Таш Эниклис – Наследники. Эстимар (страница 10)

— Для нас, Стас. Удачно складывается в одну поганую картину.

Полковник бросила фотографию на стол и снова затянулась. Сигарета дрогнула между пальцами.

— Какая-то тварь опять ходит по городу. Яропольцев рядом, я это чую. А следователь у нас Ковалев.

— Ковалев нормальный следователь.

— Нормальный. Поэтому половины дела ему знать нельзя.

Батьков откинулся на спинку стула. Разговор все равно должен был дойти до Добрыни. Варвара Николаевна это понимала, Морозова тоже. Последняя сидела неподвижно и смотрела на закрытую папку, словно происходящее ее не касалось.

— Горский все равно припрется, — сказал Станислав. — Вчера психанул, потому что решил, что его насовсем заменили.

Волкова резко повернулась к нему.

— Я не тупая, Стас. Я и сама понимаю, что он решил.

— Тогда зачем говорите про Ковалева?

— Затем, что Ковалеву я не могу показать все материалы. А Горский сейчас не способен подняться на третий этаж без остановки.

— Значит, пока работаем без него.

— Спасибо. Сама бы не догадалась.

Майор пропустил колкость мимо ушей. Полковник злилась не на него. Она прошла к столу, села и несколько раз постучала пальцами по фотографии Лапина.

— Притащился вчера в форме, зараза, как будто от этого у него печень сразу обратно срослась. Еще немного посидел бы — пришлось бы скорую прямо в отдел вызывать.

— Вы правильно отправили его домой, — сказала Морозова.

До этого она говорила спокойно, размеренно, но сейчас слова прозвучали слишком быстро. Батьков повернул голову.

— В его состоянии нельзя работать, — продолжила Наталья. — Даже если он способен сидеть за столом, это ничего не значит. Любая нагрузка может вызвать осложнения. Тем более выезд на место преступления.

— Я это знаю, — отрезала Волкова. — Поэтому и выгнала.

— Тогда Горского пока нельзя привлекать к расследованию.

Станислав посмотрел на Морозову внимательнее. Она выдержала его взгляд, только пальцы снова сжали край папки.

— Я понял, Наталья Альбертовна.

— Что именно вы поняли, Станислав Михайлович?

— Что Горскому нельзя работать.

Несколько секунд она молчала. Потом спокойно поправила лежащие на коленях листы.

— Хорошо, что мы друг друга понимаем.

Воевода перевела взгляд с нее на Батькова и прищурилась, но спрашивать ничего не стала. Снова взяла сигарету и тут же затушила, хотя та не успела догореть даже до половины.

— Значит, так. Ковалев занимается Лапиным. Вы ему не мешаете, под ногами не путаетесь и в начальство не играете. Пусть делает свою работу. Хлыстов с Вихровым поднимают все по Жуку. Не только последние материалы — все с самого начала.

— Уже поднимают, — ответил майор. — Я им сказал до того, как вы вызвали.

— Хоть что-то мне сегодня не приходится объяснять.

— Я тоже займусь Лапиным. Посмотрю, какие объекты он проверял и где мог пересечься с людьми Яропольцева.

— Вместе с Ковалевым.

— Вместе с Ковалевым, — согласился Станислав.

Морозова убрала листы в папку.

— Я закончу сравнение повреждений и проверю смывы. Если состав совпадет, сообщу сразу.

— Логинову скажи, чтобы не торопился с полным заключением, — распорядилась полковник. — Сначала пусть покажет тебе.

Наталья кивнула.

— Я уже сказала.

Она поднялась и взяла чемоданчик. Батьков тоже встал, но Волкова остановила его взглядом.

— Ты останься. Морозова, свободна.

Та дошла до двери и взялась за ручку.

— И Горскому никто не звонит, — добавила Воевода. — Ни по этому делу, ни по Жуку. Ему вчера все ясно сказали.

Морозова на секунду задержалась.

— Разумеется, Варвара Николаевна.

Дверь за ней закрылась. Батьков снова сел. Волкова дождалась, пока шаги Морозовой стихнут в коридоре, и потянулась к пачке.

— Даже не начинай, — предупредила она.

— Я ничего не сказал.

— По лицу вижу.

— Это у вас от Горского?

— Что?

— По лицам читать научились.

Она некоторое время молча смотрела на него сквозь дым.

— В последнее время больше ничего не было?

Станислав нахмурился.

— Чего?

— Не придуривайся. Нового ничего не снилось?

— Нет.

— А наяву?

— Тоже нет.

— Рука сама не двигалась? Слова чужие не говорил?

Батьков откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Вы опять?

— Ответь нормально.

— Я уже ответил. Ничего не было.

Волкова разочарованно вздохнула, медленно кивнула и стряхнула пепел. Стас смотрел на нее и чувствовал, как поднимается знакомое раздражение. За последний месяц они возвращались к этому разговору не меньше пяти раз. Варвара Николаевна задавала вопросы, запоминала ответы, иногда переспрашивала, но сама не говорила ничего. Она еще несколько секунд смотрела на него, словно ждала продолжения. Потом отвела глаза и слишком резко затушила едва начатую сигарету.