Таша Мисник – Под слезами Бостона. Часть 1 (страница 39)
– Шейн, вот ты где, – к мужчине с улыбкой приближается миссис Кёртис и берет его под руку.
Ее стройную фигуру теперь облачает длинное темно-бордовое платье без рукавов с ассиметричным вырезом, оголяющим лишь одну ключицу. Крупные овальные серьги из дорогого камня подчеркивают линию подрумяненных скул и делают акцент на помаде в тон шикарного наряда. От этой женщины веяло бы богатством и могуществом, даже если бы она нацепила на себя футболку с распродажи «Все по два доллара». Даже в таких тряпках она бы стояла с гордо выпрямленной спиной и слегка вздернутым подбородком и продолжала бы смотреть на всех так, будто перед ней не люди, а свора грязных портовых крыс.
– Сейчас начнется основная часть, – ее тон слишком мягок, а во взгляде поблескивает какая-то нежность. И мне удивительно это ощутимое отличие. – Ты должен сесть рядом со мной и отцом.
– Хорошо, мам.
– Серена, я буду ждать свой ви́ски, – едва заметно подмигивает мне молодой мужчина и уходит вслед за Элизабет Кёртис, которая успела за долю секунды смерить меня с землей.
Основная скука настигает как раз в основном зале, когда все усаживаются за огромный стол, и за этим следует целый час долгих, бессмысленных, высасывающих жизнь бесед. Они много пьют и слишком мало едят, видимо, потому что совершенно некогда закрыть рот, чтобы прожевать хотя бы кусок выжаренного стейка. А вот я бы с удовольствием оторвала ломтик для своего ревущего белугой живота.
И лишь тот самый Шейн изредка поглядывает на меня, когда его внимание не обращено на рядом сидящую белокурую девицу с «кричащим» декольте. Лучше бы туда и смотрел, прям вглубь, чем изводил бы меня своим взглядом, так похожим на взгляд Эзры, только более нежным что ли.
– Дамы и господа, – из-за стола поднимается высокий худой мужчина со стальной проседью в безупречно уложенных волосах. – В этот великий праздник я так рад, что за столом собралась вся моя семья. Моя любимая жена Элизабет, – мужчина берет за руку миссис Кёртис и тепло улыбается ей. – Мой прекрасный сын Шейн, – старший Кёртис кивает в его сторону. – Который с начала года вступает в должность заместителя компании «Кёртис Инвестментс»! И я хочу, чтобы мы все…
– Браво! – раздаются три вальяжных хлопка за моей спиной, прямиком из арки, ведущей в этот огромный зал. – Мои поздравления Шейну от всего никчемного семейства Нот. Помнишь таких, братец?
Цепенею от пальцев ног. Дрожь бежит по туловищу, пленит внутренности и захватывает позвоночник. Я успеваю только обернуться и увидеть этот знакомый озверевший взгляд. И почти пустую бутылку ви́ски, горло которой душат напряженные пальцы Эзры.
Глава 22. Проклятые
Музыка глохнет. Скучные беседы обрываются. Тишина начинает давить. А тиканье огромных часов во главе зала способно как погрузить под гипноз, так и свести с ума.
Я продолжаю не дышать уже целую вечность. Содержание кислорода в крови значительно снижается, отчего реакция мозга утрачивает свою привычную скорость. Только так могу объяснить отсутствие каких-либо идей по поводу того, что сейчас разворачивается прямо на моих глазах.
Я вроде бы обслуживала шикарный рождественский банкет, вроде бы все шло по плану, вроде бы мне оставался всего час до облегченного выдоха и приятной теплоты в кармане от парочки крупных зеленых купюр. Но в какой момент все перевернулось вверх дном? Как здесь оказался Эзра? И почему назвал братом того, кого совсем недавно миссис Кёртис называла сыном?
– А чего это
– Он не мой! – тихо шикаю я, но на нас бы все равно никто не обратил внимания, потому что каждое отдано новому гостю с бутылкой ви́ски в руке. – Юджи, что он здесь делает? – тревога охватывает нутро, и я тщетно пытаюсь угомонить взбесившееся сердце. Оно чует беду.
– Так а я у тебя что спрашиваю? Посмотри, как все напряглись.
На секунду отрываю взгляд от профиля Эзры и ловлю общий шок на лицах притихших гостей. Шейна Кёртиса будто придавило потолком. Он сидит, не двигаясь, и смотрит на Эзру широко распахнутыми глазами. Чарльз Кёртис продолжает стоять словно его насадили на длинную палку, как пугало среди кукурузных початков, только в брендовом костюме. Что касается миссис Кёртис… Она в гневе. И весь этот гнев летит невидимыми стрелами в лицо Эзры. Клянусь, дайте ей сейчас в руку нож, она бы метнула его Эзре прямо в сердце.
– Ну, и чего все скисли? – театральное представление одного актера выходит на второй акт. – Чарльз наверняка хотел, чтобы вы подняли бокалы за Шейна, – Эзра слегка пошатывается, но все равно уверенно шагает ближе к столу, и теперь мне не видно его лица, только широкие плечи, которые сегодня не облачены кожаной курткой. – Так выпьем же! Надеюсь, вы не против, что я со своим? – он трясет бутылкой ви́ски и прикладывается к горлу.
– Не суйся, – грозным шепотом приказывает Юджин, видимо, услышав сумасшедший стук моего сердца. – Даже не думай.
– Нет, ну серьезно, – игра Эзры продолжается. – Чего такие недовольные лица? Давайте выпьем! Праздник же! Эй ты! Выпьешь со мной? – Эзра кладет руку на плечо какому-то пухлому мужчине при галстуке. – Нет? А Вы, леди? Не составите мне компанию? – он склоняется над следующей дамой в серебристом платье, чье лицо выражает только замешательство. – Да что вы как неживые. Никто не хочет выпить со мной за моего брата Шейна?
– Эзра, прекрати, – отзывается Чарльз.
– Думаешь, слишком много тостов в его честь? – ехидничает Эзра. – Согласен. Этот говнюк не заслуживал и первого.
– Эзра! Ты пришел в мой дом. И будь добр соблюдать правила приличия.
– Между прочим, я пришел в
Ее передергивает, но она старается сохранять все такое же хладнокровное спокойствие.
– Шейн, позови охрану, – спокойно заявляет она. – Этот цирк затянулся.
Она касается губ кончиком белой салфетки, кладет ее обратно на стол и вальяжно поднимается на ноги.
– Дорогие гости, позвольте пригласить вас в барную зону до устранения «технических неполадок», – улыбается она и направляется мимо Эзры к большой арке, неторопливо выстукивая каблуками. Остальная элита скрипит стульями по скользкому полу и, как выдрессированные собачки, следует за хозяйкой.
Эзре было достаточно маленькой искры, чтобы вспыхнуть. Как будто он – наполненный газом сосуд, и для взрыва хватит одной подпаленной спички. Я стояла и молилась, чтобы в этом зале не оказалось курящих, но вместо этого его мать решила устроить здесь фаер-шоу.
Эзра хватает ее за руку, едва она минует его силуэт, и резко дергает на себя, сталкиваясь с ней лицом к лицу.
– Молодой человек, уберите руки, – пытается вступиться кто-то из приглашенных мужчин, но Эзра грубо отталкивает его в сторону. Мужчина спотыкается и валится спиной в кучу народа. Зал накрывает волна женского аханья и возмущенных перешептываний, но никто больше не двигается с места.
– Вполне в твоем стиле, Эзра. И что ты сделаешь дальше? – под вздохи толпы, монотонно спрашивает Элизабет. – Еще раз докажешь мне правильность моих действий? Еще раз позволишь убедиться, что я нигде не ошиблась в своем выборе?
– Боже… – меня охватывает паника. – Она провоцирует его, – тело рефлекторно стремится к Эзре, чтобы уберечь хоть что-то от неминуемого взрыва. Мне до него всего шесть шагов. Главное – проскользнуть сквозь толпу.
– Нет, Аленкастри! – Юджин хватает меня под руку точно так же, как сейчас Эзра удерживает свою мать. – Это не твое дело. Пусть разбираются сами.
– Юджин, я не могу так.
– Стой и не моги рядом со мной. Не смей лезть.
– Отпусти! – шиплю я, стараясь все еще не привлекать внимания окружающих.
– Нет. Даже не пытайся.
И кажется, мои мольбы услышаны – между Элизабет и Эзрой встревает Шейн. Он закрывает мать плечом и…
– О черт! – вскрикиваю я раньше, чем успеваю прикрыть рот ладонью.
Кулак Эзры моментально впечатывается в лицо Шейна. И так же моментально холл наполняется женскими воплями.
– Охрана! – впервые Элизабет Кёртис проявляет эмоции и срывается на крик, склоняясь над рухнувшим на пол сыном, но Эзру уже не остановить.
Он толкает ее в сторону и бьет в лицо Шейна еще раз.
– Чарльз! Охрану! Быстрее! – кричит Элизабет, подбирая руками длинный подол своего платья, и пытается встать при помощи подоспевших джентльменов. – Эзра, хватит!
Но Эзра не слышит ее. Он озверел. Его кулаки уже разбиты и пропитаны кровью, но он продолжает яростно наносить удар за ударом.
– Ублюдок! Да как ты можешь заступаться за нее?! Как ты можешь все это терпеть?! Как ты можешь жить под одной крышей с убийцей Джейд?! Сукин ты сын!!! – еще один удар пробивает неудачный блок Шейна и приходится ему прямо в нос. – Ты виноват так же, как и они! – еще удар, и кровь обоих братьев брызжет на глянцевый пол и светлые платья орущих женщин, которые тут же отскакивают еще дальше.