Таш Оу – Пятизвездочный миллиардер (страница 35)

13

喜从天降

Наслаждайся счастливым случаем

Задержавшись в дверях, Фиби кинула прощальный взгляд на роскошную обстановку. Ей не доводилось бывать в столь первоклассном салоне красоты, словно сошедшем со страниц журнала, – приглушенный свет, белые орхидеи в каменных горшках. Даже воздух был душистый, наполненный ароматами лемонграсса и пряностей, он позволял забыть об удушающей выхлопной гари на улицах. Иногда, встрепенувшись от ночного кошмара, Фиби чувствовала бензиновый привкус во рту. Так хотелось побыть здесь подольше, напитаться чудесными запахами, атмосферой покоя и богатства, но она понимала, что здесь ей не место. Хватит валять дурака, пора домой.

Фиби взялась за ручку двери, но тут услышала торопливый перестук каблуков по мраморному полу. Обернувшись, она увидела женщину в добротном пальто песочного цвета и мягком голубом шарфе. Несмотря на явно дорогую одежду, женщина отнюдь не выглядела элегантной, но больше смахивала на крестьянку, которую бездумно обрядили в то, что ей совсем не идет. Короткие и слегка засаленные волосы ее наводили на мысль, что нынче она не помыла голову. Женщина держала в руках тонкую черную папку и зонтик. Нахмурившись, она смерила взглядом Фиби, затем глянула на настенные часы.

– Вы сильно опоздали, я уже ухожу, – сказала женщина. – Если в следующий раз надумаете перенести время встречи, уведомьте моего секретаря не позднее чем за сорок восемь часов.

Фиби попыталась вспомнить, знает ли эту женщину, хотя была уверена, что видит ее впервые. Не найдя иного ответа, она выдавила: «Извините».

– Извините, извините! Все так говорят, стараясь оправдать свой непрофессионализм. Какой же из вас администратор, если вы так необязательны и ненадежны?

Уставившись в пол, Фиби повторила «Извините», хотя сама не понимала, за что извиняется перед абсолютной незнакомкой.

Женщина опять посмотрела на часы:

– Я полагаю, вы еще рассчитываете на собеседование? Хорошо, только быстро, поскольку у меня назначена встреча в Пудуне. А я, в отличие от некоторых, никогда не опаздываю.

– Собеседование? – пролепетала Фиби.

Женщина вздохнула:

– Да, но очень короткое. Я смогу уделить вам не более пятнадцати минут. Честно говоря, для должности администратора особых сведений не требуется, а я уже имею представление о вашей пунктуальности. – Она прошла за стойку и открыла дверь в анфиладу небольших комнат, залитых резким неоновым светом: непритязательную гостиную с дешевыми креслами, микроволновкой и питьевым автоматом, кладовую, забитую полотенцами и пластиковыми бутылками, и, наконец, кабинет, пахнущий свежим лаком и краской. – Ремонт еще не закончен, но мы должны открыться на этой неделе. На пятницу и далее уже записаны первые клиенты, поэтому мне нужен человек, который сможет приступить к работе немедленно.

Женщина села в большое кожаное кресло и жестом предложила Фиби занять стул по другую сторону стола. Фиби скинула пальто, но, видя, что собеседница осталась в верхней одежде, шарф не сняла.

– Просто бесит, когда в последний момент кто-то дает задний ход. Я уже подыскала администратора, мы заключили договор, обо всем условились, а она звонит и объявляет, мол, получила работу в новом отеле, что напротив храма Цзинъаньсы. И теперь за четыре дня я должна найти ей замену. Говорят, Шанхай – город безграничных возможностей, здесь полно тех, кто готов работать на любых условиях. Ага, как же! Здешний народ ужасно привередлив. Маловато жалованье – и тебе сделали ручкой. Не понравились условия труда – счастливо оставаться. У твоей работницы новый дружок – только ее и видели. Попросишь поработать сверхурочно – она сбегает к твоему конкуренту. Иногда дамочка вообще не выходит на работу, потому что накануне поругалась с мужем… По-моему, здешние жители превращаются в европейцев.

– Я с вами согласна, – сказала Фиби. – Шанхайцы и вправду очень спесивы. Не скажу, что на них нельзя положиться, но уж больно они заносчивы. Не такие ленивые, как европейцы, но такие же богатые. Потому и привередничают, могут себе позволить. Они не усердствуют на работе, думая о чем-нибудь другом, потому что у них всегда есть иные варианты. По-моему, хорошо работает лишь тот, кто в отчаянном положении, у кого нет выбора. Ну это, конечно, всего лишь мое мнение.

Окинув ее пристальным взглядом, женщина раскрыла папку с корешком на спирали. Фиби отметила сухую, шелушащуюся кожу рук собеседницы и коротко остриженные потрескавшиеся ногти, неприглядность которых даже не попытались скрыть лаком.

– Любопытная точка зрения, – сказала женщина. – Судя по всему, вы не местная.

– Разумеется, нет, – произнесла Фиби на шанхайском диалекте, на котором выучила лишь несколько фраз, так и не освоив его ужасно грубую фонетику. – Я с крайнего юга, из провинции Гуандун. Вот почему говорю с акцентом, хотя уже некоторое время живу здесь.

– Понятно. Вообще-то мне все равно, кто откуда родом. Главное, на что человек способен. – Женщина пробежала взглядом по списку. – Подскажите, пожалуйста, ваше имя. Соискательниц было так много, всех не упомнишь, а секретарь, похоже, часть резюме не успела зарегистрировать.

– Сюй Чуньянь. – Фиби назвалась именем девушки, чье удостоверение личности прикарманила два месяца назад. Готовясь к подобной ситуации, она старательно тренировалась выговаривать его легко, как свое собственное.

– Сюй Чуньянь… Сюй Чуньянь… – Женщина провела пальцем по строчкам. – Нет, вас нету. Ладно, вы кажетесь смышленой, хоть и не очень пунктуальны. Просто расскажите о своем опыте работы, а ваше резюме я найду потом.

Вранье далось удивительно легко, Фиби, не колеблясь, перечислила должности, которые якобы занимала прежде. Живописуя одно свое выдуманное умение, она вмиг измышляла другое и похвалялась навыками, о которых только слышала краем уха, – бухгалтерский учет, работа с компьютерными программами по подготовке презентаций и составлению таблиц.

– Как вижу, вы занимали весьма ответственные посты, – сказала женщина. – И вас удовлетворит должность администратора спа-салона?

– Скажу честно, я бы желала сменить род деятельности. Хочется чего-то более утонченного, нежели работа в крупной конторе, – сказала Фиби и, перейдя на шепот, добавила: – Я тоже по горло сыта этими надменными шанхайцами.

– Я вас понимаю! – рассмеялась женщина. – Город большой, но жить в нем непросто.

– Шутки шутками, но я надеюсь на ваше понимание. Вы ведь тоже не здешняя?

– Нет, я из Малайзии. Выходит, мы с вами обе пришлые.

– Верно. Из Малайзии, говорите? То-то ваш выговор показался знакомым.

– Вот как?

– В смысле, на моих прежних работах было много малайцев. Знаете, одно время я встречалась с парнем из Малайзии – правда, недолго. Наверное, красивая страна. Я бы хотела там побывать.

Женщина закрыла папку и что-то черкнула в блокноте.

– Английским владеете?

– Конечно, вполне свободно, – по-английски ответила Фиби. – И вдобавок учу французский.

– A bon, parlez vous franḉais?[43]

– Вообще-то я еще не начала, только купила учебник.

Женщина опять что-то пометила в блокноте, дважды подчеркнув строчку. Фиби, вытянув шею, безуспешно попыталась прочесть запись.

– Мне нравится ваша позиция, я люблю тех, кто хочет развиваться, – сказала женщина. – Что ж, начнете администратором, а потом, если себя проявите, подниметесь на командные высоты, опыт у вас достаточный. Пока же посмотрим, как вы справитесь с телефонными звонками и записью клиентов, дело вроде бы простое, но весьма ответственное.

– Безусловно, умение общаться с разными людьми и уладить всякую ситуацию – ключ к успешному ведению любого дела, – кивнула Фиби, вспомнив наставление из книги по самосовершенствованию.

Женщина улыбнулась и застегнула папку.

– Вижу, вы серьезно относитесь к своей работе, это хорошо. Когда сможете приступить?

– В любое время. Я привыкла тотчас откликаться на служебные требования.

– Прекрасно, госпожа… Сюй.

– Друзья называют меня моим европейским именем, Фиби.

– Очень хорошо, в числе наших клиентов ожидаются иностранцы, им будет проще выговорить это имя. Надеюсь, вы с ними найдете общий язык и они станут нашими завсегдатаями. Да, еще один момент. Позвольте ваше удостоверение, нужно снять копии для личного дела. Извините за беспокойство, но порядок есть порядок. Кроме того, после недавнего случая я не рискую нарушать правила. Мы тут почти наняли одну филиппинку – очаровательная девушка, отличный английский, сносный китайский, здесь уже три года. Я думала, вопрос решен, а она оказалась нелегалкой.

– Да, конечно. – Фиби пожала плечами, достала из кошелька прикарманенное удостоверение и, даже не взглянув на него, подала женщине, как нечто самое обычное. – В жизни я гораздо симпатичнее, чем на этом фото.

– Все мы в жизни гораздо симпатичнее, – рассмеялась женщина и, взяв карточку, прошла к копировальной машине в коридоре. Не сразу разобравшись с кнопками, она все-таки нажала нужные и, дожидаясь копий, стала разглядывать настенный календарь с картинкой заснеженной равнины и холмов с заиндевевшими соснами. – И вообще в жизни все выглядит лучше. Реальное прекрасно, а воображаемое сулит опасность, оно подведет, если не остеречься.

Фиби не ответила, глядя на листы, вылезавшие из копира. Сюй Чуньянь, двадцати двух лет, изящный овал лица, мечтательный взгляд, полный надежд. Машина смолкла, женщина проверила копии.