно поглаживая чашу. – И вообще, это подарок!
– Девочки, время, – напомнил Кир. – Надо успеть вернуться до вечерней проверки.
– Спасибо! – поблагодарила я прорицательницу и спрятала чашу в рюкзак.
На душе было радостно: хорошо, что мы все-таки выбрались на ярмарку. Выходной пролетел незаметно и интересно.
– А что хоть она тебе напророчила? – полюбопытствовала Вехель, пока мы пробирались на выход.
Хм, я задумалась, силясь вспомнить. В голове всплывал лишь образ шара с фиолетовым туманом внутри да еще разная всячина из палатки прорицательницы. Ее приветливая улыбка и наш разговор, кажется, она обещала мне скорое счастье и большую любовь. Я рассмеялась и ответила:
– Все хорошо будет.
– Ну ясно, – подвел итог Кир, – типичное обо всем и ни о чем. Поражаюсь хитрож… э-э-э, предприимчивости прорицателей. Может, я с факультетом прогадал, а? – шутливо посетовал он.
– Еще не факт, что она хоть что-то умеет, кроме как забалтывать доверчивых зевак. Ты проверила карманы? Поди, ободрала тебя подчистую.
– Да хватит вам! – насупилась я. – Не такая уж я и доверчивая, соображаю кое-чего. – Заметив их сдерживаемые улыбки, сдалась и добавила: – У меня и денег-то почти не было, никаких рисков.
Мы все рассмеялись.
Путь до университета прошел без приключений, а вот на подходе к главным воротам удача нас внезапно покинула. Столкнувшись нос к носу со злым, очень злым Асти, я с тоской посмотрела на ребят. Еще бы немного, и разминулись, угораздило же так не вовремя вернуться.
– Адептка Дакаста! – рявкнул декан факультета боевой магии, а теперь и заместитель ректора всея ШтУЧКИ. Кроме того, я-то знала, что этим круг его обязанностей не ограничивается. – Хмарь, Сейвас, – продолжил негодовать мужчина моей мечты, – почему покинули периметр учебного заведения?
– Так ведь… э-э-э, выходной сегодня и до комендантского часа еще успеваем, – ответил Кир.
Асти с недовольством посмотрел на время:
– Осталось двенадцать минут.
– Но ведь успеваем, – встряла Вехель.
Он еще попрожигал нашу троицу взглядом, причем у Асти явно имелось что сказать. Полагаю, даже многое, в основном исключительно мне. Затем резко развернулся и исчез за воротами.
– А куда он шел-то? – недоуменно уточнил Кир.
Вопрос остался без ответа. В моей же голове звучали слова Рантара: «За центральные ворота чтобы и носу не показывала, поняла?» Я тяжело вздохнула и поплелась следом. Чую, это далеко не конец разговора, и он еще обязательно выскажется. А может, одними словами дело не ограничится. Как показала практика, у этого мужчины весьма богатая фантазия, а еще он терпеть не может, когда нарушают его указы.
– Тише-тише, не буди ее! – проворковал бес, поправляя подушку Шэдар. – Умаялась, поди, за день.